Герой. Бонни и Клайд: [Романы]

— Ты мне много раз говорил: ничего такого не будет. А теперь вот я оказался по уши в дерьме.
Клайд ходил по кругу, сосредоточенно глядя под ноги.
— Я обещал этой очаровательной девушке, что исправлюсь, — сказал Бак. — Ты это понимаешь?
Клайд остановился и повторил:
— Ты сейчас не можешь меня бросить.
Бак некоторое время раздумывал, потом тихо сказал:
— Послушай, Клайд...
Клайд поднял голову. Но он так и не заметил апперкота правой, в челюсть. Он рухнул на траву и лежал без движения. Бак некоторое время смотрел на поверженного брата, а затем помог ему встать на ноги. Он стряхнул пыль со спины Клайда, обнял за плечи и со вздохом сказал:
— Ладно, Клайд, ты главный.
Остаток этого дня и часть следующего они провели в пути. Они избегали оживленных магистралей, старались не попадаться на глаза представителям закона. Они никак не могли понять, как это полиция их вычислила, почему в Джоплине так заинтересовались вновь прибывшими. Все стало ясно, когда они заметили почтовый ящик, а в нем газету. Клайд подъехал вплотную, а Бак, сидевший сзади, завладел газетой и стал читать вслух:
— Значит так, — громко сказал он, — слушайте, что тут написано. Клайд Барроу, фантом с Юго-Запада, бегство после перестрелки с отрядом полиции на улице Джоплина, штат Миссури, в результате которой скончалось трое полицейских.
— О Боже! — простонала Бланш.
Клайд не сказал ничего, но вокруг его рта образовались горестные складки.
— Продолжай, Бак, — тихо сказал он.
— Действуя на основе информации, полученной от разносчика из бакалеи, решившего, что на втором этаже гаража действуют бутлегеры...
— Ничего себе! — присвистнул К.У.
— Значит, все это по ошибке, — пробормотала Бонни.
— Полиция Джоплина, — продолжал Бак, — вступила в перестрелку со знаменитой бандой Барроу. Шеф полиции Перси Хэммонд выразил мнение, что среди членов банды есть и брат Барроу, Бак, недавно вышедший на свободу из исправительной колонии Хантсвилла... Тьфу, черт, — буркнул Бак и замолчал.
— Продолжай, — попросила Бонни, и Бак стал читать дальше.
— Личность третьего мужчины установить не удалось. Перси Хэммонд не сомневается, что женщина в банде — это Бонни Паркер. В результате перестрелки погибли констебли Э. Л. Кинси, 35 лет, Уолтер Эдмондсон, 28 лет, и заместитель шерифа Карл Бендер, 28 лет...
— Клайд, — подал голос К.У., — больше мы не увидим туалета миль тридцать на этом шоссе. Может, остановимся?
Клайд облегченно кивнул головой. Пузырь у него уже переполнился. Он подрулил к опушке ,у тихого озерца и остановил машину. Мгновение спустя он вылез из машины и исчез в зеленых зарослях.
Бак снова углубился в газету.
— А вот это неплохо, — сказал он с усмешкой. — Одинокий патрульный задерживает двух полицейских, считая что это банда Барроу. Сердце полицейского Говарда Андерсона забилось сильнее, чем мотор его мотоцикла, когда он прижал к обочине «седан В-8», в котором находилось трое мужчин и блондинка. Это случилось вчера днем. — Слушатели Бака рассмеялись, а он продолжал: — Когда он увидел в машине пистолеты, то еще более укрепился в убеждении, что задержал Клайда Барроу, Бонни Паркер, а возможно, Бака Барроу и третьего, неопознанного бандита. Понадобились длительные переговоры и многочисленные звонки, чтобы убедить патрульного, что его пленниками были двое полицейских из дорожной службы и блондинка-стенографистка оттуда же. — Бак громко расхохотался и остальные к нему присоединились, радуясь при мысли о том, какое огорчение доставит полиции эта заметка. Это был первый светлый момент в их жизни после перестрелки в Джоплине. Возможно, смеялись они немножко громче и дольше, чем следовало бы, но им не хотелось расставаться с чувством облегчения.
Никто из них и не подумал оглянуться, проверить, нет ли поблизости опасности. Поэтому никто не обратил внимания, когда у обочины шоссе мягко остановилась полицейская машина. Никто и5 них не заметил, как оттуда вылез техасский рейнджер, сжимая в своей большой руке «кольт» сорок пятого калибра. Он бесшумно продвигался к их машине, пока не приблизился настолько, что мог слышать, как читал газету Бак:
 
— Андерсон был отмечен как пример для сотрудников службы дорожного движения. Глава службы Л. К. Уинсон пояснил, что Андерсон совершил отважный поступок...
Клайд сделал свое дело и стал возвращаться к машине. Он не спешил, радуясь идиллическим картинам вокруг, прислушиваясь к бормотанию брата, он уже погрузился в обдумывание дальнейших планов. Значит так, надо найти какой-то тихий уголок, где переждать опасность. Что-нибудь очень захолустное. Он вышел из леса и похолодел. В семи шагах перед ним маячил силуэт высокого техасского рейнджера. Клайд вытащил револьвер и, прищурившись, навел его на неприятеля. Какая-то часть Клайда отделилась от него и отстраненно наблюдала за происходящим, словно это был вестерн. Вот так на главной улице городка сталкивались положительный и отрицательный герои, и весь вопрос состоял в том, кто кого опередит.
— Шериф! — прохрипел Клайд.
Рейнджер обернулся на полусогнутых, кольт заметался в поисках цели. Почти одновременно раздалось два выстрела. Рейнджер простонал, и пистолет выпал из его руки. Он выпрямился, потирая омертвевшую правую руку, пожирая глазами приближающегося к нему Клайда.
Все остальные повыскакивали из машины, размахивая револьверами, но поединок был уже окончен.
— Вот это выстрел. Молодец Клайд! — ахал К.У.
— Боже всемогущий! — дивился Бак. — Такой стрельбы я еще не видел.
К.У. и Бак взяли высокого рейнджера с двух сторон, закинули ему руки за спину и сковали пленника его же собственными наручниками. Они прижали пленника к багажнику его «седана» и стали грубо обыскивать. Бак подобрал упавший кольт и торжествующе поднял вверх трофей победы.
— Ну, что будем делать с ним? — спросил он.
Рейнджер и бровью не повел, давая понять, что все их реплики не произвели на него ни малейшего впечатления. На его сильном, морщинистом лице не дрогнул ни один мускул, глаза смотрели куда-то вдаль. Его густые, топорщившиеся усы придавали ему дополнительную мужественность и силу.
— Ну что ж, — сказал Бак с преувеличенной учтивостью. — Какое приятное событие! У нас в гостях самый настоящий техасский рейнджер. Не далеко ли вы забрались от родных мест?
Клайд чуть наклонился вперед, держа револьвер под подбородком у пленника.
— Слушай, блюститель, — сказал он. — Я Клайд Барроу, а эта очаровательная дама — Бонни Паркер. Ты в гостях у банды Барроу. Надеюсь, ты о нас слышал?
Техасец никак не подтвердил это, его лицо осталось неподвижным, а крупные губы крепко сжатыми.
— Мы очень рады, что у нас в гостях самый настоящий техасский рейнджер, — сказал Бак с низким поклоном.
Снова молчание.
— Ну, и какого же ты роста, рейнджер? — не унимался Бак. — Футов девять?
Рейнджер смотрел мимо него.
— Он, наверно, язык проглотил, — подал голос К.У.
— Ты немой, блюститель порядка? — осведомился Клайд.
— Нам очень не хотелось бы, чтобы у тебя возникло ошибочное представление о нас. Мы самые вежливые люди в мире. И мухи не обидим, верно, Клайд? — спросил брата Бак.
— Точно. Слушай-ка, Бак, давай в знак наших дружеских намерений сфотографируемся с шерифом.
— Отлично придумано!
— Мы сделаем снимки и пошлем их в газеты, — весело добавила Бонни. — Вы не возражаете, шериф? — она подошла к нему, оглядывая его с ног до головы.
Бак притащил камеру, а Бланш, Бонни, Клайд и К.У. расположились справа и слева от шерифа. С револьверами в руках, они тесно прижались к гостю. Они широко улыбались, комически подмигивали, а Бак щелкал затвором камеры. К.У. отшпилил от рубашки пленника значок рейнджера, приколол его себе на грудь и весело воскликнул:
— Глядите! Я теперь техасский рейнджер.
— Я очень рад, что в нашей семье есть техасский рейнджер, — сказал Клайд. — Послушай, друг, — обратился он к гостю. — Почему бы тебе не принять у него присягу — и сделать рейнджером официально. Ну что, ты так и будешь играть в молчанку?