Как соблазнить плохого парня (ЛП)

Достаточно плохо, что её родители постоянно преследовали её в последние дни из-за желания понянчить внуков. Теперь заговорили и обычные горожане. Сегодня, например, она шла домой с работы, а старый Гас Макмиллан, сварливый владелец магазина компьютерного оборудования, перестал подметать тротуар, чтобы спросить Мэл, когда она собирается «жениться и родить детей».
С другой стороны, возможно, он пытался так разозлить её. В последнее время они с Гасом были не в лучших отношениях, так как на прошлой неделе она отругала его за получение читательского билета, а затем за то, что он не использовал его. Тем не менее, её репродуктивная деятельность или её отсутствие, его не касалась.
Мэл вздохнула и закрыла глаза, сосредоточившись на решении.
Ей нужно было направление. Достижимый план действий — потерять девственность к своему двадцать пятому дню рождения — через пять коротких недель.
В действительности же, она хотела получить только одного мужчину для этой цели.
Трудная задача, но не невозможная, учитывая, что Адам вернулся в Пойнт-Бикон после двух армейских командировок. Мэл заехала в его автомастерскую под предлогом планового техобслуживания её машины, чтобы посмотреть, выглядит ли Адам, как прежде.
Так и было — высокий, темноволосый и оскорбительно недоступный. Он даже не взглянул в её сторону. Затем она пропустила своё фиктивное свидание с ним в его гараже из-за неразберихи с доставкой в библиотеке. Она ещё не сказала ни слова этому парню с момента его возвращения, хотя он жил недалеко от дома. Тем не менее, каждую ночь она слышала звук его мотоцикла, грохотавшего мимо её дома после того, как он заканчивал работу, и её колени подкашивались, представляя великолепного плохого парня Адама со всей этой ревущей силой между его бедрами.
— Э-э, мне нужно идти, Лилс.
— Стоять, — тон её лучшей подруги стал подозрительным. — Чем ты планируешь заняться?
Знакомый звук его Харлея Давидсона вдалеке становился всё громче, и адреналин захлестнул организм Мэл, заставив её сердцебиение ускориться. Адам Фостер возвращался домой, и её будущее вдруг стало немного яснее.
— У меня есть план. Поговорим позже.
Мэл закончила разговор, не попрощавшись, бросила телефон на журнальный столик и направилась по коридору к входной двери, быстро взглянув на своё отражение в зеркале в прихожей. Такая же миниатюрная фигурка. Те же длинные каштановые волосы. Те же большие карие глаза. Однако сегодня вечером её взгляд заискрился новой решимостью. Она не была той одурманенной, наивной девушкой, которую Адам бросил восемь лет назад. Теперь она была успешной женщиной с хорошей работой и собственным домом.
Она была готова.
Или нет.
Возможно, она преувеличила часть «наличия плана», но теперь было слишком поздно.
Она плюнула на всё. Просто импровизируй. Будь дикой.
Высоко подняв голову, Мэл вышла на улицу и встала на тротуаре перед её одноэтажным домом, ожидая, пока яркий свет от фары мотоцикла приблизится к улице, а затем отчаянно замахала руками.
Да начнётся план «Соблазнение Адама Фостера».
* * *
Адам ехал домой в сгущающихся сумерках, глубоко задумавшись. Он уже давно вернулся в Пойнт-Бикон, и в целом дела шли хорошо. Бизнес процветал в автомастерской «Победа ветеранов» — новом бизнес-предприятии, которое он начал со своим лучшим другом детства Джеймсом Брайантом, — и ему даже удалось восстановить связь с некоторыми из его старой банды из старшей школы.
Тем не менее, он до сих пор чувствовал себя растерянно.
Адам притормозил на четырехсторонней остановке в Эльм-энд-Мейн, прежде чем отправиться в тихий пригород, окружающий их шумный крошечный центр. Его магазин находился на другой стороне Пойнт-Бикона, рядом с железнодорожными путями, скорее на окраине. Как и он.
Это место могло бы стать его домом, но возвращаться сюда было странно, особенно после того, как умер его отец. Его мама ушла, когда Адаму было десять. Этот мотоцикл и старый ветхий дом в конце Крествью-лейн были его единственным наследством, его единственным физическим напоминанием о жизни, которой он жил до армии. Но с другой стороны, воспоминаний здесь было много.
 
Высокие деревья расплылись позади. Всё выглядело так же, как и восемь лет назад, когда он ушёл, но одновременно всё было по-другому. Горожане относились к нему по-другому теперь, когда он отслужил своей стране. Ещё до того, как он поступил на военную службу, добрые люди из Пойнт-Бикона заклеймили Адама возмутителем спокойствия — слишком диким, слишком безрассудным, слишком бедным. Они были правы во многом.
Теперь же, те же люди благодарили его за службу, называли героем.
Это было странно.
Свернув за угол на свою улицу, Адам увидел женщину, машущую руками, как цыпленок. Он замедлился по мере приближения, и его сердце пропустило удар.
Пожалуйста, Боже, пусть это будет не Мелоди Брайант. Кто угодно, только не она.
Но это была она. Он узнал бы эту неряшливую одежду и большую грудь где угодно. Ему не следовало проверять, как она, но он, похоже, ничего не мог с собой поделать, когда дело касалось Мэл. Тем больше причин держаться подальше. Однако он не мог понять, почему она стояла в темноте, пытаясь остановить попутку. Младшая сестра Джеймса всегда была немного странной, но ему это всегда нравилось в ней. Больше, чем следовало бы.
Сделав глубокий вдох для терпения и укрепив свою естественность, чтобы суметь вернуться к их обычному лёгкому общению, Адам замедлил ход и остановился перед её домом. Дом отражал Мэл в чистом виде, идеальном и отполированном до сантиметра своей жизни.
По сути, полная противоположность ему.
Когда-то они с Мэл были довольно хорошими друзьями. Он распугивал её обидчиков, а она залечивала его раны на их кухне после того, как он забегал пообщаться с Джеймсом. Она перевязывала ему костяшки пальцев, а потом кормила его M&M's из своего секретного тайника. Он вспомнил, что по какой-то безумной причине зеленые были её любимыми. Он дразнил её тем, что они считаются афродизиаком…
Сейчас это точно не поможет.
Адам заглушил двигатель мотоцикла и наблюдал за ней через поляризационные очки, которые он носил, чтобы жуки не попали ему в глаза. Некоторые люди говорили, что шлем был бы безопаснее, но что-то в дуновении ветра в его волосах и прикосновении свежего воздуха к лицу заставляло его чувствовать себя живым. И так давно Адам не чувствовал себя по-настоящему живым, с целью и причиной вставать по утрам с постели помимо работы. Кроме того, закон в этом штате не требовал, чтобы он их носил, так что «эти» люди могли пойти на хер.
Мэл заёрзала под его пристальным взглядом, розовый цвет окрасил её красивые щеки, смягченные светом с её крыльца. Казалось, она всё ещё реагирует на него, даже после стольких лет. Эта мысль сделала его счастливее, что было неразумно.
Он сдвинул очки на макушку и почесал темную бородку на подбородке. Весь в грязи и масле после долгого дня работы с автомобилями, Адам хотел только холодного пива и долгого горячего душа. Но судя по решительному взгляду на лице Мэл, он не получит ни того, ни другого в ближайшее время.
— Могу я тебе чем-нибудь помочь?
— Адам, — сказала она чуть запыхавшимся голосом. Он прочувствовал хриплость её голоса до кончиков пальцев ног, но не показал этого. Это была маленькая Мелоди Брайант, сестра Джеймса, девчонка, которая была слишком хороша для него в старшей школе и сейчас явно ему не по плечу.
Она была властной, раздражительной, самоуверенной.
Восхитительной.
Джаг, один из парней в магазине, сказал ему, что она заходила неделю назад или около того, чтобы запланировать техническое обслуживание своей машины, последней модели Камри. Сказала, что лампочка «проверить двигатель» горела, но тогда она пропустила встречу. Может быть, поэтому она хотела поговорить с ним сегодня вечером.
Но его инстинкты говорили об обратном.
Адам слегка поёрзал на своём месте, позволив бремени разговора свалиться на неё. В конце концов, она была той, кто остановил его, а он в любом случае никогда не был особенно хорош в светской беседе. Затем она прикусила нижнюю губу, привлекая его внимание к тому, какой полной и мягкой она выглядела, и, несмотря на его решимость, всплыли воспоминания о другой ночи восемь лет назад — они вдвоем на заднем крыльце дома её родителей, ощущение мягких изгибов Мэл, как она прижалась к нему, когда прошептала слова, которые он никогда не забудет.