13 демон Асмодея. Том 5
– Не понимаю, почему ты с ним возишься? – недовольно скривился Падший, когда я выпрямился и прямо посмотрел на него.
– Возможно потому, что этому парню везти нас в ближайшее село, и, может быть, куда-то ещё, и я не хочу, чтобы он машину на ближайший столб намотал, – ответил я, нахмурившись.
– Если ты не в курсе, то мы убрали аномалию над Пустошью, и теперь можно спокойно перемещаться в пространстве, не используя все эти допотопные убожества. Ты же не можешь так себя не любить, чтобы игнорировать свои способности, облегчающие жизнь и приводящие к гармонии с самим собой? – поинтересовался Велиал, внимательно меня разглядывая.
– Да, я уже понял, что шторы в комнате нужно вешать зелёные, – ответил я раздражённо. Ну не объяснять же ему, что пока никто в этом мире спокойно перемещаться не может, и вряд ли в ближайшее время сможет. А привлекать к себе внимание ради каких-то несколько часов обычному смертному, кем я сейчас являюсь, не самая умная затея. – Что тебе нужно, Велиал? Лук ты получил, все условия сделки выполнены.
– Мне нужно, чтобы ты пошёл со мной, всего на секундочку, провёл ножичком по одной чёрточке и можешь валить обратно, – говоря это, Велиал чуть ли не сюсюкал. – Можешь даже на своей машине.
– У меня такое странное чувство, что ты мне сейчас конфетку предложишь, – я покачал головой. – Говори прямо, на что ты меня подбиваешь?
– Михаил и Люцифер застряли в противоангельской ловушке, – немного подумав, ответил Падший. – Как ты понимаешь, я не могу их вытащить. И Мурмур тоже не может, а демонов у нас под рукой нет.
– Людей попросите, – я продолжал хмуриться. – Или это произошло в месте, где нет людей? Ну, тогда я могу посоветовать братцам не лазить по чужим замкам, куда их не приглашали.
– Если ты тот замок на Мёртвой пустоши имеешь в виду, то мы в него не смогли зайти, – с философским видом ответил Падший. – И мне даже интересно стало, что ты там намешал такого интересного.
– Я учёл свои ошибки после того, как ты убрал мою защиту на доме в Аввакумово, – мне не хотелось никуда с ним тащиться, и тем более помогать этим неуравновешенным братцам. Пускай посидят там, куда вляпались, глядишь, общий язык найти смогут.
Велиал замолчал, обдумывая, как со мной дальше разговаривать. В нём сейчас боролись два желания: прибить меня, да так, чтобы даже праха не осталось, и потребность получить то, зачем он сюда притащился. Я не мешал ему думать, легонько пиная колесо стоявшей передо мной машины. Наконец, Падший сделал шаг ко мне. Я напрягся, начиная разворачивать ауру, потому что без боя не сдамся, но Велиал поднял руку.
– Тихо, не кипятись, я не собираюсь на тебя нападать. Но братьев действительно нужно вытащить. Они сидят в ловушке в доме каких-то бабок в Петровке. И я просил ведьму-соседку помочь, но она пообещала скормить меня своему проклятому сильфию и отказалась помочь, – последние слова Велиал чуть ли не выплюнул, скривившись так, словно Марьяна отказала ему в чём-то ещё, а не в разрушении ловушки.
– Другого попроси, – я пожал плечами. – Юрчика поймай в крайнем случае. Бутылку ему купи, и он тебе что хочешь разрушит. Там, говорят, в Петровке одна бабка самогонку на мухоморах гонит, в качестве валюты вполне подойдёт.
– Юрчик согласился предоставить своё тело Мурмуру, – нехотя ответил Велиал.
– Вот же… презерватив многоразовый. Кто только его телом не пользовался, – я покачал головой. – С другой стороны, может, и к лучшему. С Юркиным стажем печень ему скоро рукой помашет и скажет: «Бывай, мне с тобой было омерзительно плохо, и я отчаливаю». И такой исход вряд ли эту эстетствующую сволочь устроит. Так что он, скорее всего, Юрчика починит, да ещё и внушит отвращение к бухлу.
– Да, во всём нужно искать позитивные стороны, – Падший закатил глаза, а через полминуты добавил: – Я предполагаю, что местные из Петровки просто боятся этих воинствующих старушенций и не хотят ничего портить в их доме, включая ведьму.
– Ну Алевтину Тихоновну свою до Петровки подкинь, что ты в такую даль притащился? – предложил я ему вполне нормальный выход из их непростой ситуации. – Она прекрасно может освободить братцев, ей не нужно будет ничего объяснять, и она не боится Петровских бабок.
– Нет, это исключено, – он покачал головой. Ага, похоже, Падший думал об этом варианте, но почему-то отмёл его. Не хочет, ну и чёрт с ним. И я не подскажу, что старушек в Петровке не боится ещё один человек – Диана Карловна Майер. Но если он сам не может два и два сложить, то я тем более ему в учителя не нанимался.
– Как знаешь. Я точно никого вытаскивать ниоткуда не собираюсь, у меня здесь дел хватает, – сказал я, пнув на этот раз колесо посильнее.
И тут во двор выскочил Мазгамон. Он огляделся по сторонам и сплюнул.
– Почему-то я так и думал, – заявил он, подходя ко мне поближе. – Вышел, чтобы проверить, какого хрена все уснули, и прямо-таки знал, что тебя увижу. Ты снова лук потерял и теперь трясёшь его с Фурсамиона? Ну так зря, я уверен, что он, несмотря на все свои старания, небесные цацки делать не умеет.
– Ага, – глубокомысленно произнёс Велиал, глядя на Мазгамона. – Он же не ангел.
– Какое удивительное наблюдение, – усмехнулся я.
– Мазгамончик, пойдём со мной, кое-что сделаешь, и я, может быть, тебе что-нибудь подкину, – ласково проговорил Падший, делая шаг в сторону демона.
– Вот обычно таким тоном говорят маньяки, когда хотят невинную жертву заманить в своё гнусное логово, – Мазгамон выставил руки перед собой и попятился. – Не подходи ко мне. Фурсамион, ну сделай что-нибудь! У тебя на глазах друга почти расчленили, а ты стоишь и ушами хлопаешь.
– Да не собираюсь я тебя расчленять, – вспылил Велиал. – Просто пойдём со мной, разрушишь целостность ангельской ловушки, в которой Люцифер с Михаилом застряли, и свободен.
– Ага, счас, – Мазгамон прищурился. – Вот там не я случайно бегу, чтобы вызволить братцев с радостным повизгиванием? И вообще, как по мне, так пускай посидят там вместе. Может быть, они научатся наконец-то друг друга слушать?
– Или начнут очередной Апокалипсис, – ядовито перебил его Велиал.
– Сидя в ангельской ловушке? – снисходительно спросил Мазгамон. – Максимум, что они могут сейчас сделать, это начистить друг другу морды. Так что пускай посидят. Как можно дольше. Например, вечность, – задумчиво протянул демон перекрёстка. – Если шеф обратно в Ад не вернётся, кто станет вместо него высшим начальством?
– Я! – рявкнул Велиал. – А мне это совершенно не нужно. Но бюрократия не просто так придумана у нас и доведена до совершенства.
– А, ну, это даже лучше. Пускай сидят и думают о вечном, – подытожил демон.
– У них есть очень чёткое задание, – процедил сквозь зубы Падший и повернулся ко мне. – Повлияй на него.
– Как? – я развёл руками. – Такие дела должны делаться сугубо добровольно.
– Как будто я этого не знаю! – рявкнул теряющий терпение Велиал. Вдохнув и выдохнув, он на мгновение прикрыл глаза, а потом распахнул их и посмотрел на меня. – Ладно, если вы, два упёртых барана, не хотите нам помочь, может быть, ты одолжишь мне свою курицу?
– Что? – я удивлённо моргнул. – А больше ты ничего не хочешь?
– Ой, да ладно, – махнул рукой Падший. – Эта тварь очень умная и достаточно независимая, чтобы принимать самостоятельные решения. И вообще, разве ты не должен предоставить курочке выбор?
– Ты сейчас это серьёзно? – я перевёл взгляд на Мазгамона, но тот стоял, уставившись на Падшего, и крутил пальцем возле виска, непрозрачно намекая, что тот, кажется, свихнулся окончательно. Внезапно мне стало смешно. – Хорошо, давай спросим у неё. Мурмура!
Курица появилась передо мной без всяких пошлых спецэффектов с лёгким хлопком. Велиал задумчиво смотрел на неё, что-то высчитывая про себя. Мурмура, в свою очередь, смотрела на него злобным взглядом маленьких чёрных глазок.
– Она как-то изменилась. Её что, какой-то дебил ещё больше усилил? – спросил Падший, не отводя пристального взгляда от курицы.