Ведьма и ее бандит (СИ)

— Что… — голос едва не подвел. — Что именно?
Он склонил голову, словно и правда решая, стоит ли рассказать мне, но…
— Еще интереееснее, — произнес спустя пару минут. — Ты спрашиваешь, потому что сам примерно знаешь ответ, верно?
Я, конечно, сделал вид, что понял хоть что-то из сказанного, пока мысли лихорадочно бились, стукаясь друг о друга. Что он вообще несет?
— Эта тайна, которую ты мне обещал, — вкрадчиво проговорил Сорай. — Она имеет высокую цену, если мы думаем об одном и том же, Адриан. Поверь мне, за нее можно не только подарить тебе твою никчемную жизнь, но и отдать гораздо, гораздо больше.
— Я…
— Если бы Всеволод был паинькой и поделился со мной своим открытием, то ничего бы с его задницей не случилось, — добавил ублюдок. — А после — и с его прелестно-пакостной дочуркой тоже. Великая тайна нашего мира, которая подвластна лишь избранным, как же! Если подумать, я единственный, кто по-настоящему ее достоин!
Хрен знает, о чем он тут вещает. Но, пока говорит, надо подтолкнуть.
— Почему ты просто не спросил их?
— Думаешь, я не пытался? — внезапно заорал колдун. Весь его благопристойный вид смело в одно мгновение, теперь он так и пылал ненавистью и желчью. — Но этот нарцисс ни в какую не хотел говорить! Клялся, что унесет тайну с собой в могилу, если потребуется. Так что он сам виноват!
— А Ева?
— А что Ева? Твоя пигалица, уверен, тоже владеет необходимыми мне знаниями.
— Так почему ты не спросишь ее? Почему сразу так кардинально — смерть?
Я шел по тончайшему льду, сам это осознавал, но удержаться не мог.
— О, ты, мой маленький дурачок, видимо, плохо выучил свою ведьмочку, — он снова откинулся в кресле. — Она так похожа на своего отца. Тот же мерзкий упрямый характер и мания величия! — ага, кто бы говорил. — Так что я бы зря потратил время, сунься к ней с нужным мне вопросом.
— Зачем же убивать?
— Потому что они — не избранные! — опять заорал колдун. — Я — избранный, я! Они — всего лишь чернь под ногами высшей расы, которая прячется от внешнего мира! Из-за таких, как они! А я — тот единственный, кто имеет право знать! Кому как не их прямому потомку, знать, где находится их лучший, непревзойденный, прекраснейший мир?!
Тааак, либо сумасшедший заговаривается, либо он только что причислил себя… Боги, этого просто не может быть!
Дриады — волшебные существа из сказок, которые являются скорее мифически, нежели реальными. Красивые и величественные, они живут в своем отрешенном мире, спрятанном от человеческого, в гармонии с природой и самими собой. Лесные нимфы, которых никто никогда не видел уже очень много лет.
Он что, всерьез считает, что один из них?
Кажется, вся воля ушла на то, чтобы не показать свое удивление. Сцепив зубы, я сохранил каменно-равнодушное выражение лица, пока соображал: он верит в их существование, а еще в то, что Ева может знать, где живет давным-давно исчезнувший народ? Безумие!
А еще большее безумие думать, что я могу быть в курсе этого бреда!
— Так что, твоя женушка поделилась с тобой самым сокровенным? — елейным голосом спросил явно спятивший колдун.
Он успокоился и смотрел на меня презрительно и злобно.
— Сначала сними с меня клятву… пожалуйста, — последнее слово пришлось буквально выдавливать из себя.
Сорай выдохнул, видимо, ожидая, что я расколюсь так же легко, как он сам. Кажется, уверившись, что «тайна» есть, и она именно такова, какую его больной разум себе придумал, он встал, расправляя плечи, и прошипел:
— Конечно, Адриан! Я сделаю, что обещал. Но не забывай, что наступит и твоя очередь! И, надеюсь, ты и правда не слишком привязался к ведьме. Потому что ее участь уже решена! И она ей не понравится!
Ни один мускул не дрогнул у меня на лице, уверен. А вот сердце опасливо сжалось и загрохотало быстрее, потому что знаю: если ничего не получится, он претворит свои угрозы в жизнь, и, разочарованный, вымесит на девчонке всю свою злобу. И тогда останется только умолять Богов, чтобы они отошли от правил и лично вмешались, обрушив на мерзавца свой праведный гнев. Он как никто другой этого заслуживает.
 
Вытянув руки и скрючив пальцы, будто собирается кого-то схватить, Сорай вперился в меня взглядом и что-то быстро зашептал. Грудь обожгло, как каленым железом прикоснулись, но я выстоял. Непонятно откуда появился ветер, разом погасив все факелы в комнате. В образовавшейся тьме я уставился на колдуна, который сейчас начал слабо светиться. Или это костюм его дурацкий? Когда встретились, подумал, что он одевается не как великий колдун, а подобно королевскому шуту.
Между тем голос Димитрия становился все громче. Очередной порыв ветра чуть не опрокинул навзничь, но опять удалось сохранить равновесие. В груди уже откровенно горело, поджаривая внутренности будто на вертеле, скручивая их так, что в какой-то момент понял, что больше не могу вздохнуть.
Сорай же, широко расставив ноги, уже кричал непонятные слова. Запрокинул голову и направлял их вверх. Заклятие звучало уже отовсюду, отскакивая гулким эхом от стен, проносясь к высокому потолку, шелестя где-то под ногами.
По подбородку потекло что-то теплое, наверное, опять кровь, но я не стал стирать, только сжал кулаки и терпеливо ждал развязки. Колдун силен, невероятно силен, но при жизни Зарая он все равно уступал ему в могуществе. Всеволод не мог навесить на меня клятву, не удостоверившись, что я не сумею ее снять. Наверняка представил, что я, почуяв неладное, ломанусь к первой попавшейся достаточно сильной ведьме и выложу целое состояние, чтобы та избавила меня от ненужной обузы. Престарелая одаренная не побоялась и была наказана за это, полностью потеряв способности к магии. Пришлось откупаться уже не монетами, а истреблением ее недругов. Мрачное было время.
Зато теперь я знаю, что колдун перестраховался. Так что давай, покойный тесть, не подведи и в этот раз! Иначе нам всем будет плохо, и той, за кого мы оба переживаем, особенно.
ГЛАВА 33. Первый недораз
Ева
Я хныкала громко и красноречиво, так, что горло заболело. Даже слезу пустила настоящую, впрочем, это вообще оказалось легко: реветь от злости и обиды у меня всегда получалось лучше всего. Так что, когда в дверь сунулась чья-то любопытная лохматая башка, уже вовсю рыдала над нелегкой и несправедливой судьбинушкой одной очень доброй и наивной ведьмы, подвывая, насколько это возможно с тряпкой во рту.
— Ты что, кляп выплюнула? — поинтересовалась башка.
Скептически оглядел страшную морду, только вздохнула. Да уж, все же не такой первый раз мне виделся в девичьих грезах. Тот же Шон подходил на эту роль куда больше.
Ну, что имеем, как говорится.
Отрицательно помотала головой и выдвинула челюсть вперед, показывая наличие вонючей ткани.
— А что тогда воешь?
Удивительные люди! Действительно, у меня же больше нет причин грустить, кроме как из-за потери ставшего мне несказанно дорогим сердцу кляпа!
— Ааа, поссать, наверное, захотела? — понимающе оскалился мужик, и уже весь зашел в комнату, почти без стука захлопнув дверь.
Я проследила за ним взглядом и вздохнула. Ну что я, в самом деле, хочу от столь примитивного даже не вида — подвида? Какие еще у пленной ведьмы могут быть заботы, кроме как сходить по-маленькому?
— Терпи, — подумав, заявил недалекий, и почесал куцую бородку.
— Ммм! — возмутилась я.
— Тогда надо у хозяина спросить, — протянуло он.
— Ммммм! — запротестовала, видя, как он собирается покинуть комнату. — Ммм!
Уж не знаю, что в моем мычании разобрал бандит, но тут же поднял палец, опять указывая на злосчастный кляп, и спросил:
— Ааа, дышать, наверное, тяжело?
Что ты будешь делать?! Да, блин, мне дышать тяжело, и двигаться тоже, вашими стараниями, между прочим!
— Не было распоряжения его убирать, — вроде бы даже с сочувствием произнес он.
Я закатила глаза.
— Эй, ты что это вздумала, умирать? Нельзя! — как-то искренне испугался мужик, но тут же логично объяснил свои опасения: — Хозяин сам хочет тебя убить. Он будет злиться.