Семья герцога Литерского (СИ)

- Не все так категоричны, как ты.
- Согласен с Вами, Ваше Высочество. Но люди – разные и не стоит мерить всех одинаково.
- Более того, я готов указать тебе на тех людей, кого ты знаешь лично. Возможно, тогда ты изменишь свою позицию?
- Даже не представляю, чей пример может заставить меня поменять точку зрения.
- Супруг герцога Литерского, бывший граф Глиссер Карумии не станет для тебя таким примером.
Наверное, он побледнел. Не удержался и сжал ладони в кулаки, больно впившись ногтями в кожу. Потом одумался и вспомнил, что король вполне может преувеличивать, чтобы подтолкнуть Риэля к смене решения.
- Думаю, что Кисиль для меня не авторитет в данном вопросе, - ответ дался ему почти легко. А главное, он смог сохранить привычный тон, чем рассердил короля.
- Что ж, знай, если передумаешь, то я буду рад твоему визиту в любое время дня… и ночи. Надеюсь, ты помнишь, где мои покои.
- Безусловно, Ваше Высочество. Благодарю за предложение.
Риэль склонил голову и развернулся, чтобы покинуть зал для совещаний. Помещение, которое всегда раздражало своей расцветкой не только короля, но и его. Он даже собирался затеять тут ремонт, чтобы порадовать Генриха приятным декором. Вот только не успел до того, как тот выдал его замуж за Эддрика. А после Риэлю уже казалось неуместным хлопотать о ремонтах во дворце.
- И да, Риэль, - позвал Генрих, когда маг был уже у двери. Риэль оглянулся.
- Передай вот это Кисилю. Он забыл это вчера.
Риэль неверяще смотрел на тонкие шелковые трусы. Как же хотелось поверить в то, что они не принадлежат графу Глиссеру. Или в то, что он оставил их здесь не вчера, а когда-то давно, в первые дни по приезду в Кальрадию. Но проклятую тряпку он лично презентовал Кисилю после первой брачной ночи. И, судя по гадкой ухмылке короля, тот знал, прекрасно знал об этом.
Риэль сделал пару шагов и, ему хотелось верить, что небрежно выхватил у Генриха трусы.
- Передам, Ваше Высочество.
- И мой пламенный привет. Он был особо страстен по приезду. Наверное, Вы не слишком балуете его. Предпочитаешь не подпускать Эддрика к нему? Ну да, ты же у нас эгоистичный мальчик. Ты любишь владеть всем единолично. Или так, или никак.
- Я могу идти, Ваше Высочество?
- Идите, господин королевский маг.
Риэль вышел, комкая в руке тонкую ткань.
Оказывается, счастье рушится слишком быстро. Или его вообще не существует. Граф Глиссер чуть не заставил его искренне поверить в свою любовь. А оказывается вот как.
Риэль чувствовал, что магия кипит в нем, разгоняет кровь по венам, заставляет щеки пылать, а волосы слегка развлекаться.
Люди шарахаются от него в стороны, и он спешит, спешит покинуть дворец и вернуться домой.
  
Сейчас, впервые в жизни Риэлю хочется, чтобы он не совладел со своей силой, чтобы у нее появилась первая жертва. Ему хотелось, чтобы Кисиль узнал на себе, как это больно, когда предают.
Ему хотелось отомстить проклятому графу. Заставить его почувствовать боль. Чтобы Кисиль узнал, как это, когда выворачивает изнутри, когда ломает так, словно каждая косточка в теле разлетается на тысячи кусков. Когда миллионы песчинок впиваются в глаза, лишая возможности видеть окружающий мир. Когда кровь сочится из самого сердца, унося жизнь по каплям.
Что это? Дождь? Нет, всего лишь слезы.
 глава 33. 
Кисиль, нарушая правила приличия, сидел в кресле боком, выставив ноги и болтая ими в воздухе. Голые пятки зазывно мелькали перед носом у Эддрика, который внимательно читал какие-то бумаги. В отличие от Кисиля, который вдали от родины расслаблялся, отдыхая от счетов и экономически важных решений, Эддрик помнил о своем статусе главы рода и обязанностях, которые к нему прилагаются. Именно поэтому он старательно не реагировал на супруга, настроенного на нежности.
Риэль появился в кабинете почти бесшумно. Безмятежное выражение лица и слабая улыбка были привычными для мага, а вот сила, которая хлестала из него также, как в начале их с Кисилем знакомства, испугала графа Глиссера до дрожи, заставив подскочить на ноги.
- Риэль? – Эддрик поднял голову от бумаг, словно не замечая этого фонтана мощи, исходящего от супруга. – Как визит к королю?
- Прекрасно, - мягко улыбнулся маг. – Он всем передавал привет. Особенно тебе, Кисиль. Просил сказать, что ты забыл.
Кисиль в ужасе смотрел на протянутую Риэлем ткань. Происходящего просто не могло быть. Безусловно, он одевался в спешке в последний раз, желая быстрее попасть домой, но точно помнил, что засунул шелковую ткань в карман. Ах, надо же было похвалиться на утро после свадьбы подарком Генриху. Где были его скудные мозги? Похоже, влюбившись, он их потерял окончательно, Вик прав.
- Бери же, - мягко произносит Риэль, а Кисиль чувствует, что не в состоянии поднять рук.
Вязкая тяжесть накатывает, придавливая к полу.
- Я хочу рассказать тебе, как это больно довериться во второй раз и снова быть обманутым. Опять почувствовать себя ненужным и променянным. Это так, будто дышать нечем…
Кисиль вдыхает воздух с трудом, чувствуя, как магия возлюбленного вьется вокруг него. Безумные глаза мага пристально смотрят на него.
Герцог Литерский в ужасе наблюдает за происходящим, впервые слишком отчетливо понимая, чего так сильно боялся Генрих, почему монарх удалил со двора своего любимого мальчика. Ему страшно за Кисиля в этот момент, но он чувствует, что маг контролирует их обоих, не давая сдвинуться с места.
- Ты причиняешь боль, играя с людьми, будто с куклами. Тебе ведь нет дела ни до чьего сердца? Взять Тори для примера? Знаешь, как это, когда болит сердце так, словно вся жизнь уходит по капле из тебя?
Кисиля пронзает боль, острая боль в сердце. Ему хочется кричать и молить о пощаде, но разум твердит, что все это он заслужил. Заигравшись чужими судьбами. Не оценив щедрот судьбы, подарившей ему любовь. И он расслабляется, получая свое наказание.