Как соблазнить плохого парня (ЛП)

Адам изо всех сил старался оградить её от остальных посетителей и схватил салфетку с ближайшей служебной тележки, чтобы передать ей. Он также был не совсем честен. Он не назвал бы то, что он чувствовал, ревностью, но он также не легко принимал всех мужиков, пялившихся на прелести Мэл, независимо от того, насколько очаровательно они выставлены напоказ в этом красном клочке ткани, который, по её мнению, считался платьем. Это была свободная страна. Она имела право носить то, что хотела, не подвергаясь за это преследованиям. Ему хотелось врезать кулаком в лица этих двух ублюдков в баре, чтобы доказать свою правоту.
Тем не менее, если бы Мэл собиралась измениться, она не могла бы сделать что-то более крутое, чем это.
Пульс Адама громко грохотал в ушах. Каждый раз, когда он видел Мэл за последние восемь месяцев, что он вернулся в город, она всегда выглядела такой профессиональной, такой чопорной и корректной. Сегодня вечером она выглядела яркой, свободной и более чем обжигающе горячей. Из-за этого было ещё труднее удерживать её там, где она должна была быть в его мыслях.
Закрепление Мэл в аккуратном ящике френдзоны вместе с младшей сестрой лучшего друга помогло Адаму оставаться на прямой дорожке в том, что касалось её. Но увидев её сейчас, с оголёнными ногами и в платье, с вырезом достаточно низким, чтобы соблазнительно намекнуть на мягкие изгибы под ним, Адам получил заряд адреналина прямо на юг. И это было неприемлемо.
Перед ним Мэл всхлипывала, возвращая его в настоящее. Эмпатия наполнила его организм, ослабляя возбуждение, и Адам вздохнул.
— Всё не так уж плохо. Пожалуйста, не плачь.
— Идеальная. Этот комплимент я хотела сегодня получить. «Всё не так плохо». — Она добавила воздушные кавычки для акцента. Её руки коснулись его груди, посылая толчки осознания по его телу.
Он провёл рукой по волосам.
— Я делаю здесь всё, что могу.
— Серьёзно? Ты делаешь всё, что можешь, да? Потому что это точно не похоже. Не могу поверить, что ты мне не поможешь. После того, как прошлой ночью, на своей кухне, я сидела там и выложила все свои ужасы свиданий в мучительных подробностях.
Потекли новые слезы, и Мэл прижалась к его груди.
Адам сначала напрягся, затем расслабился, потому что действительно, что он мог ещё сделать?
Её сладкий аромат снова окружил его — вишня и ваниль, смешанные сегодня вечером с оттенком розы из того средства, которое она использовала для волос, прогоняющие резкие запахи паба. Он заставил себя сосредоточиться на деревянной стене, украшенной граффити, за её головой, а не на том, как она чувствовалась прижатой к нему спереди, такой мягкой, теплой и открытой. Нет. Совсем не думай об этом. Потому что, если бы он подумал об этом, Адам не был уверен, что смог бы удержаться от того, чтобы прижать её ближе, прижаться щекой к её шелковистым волосам.
— Не плачь.
— Я плачу не потому, что расстроена. Я плачу, потому что злюсь. Я ненавижу плакать. Я не ребенок.
Её слова были приглушены его футболкой, и ему пришлось напрячься, чтобы расслышать их из-за шума в баре и гула крови в голове.
Адам изо всех сил старался отвлечься.
— Я помню, когда ты была ребенком, вы с Джеймсом дрались. Твоё лицо стало красным и сморщенным, и ты кричала на него и рыдала одновременно. Довольно ошеломляющее зрелище. Как тот чувак в том анимационном фильме об эмоциях, у которого пламя вырывается из макушки.
Она шлёпнула его по руке, но вскоре её плечи затряслись от смеха — хороший знак в пользу Адама. Он отстранился, и Мэл вытерла лицо салфеткой.
— Можешь взять мою сумочку со стола? Я хочу проверить своё лицо.
— Конечно. — Он проскользнул к месту и получил её, а затем снова оказался рядом с ней через несколько секунд. Последнее, чего он хотел, это чтобы один из этих идиотов-игроков подошёл и попытался поймать её, когда она была так уязвима. Мэл нужен был кто-то, кто присматривал бы за ней.
Она предложила тебе эту работу.
У него скрутило жакет. Да, она просила. И он отказался.
— О, боже. — Мэл попыталась одной рукой стереть пятна туши с кожи под глазами, другой держа маленькое зеркальце, но от этого она стала похожа на енота. — Помнишь, когда мы пошли на ярмарку штата, и Джеймс уговорил меня раскрасить лицо, как у Джокера? Сейчас всё намного хуже.
 
Они посмотрели друг на друга с расстояния в несколько дюймов, прежде чем снова рассмеяться. Невыносимое напряжение между ними, которое началось в ту минуту, когда она подошла к столу сегодня вечером, наконец-то спало, и Адам снова смог дышать.
Смех Мэл пронёсся над ним, как колокольчики, которые его мама вешала перед их старым домом, когда он был малышом. Тогда они очаровали его своим ритмичным, успокаивающим звуком. Теперь он чувствовал то же самое — очарованный, загипнотизированный.
Ого, притормози ковбой.
Он не мог снова свалиться с этой скользкой дорожки, потому что с каждым разом возвращаться к реальности становилось всё труднее. А на самом деле помогать Мэл с её «специальным проектом» было бы не чем иным, как глупостью. У него уже были фантазии о ней и её кривой ухмылке, и он желал, чтобы он мог заставить её улыбаться так вечно. Он бы никогда не выжил, если бы они работали вместе 24/7, чтобы устроить ей достойное свидание.
— Ну что ж. — Мэл поправила своё крошечное платье, затем оттолкнулась от стены и от него. — Назад в окопы.
— Подожди. — Адам положил другую руку на стену рядом с ней, удерживая её в клетке, прежде чем он понял, что делает. Всё, что он знал, это то, что он не хотел, чтобы она уходила. Ещё нет. — Тебе не обязательно этого делать, Мэл. Это преображение.
— Да, я знаю. — Она моргнула, глядя на него своими красивыми карими глазами, такими яркими, невинными и решительными. — Я понимаю, что ты этого не понимаешь, но мне нужно это сделать. Для себя.
Его защитные инстинкты усилились. Он знал её много лет. Он видел её силу, её стойкость. Он знал, что она не сдастся, пока не достигнет своей цели, так или иначе.
Это означало, что Адам мог наблюдать за ней со стороны или он мог активно участвовать, где, по крайней мере, он мог действовать, чтобы обеспечить её безопасность и защиту. Когда он придумал об этом таким образом, помощь ей имела смысл.
В итоге выбора вообще не было.
— Какие ещё планы у Лилли на тебя? — спросил он.
Мэл пожала плечами.
— Она назначила мне встречу со стилистом из салона, в который она ходит в Инди, в эту пятницу. Потом мы собирались пообедать, а потом купить новый гардероб.
— Я возьму тебя с собой, — сказал Адам, прежде чем одумался. — У меня сегодня выходной в гараже. Если ты всё ещё хочешь, чтобы я помог тебе...
Она моргнула, глядя на него широко раскрытыми глазами, выглядя такой же шокированной, как и он сам.
— Ты поможешь?
— Да, но с основными правилами. — Он прочистил горло. — Я помогу с макияжем и подсказками о мужчинах и свиданиях, но это всё. Никаких тренировочных заездов. И ты сама по себе в любовной части. Я не занимаюсь любовью.
Это должно помочь защитить основные моменты. Аккуратно, безопасно, надежно.
Затем Мэл облизнула губы, и он проследил за этим лёгким движением, не в силах отвести взгляд.
— Хорошо, — сказала она. — Я в деле.
Адам хотел убежать, хотел спрятаться, хотел поцеловать её так сильно, что чуть не сошел с ума. Но это была Мэл. Младшая сестра Джеймса. Практически семья. Кроме того, за эти годы он поцеловал так много женщин, что давным-давно сбился со счета. Красивые женщины, уверенные в себе женщины. Но никакая другая женщина никогда не действовала на него так, как Мэл. На самом деле, она напугала его, если честно. Она была слишком хороша для него. Совсем из другой лиги.
Знание не останавливало желание.
Когда он стоял неподвижно, Мэл в замешательстве посмотрела на него.
— Адам? — Время замедлилось, когда его пальцы сомкнулись на её, и его вселенная наклонилась вокруг своей оси. — В деле.