Князь Немертвый (СИ)
Князя это немного расстроило. Он слегка нахмурился и, отставив бокал в сторону, встал с кресла и пригласил нас переместиться в столовую.
— Позвольте узнать, Дмитрий Владимирович, кто ваш батюшка? — поинтересовался князь, когда мы уселись за стол и пара слуг — оба вампиры — подали нам первое блюдо.
— Мой батюшка отставной генерал Владимир Аркадьевич Берестов. Тридцать шесть лет служил в военном ведомстве в Санкт-Петербурге. Выйдя на пенсию, он переехал с семьей в родную губернию. — Чтобы ответить, Дима даже отложил ложку, которую взял перед тем, как князь задал вопрос.
— Так вы, стало быть, родились не на Тульской земле?
— Верно.
Глаза князя радостно заблестели, а уголки губ медленно поползли вверх.
— Тогда, увы, я не смогу дать свое согласие на ваш брак с Софьей. Если, конечно, вы сделаете ей предложение.
Его слова прозвучали как вызов, однако лицо князя, которое совсем недавно было непроницаемым, теперь выглядело иначе. Он явно насмехался над Димой и ловил от этого удовольствие.
Да что с ним такое сегодня? У камина пересидел и угорел? Генриху ведь говорил совсем другое, что я больше ему не нужна…
— Почему же? — У Димы от заявления князя даже лицо вытянулось.
— Потому что я не хочу, чтобы у моей дорогой племянницы, — при этом князь повернулся ко мне и улыбнулся так, что у меня живот свело, — муж был чужеземец.
— Позвольте, в-ваше превосходительство, — Дима снова начал заикаться. — Так ведь я не какой-то печенег или монголо-татарин.
— Кто знает, какая в вас кровь течет, — загадочно произнес князь и, поймав взгляд Димы, медленно провел языком по алым губам.
Бедный молодой человек нервно сглотнул и потянулся к воротнику рубашки, чтобы ослабить галстук.
— Хватит. Пугать. Гостя, — чеканя каждый слог, стальным голосом произнесла я.
— Кто его пугает? Я? — Князь невинно похлопал ресницами, которые, к моему удивлению, оказались длинными и густыми как у девушки. И почему я раньше этого не замечала?..
Экзекуция Димы проходила еще добрых два часа, за которые я почти не притронулась к еде — лишь пила вино, которое слуги то и дело подливали мне в бокал. Было обидно, что князь, которого я планировала вывести из себя этим ужином и новостью о том, что у меня появился жених, все никак не выходил из себя, а даже наоборот.
Когда у Димы уже задрожали руки от язвительности князя и его бесконечных запугиваний, я решительно бросила салфетку на стол и резко поднялась. От выпитого вина закружилась голова, и мне стоило огромных усилий удержаться на ногах.
— Довольно, — твердо произнесла я. — Диме пора.
— Уже? — с деланным удивлением произнес князь. — А как же десерт?
— Если честно, он в меня уже не влезет, — пробормотал Дима, глядя на меня как на спасителя.
— Мы уже засиделись. Время позднее, — сказала я, твердо намереваясь выпроводить моего напуганного жениха и переговорить с князем с глазу на глаз. Ведь должна же я получить объяснение этому балагану, который он тут устроил!
Дима взглянул на часы и ужаснулся.
— Уже двенадцатый час! Как быстро пролетело время…
— Да что вы говорите… — Язвительность в тоне князя проступила с новой силой.
Мне захотелось ударить его по ноге под столом, но, если я сдвинусь с места хоть немного, то, боюсь, сразу же потеряю равновесие и завалюсь на пол. И зачем только я выпила столько вина?
Проводив Диму, который, как только его ноги ступили за порог нашего дома, обрел былую уверенность в себе, я направилась в гостиную, куда уже успел переместиться князь.
— Ну и что это было? — спросила я, чувствуя, как от выпитого вина горят мои щеки.
Я встала за кресло, сесть в которое не решилась, потому что боялась, что буду выглядеть не так убедительно, как стоя, и ухватилась за его спинку. Со стороны казалось, будто я заняла удобную позу, возвышаясь над князем, однако на самом деле я держалась за кресло, чтобы сохранять равновесие.
— О чем ты? — невинно поинтересовался князь.
Закинув ногу на ногу, он вальяжно устроился в своем кресле у камина и с интересом взирал на меня своими темным глазами, в которых сквозила плохо скрываемая хитрость.
— Об экзекуции, что ты устроил Диме! Зачем так его пугать?
— Я просто хотел лучше узнать того, кто намерен на тебе жениться.
— И как? Узнал?
— Да. В полной мере, — кивнул князь.
— Теперь даешь разрешение на свадьбу?
— Я подумаю.
Мои пальцы впились в бархатную обивку кресла.
— Подумаешь? — прошипела я, еле сдерживая гнев.
— Я еще не уверен. Мне он кажется неподходящим для тебя. Слишком простой и трусливый.
— Ты напугал его!
— Я такой страшный?
— Да! Ты очень страшный! — выпалила я, кипя от гнева. — Знаешь, как я боялась тебя в детстве? А после той ледяной комнаты и болезни я вообще думала, что ты меня убьешь. Рано или поздно.
Вся спесь вмиг слетела с лица князя. Округлив глаза, он невольно подался вперед и хрипло спросил:
— Почему ты так думала?
— Потому что ты был жутким! — всплеснула я одной рукой, второй же продолжала отчаянно держаться за спинку кресла. — Ты сказал, что я твоя рабыня и должна делать все, что ты мне прикажешь! А потом еще и запер в той ужасной комнате, где было холодно и темно. Ветер завывал так сильно, что казалось, будто за окнами стоят призраки… — Я сжала свободную руку в кулак, вдавливая ногти в плоть, чтобы сдержать подступающие слезы. — Мне было страшно в этом доме. И я боялась тебя…
Князь сделал рывок, будто бы хотел встать с кресла, но внезапно остановил себя. Его длинные бледные пальцы вцепились в подлокотники кресла, а глаза опустились.
— Ты и сейчас меня боишься? — еле слышно спросил он.
Я мотнула головой.
— Уже не так сильно, как раньше.
— Не так сильно, — произнес он с горькой усмешкой.
Вино развязало мне язык, пробудило гонор. Я бы никогда не призналась князю, что боюсь его, если бы не этот проклятый напиток. Теперь мне оставалось лишь жалеть о сказанном и ждать наказания. Скорее всего князь запретит мне видеться с Димой и…
— Я даю свое согласие.
— Ч-что? — от удивления я начала заикаться, как Дима.
Князь медленно поднялся и, избегая смотреть на меня, произнес чуть громче:
— Если Берестов сделает тебе предложение, я возражать не стану. Свадьбу оплачу.
— Ты серьезно? — все еще не веря его словам, спросила я.
Кивок.
Я замерла, не зная, что сказать. Поблагодарить? Спросить о причине его резкого согласия?
— Остаток ночи я проведу в своем кабинете. Прошу меня не беспокоить. — С этими словами князь вышел из гостиной, так на меня и не взглянув.
Я же так и осталась стоять за креслом, мертвой хваткой вцепившись в его спинку.
Князь дал согласие на мой брак с Димой. Он отступил, перестал издеваться. Я его обыграла, победила.
Но почему тогда на душе так паршиво?
Глава 9
— Он и правда так сказал?
— Угу.
— Князь благословляет нас?
— Да.
— Поверить не могу… — Дима даже остановился, снял фуражку и прошелся пятерней по волосам. Затем снова надел головной убор и, широко улыбаясь, посмотрел на меня. — Мы сыграем свадьбу!
Я кивнула и коротко улыбнулась. Дима моей неуверенности не заметил и принялся обсуждать свадьбу. Затем хлопнул себя ладонью по лбу и произнес:
— Я же тебе предложение так и не сделал! Вот же идиот!
— Да ничего, — пробормотала я. — У нас все спонтанно вышло. Можно сказать, я тебя ко всему этому принудила и…
— Ничего подобного! — Голубые глаза Димы горели решительностью.
Кашлянув в кулак, он огляделся по сторонам и вдруг опустился передо мной на одно колено. Сердце мое ухнуло вниз, но вовсе не от восторга, а от испуга.
— Ты что творишь? — зашипела я, бросая косые взгляды на прохожих. — Мы же на улице!
Однако Дима меня не слышал. Он широко улыбался и зачарованно смотрел в мое лицо.
— Софья Андреевна! — через чур громко произнес он.