Мужчина, достойный любви

—Тогда мы увидим тебя за обедом.
—Не уверена…
—Вот что! Думаю, вам лучше обсудить это в мое отсутствие, — непринужденно сказала Кри­ста. — Я зайду в дамскую комнату и подожду вас на улице.
Майкл кивнул.
— В чем проблема, Лайза? Изо всех сил впря­гаешься в работу?
— Если не потяну, обращусь к тебе. Согла­сишься — прекрасно! А на «нет» и суда нет.
—Спасибо и на том! — Майкл сделал еще глоток кофе. — Ты помнишь мою сестру Лауру?
—С прекрасными белокурыми волосами до пояса? Конечно! Она и моя сестра Аманда были близкими подругами, пока Аманда не увлеклась препарированием лягушек больше, чем наведени­ем красоты.
Он засмеялся.
— Лаура тоже изменилась с тех пор. У нее двое детей и еще один в проекте, а живет она в Розвилле — это в нескольких милях отсюда. Я подумываю, не сгонять ли туда как-нибудь вече­ром. Не хочешь составить мне компанию?
— Не знаю… Вряд ли…
Он нахмурился, ее несговорчивость, кажется, уже стала действовать ему на нервы.
— В чем дело? Уж поездка в гости никоим образом не связана с заказом.
—Будет связана, если мы поедем на этой не­деле. Нам надо держаться на расстоянии.
—Это смешно!
—Не для меня!
Он вздохнул, опустив глаза на недопитый ко­фе. Затем вновь взглянул на нее.
— Мужа Лауры нет уже шесть недель и не бу­дет еще, по меньшей мере, недели четыре. Она мучается от одиночества, будучи беременной, и все такое прочее. Но если тебе не хочется ехать, то…
Элизабет вздохнула, сразу же почувствовав се­бя виноватой.
—Извини! Мой отказ и в самом деле прозву­чал грубо. Давай посмотрим, как пойдут дела. Хорошо?
—Хорошо, но не думай, что она в беде или так уж нуждается в помощи!
—Я и не думаю! Просто, наверное, тяжело оставаться одной, когда ждешь ребенка.
—Да уж ничего веселого! Ребенок вроде еще не готов появиться на свет, но я сказал сестре, что если это произойдет раньше, то буду опекать ее во время родов. Правда, она тут же заявила, что, если я намерен пользоваться футбольными словечками, сидеть мне на лавке в комнате ожи­дания.
Элизабет улыбнулась, хотя ее глаза увлажни­лись от нежности, прозвучавшей в его голосе при упоминании о сестре.
—У вас дружная семья!
—Какими и бывают семьи.
—Или должны быть, — тихо сказала она и при этих словах встала, давая Майклу понять, что пора идти.
  
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
 
Элизабет рассталась с Кристой и Майклом у центральных ворот, отказавшись от мысли за­няться осмотром достопримечательностей. Бро­дить по парку в одиночку — безнадежное дело. И не только потому, что большинство аттракци­онов предназначались для двоих, но еще и пото­му, что она повсюду видела только группы людей: семьи, знакомых или влюбленных. Она еще ни­когда не чувствовала себя такой подавленной. Остановившись перед киоском с хрустящим кар­тофелем, она задумалась.
— Вам с солью? — окликнула ее продавщи­ца. — Или простые?
— Соленые.
— Для одной?
Опять это слово!
— Для одной, — с кислой миной подтвердила Элизабет. Она могла бы встретиться с Кристой и Майклом за ленчем, если бы не была столь уп­рямой. А теперь вот ест картошку в одиночестве, чувствуя себя отверженной. Но ведь она на рабо­те! Большую часть своей сознательной жизни она провела, стремясь добиться успеха, в отцовской фирме. И сейчас представился шанс доказать, на что она способна! Нельзя допустить, чтобы Майкл или ее собственные мысли все испорти­ли, и именно сейчас, когда цель уже близка! За­жав пакетик в одной руке, она достала другой блокнотик и ручку.
— Скажите, вы случайно не журналистка? — с любопытством спросила продавщица.
Элизабет отрицательно качнула головой.
—Нет, я по рекламе и маркетингу. — Она уже собиралась повернуться и уйти, когда поня­ла, что упускает прекрасную возможность услы­шать мнение о парке со стороны. — На самом деле я готовлю предложения для управляющего. Возможно, вы согласитесь ответить на некоторые мои вопросы?
—Я?.. Почему бы и нет! А неприятностей я не наживу?..
 
—Что вы! — ободряюще улыбнулась Элиза­бет. — Как вас зовут?
—Роза О'Коннор.
—Вы давно здесь работаете?
—Шесть месяцев… Днем учусь в колледже, а вечерами подрабатываю в киоске. Подходящее местечко, вижу здесь многих своих знакомых, и потом, тут всегда что-нибудь происходит.
Элизабет улыбнулась ее энтузиазму.
—Звучит так, словно вы преданный работ­ник.
—Мне нравится моя работа. — Роза крутила прядь длинных каштановых волос, наблюдая, как Элизабет делает пометки. — Что вы думаете об «Азартном мире»?
—Я!.. — Элизабет растерянно взглянула на нее. — Думаю, здесь весело.
—По вашему виду этого не скажешь.
—Возможно, потому что я здесь по делу, — объяснила Элизабет, размышляя, почему этот в общем-то разумный ответ кажется странным да­же ей самой.
—Тогда позвольте дать вам совет, — сказала Роза, понизив голос. — Здесь за каждым кустом у Чарли «глаза и уши». Когда вы меньше всего этого ожидаете, бац — и кто-то вылетает, как чертик из табакерки. Если вы чем-то недоволь­ны — Чарли сразу узнает.
Элизабет не смогла удержаться, чтобы не бро­сить настороженный взгляд по сторонам. Затем покачала головой, отметая неожиданное предуп­реждение как смехотворное. Чарли, возможно, и шпионит за своими работниками, чтобы заста­вить их ходить на цыпочках, но уж точно не ре­шится проделать то же самое с сотрудником рек­ламного агентства. Или решится?
—У вас есть еще вопросы? — спросила Роза, пока Элизабет предавалась размышлениям.
—Только один. — Элизабет смешалась. — Ходит ли сюда кто-нибудь в одиночку?
—Вряд ли. — Роза даже засмеялась при этой мысли. — Для себя одной здесь трудно найти развлечение. Мой дружок приходит сюда иногда, по вечерам, и мы ходим на «Небесного всадни­ка».
—Куда?
—На «Небесного всадника». Это «Колесо обозрения», усовершенствованное Чарли. Оно не только поднимает, но еще вращает и раскачивает или внезапно опускается, когда меньше всего этого ожидаешь. А с самой высокой точки ви­дишь внизу весь Сакраменто. Дух захватывает! Такое впечатление, словно вы на звезде. — Она помолчала, а затем с чувством добавила: — Ро­мантично до ужаса! Обязательно попробуйте, только не в одиночку!
—Буду иметь в виду, — ответила Элизабет со вздохом.
—Если на «Побег от долгов», то это лучше с парнем, — добавила Роза. — Только учтите, вы­бирайте не из тех, у которых кишка тонка. Один мой друг, когда я взяла его с собой, так вцепил­ся мне в руку, что чуть не сломал ее.
Элизабет улыбнулась, мысленно сопоставив возникшие в голове образы Грега и Майкла. Один, несомненно, испугается, другой, возмож­но, станет смеяться, но на того и другого рас­считывать нелепо. Майкл, вне всякого сомнения, уже посетил аттракцион вместе с Кристой, а Грег до сих пор ничего не ответил на ее приглашения провести уикенд в «Азартном мире». Придется рассчитывать только на себя, если, конечно, она не сможет уговорить Эда Гоффмана составить ей компанию. Боже, нет, он еще грохнется в обмо­рок прямо перед ее носом!
—Не хотите еще картошки? — спросила Ро­за.
—Нет, благодарю! Я, пожалуй, пойду. Почти четыре, а мне еще столько надо исколесить.
— Понимаю! Могу я надеяться на хороший отзыв о моем киоске?
— Определенно, самый благоприятный.
Роза расцвела.
— Жаль, я не смогу проводить вас. И не забы­вайте улыбаться! — крикнула она вдогонку. — Ни­когда не знаешь, подсматривают за тобой или нет!
«За мной точно кто-то наблюдает», — поду­мала Элизабет, остановившись у витрины с ди­нозаврами. Последние десять минут ее не поки­дало это ощущение, но она отгоняла его от себя, считая, что оно навязано словами Розы. Однако неприятное ощущение не проходило, и она ре­шила хорошенько осмотреться. Если следят по приказу Чарли, ему придется об этом пожалеть! Она повертела головой, изучая очередь на вы­ставку, посвященную доисторическому периоду. Множество детей и подростков, никого подозри­тельного. Повернув голову направо, она стала наблюдать, как группа французских туристов го­товится прокатиться на аллигаторе. В отдалении, в джунглях, били барабаны, усугубляя ее беспо­койство. Решив идти дальше, она постаралась придать себе небрежный вид, но не могла отде­латься от впечатления, что чувствует на себе чей-то взгляд. У входа в пещеру первобытного чело­века, вырубленную в скале, она замедлила шаг, и тут тяжелая рука легла на ее плечо. Она оберну­лась с искаженным лицом — и остолбенела при виде остановившего ее человека.