Семья герцога Литерского (СИ)

- Хм?
Кисиль торопливо говорит, излагая свой план. Граф машет руками и пытается нарисовать на столешнице пальцем моменты своей ценной идеи. И Вик на миг верит, что прежний Кисиль снова с ним.
- И вот еще что, - широко улыбаясь, добавляет Кисиль. – Это брачный договор. Нужно заверить его в Карумийском дворце нынешней датой.
- Позволь я взгляну?
- Ты все равно посмотришь, - пожимает плечами граф Глиссер.
Виктор разворачивает аккуратно сложенные бумаги и вглядывается в мелкий почерк друга.
- Позволь кое-что уточнить, - прочитав, шипит в бешенстве Вик. - Ты это в трезвом уме писал? И про поместье, которое отходит в личную собственность твоих супругов, как подарок на свадьбу? И про то, что при случае уличения тебя в измене, они получат развод при желании и отступные в половину твоего состояния? Признание их полноправными гражданами хорошо конечно… Кисиль, если хоть один захочет уйти от тебя, ты останешься практически нищим. Ты прописываешь здесь то, что все их имущество, вывезенное из Карумии, будет принадлежать только им. Ты на него даже права иметь не будешь.
- Любовь – такой яд, Вик, - прошептал устало Кисиль.
Вик, молча, сворачивает листы и обещает другу сделать все в кратчайшие сроки.
- Они, наверное, рады, - зло усмехается Вик.
- Нет. Они просто не в курсе. Я предложил Эддрику немного другие условия. Окончательный вариант он получит уже после подписания договора нашим главным казначеем.
- А если возникнут какие-либо изменения еще на территории Кальрадии?
- Там указано, что в случае дополнительных обстоятельств к договору прилагается еще лист. Иначе все действует так. И пусть с ответом пришлют мне брачную бумагу. Хочу, чтобы в Карумию мы въехали уже супругами.
- Лишер будет в ярости.
- Ты сможешь, я верю.
- Тебе все равно, да?
- Да. Теперь главное – моя семья. Все остальное в порядке важности, но после них.
- Знаешь, - усмехается Вик, делая большой глоток эля, - пожалуй, я никому не скажу об этом.
- Будет по-настоящему здорово, - понимающе улыбается Кисиль.
- Теперь о плане. Генрих начал беспокоиться за свой денежный мешок и навязывает Эддрику брак с сыном виконта Литтла. Чтоб закрыть череду обязательных замужеств. Нам обязательно нужно использовать эту информацию, как «красную тряпку» для семьи Абигейл. Уверен, они взбесятся от тайных договоренностей короля.
- Неплохая мысль, - кивнул Вик.
Кисиль сегодня просто фонтанировал идеями, и он не собирался ему мешать – друг и так слишком долго прохлаждался, пора заняться делом. И если семейные проблемы – повод для того, чтобы окунуться в работу, кто он такой, чтобы мешать?
  
- Теперь о маршале Дуктейне. Его однозначно стоит деморализовать. А лучше – убить в подходящее время.
- Сегодня ты жесток.
- Военные – люди суровые и чаще всего фанатично преданные родине, не хочу рисковать. Позаботишься об этом?
- Безусловно, - сухо кивает Вик. Он собран и серьезен.
Когда Кисиль уходит, он почти трезв. В последнее время их общение с Виком сводилось больше к ругани и обидам, а сегодня беседа была вполне плодотворной. Но домой не хотелось так сильно, как это только возможно. Хотелось оттянуть решение проблем на более поздний срок. И это желание было вызвано страхом, в котором он не признавался даже себе. Страхом, что все разрешится не в его пользу.
Раньше он, безусловно, воспользовался бы брачным договором, показывая Риэлю те плюсы, которые маг получит, едва пересечет границу Карумии, как полноправный гражданин. Но сейчас он не посмеет даже заикнуться о наличии такого договора. Впрочем, Эддрик уже, наверняка, сунул магу ту нелепую бумажку, что насочинял для него Кисиль. Когда граф впервые заикнулся о чем-то похожем на то, что написано в брачном договоре, отданном Вику, Эддрик лишь рассердился, сказав, что если и судить, то все поровну. Но Кисиль сказал правду Вику: для него любовь – это яд. Тот человек, что приехал в Кальрадию, медленно гибнет от заполняющей тело любви.
Порог дома на улице Теней граф Глиссер переступал со смешанным чувством: с одной стороны было желание, чтобы конфликт разрешился быстрее с любым результатом, с другой – хотелось сделать все, чтоб все сложилось удачно.
Риэль ждал его почти что на входе. Так предсказуемо. Одна только мысль о том, что там наплел ему Эддрик, ужасает своей масштабностью. Герцог слишком увлечен идеей мира и гармонии в семье.
- Кисиль.
Господин королевский маг собран и выглядит так, словно стоит на приеме у короля, где на него устремлены тысячи взгляд дворян.
«Расслабься, Риэль. Передо мной ты можешь быть любым»
- Я сожалею о том, как повел себя в кабинете у Эддрика.
- А ты не сожалей, - ухмыляется граф, легко скидывая на пол сюртук.
- О чем ты? – Риэль сердито поджимает губы.
- Ты же среди близких людей. Будь самим собой. И если ты зол, то не стесняйся сказать мне об этом.
- Эддрик сказал, что мои обвинения были несправедливы.
Кисиль облизывает губы. И он точно знает, что это выглядит не сексуально, скорее презрительно.
- Дорогой, я хочу, чтоб рядом со мной ты высказывал все свои мысли, а не переживал о том, не забыл ли я записать это на бумажке.
- Кисиль, все то, что случилось... Есть ли после этого для нас возможность начать все сначала?