Семья герцога Литерского (СИ)

- Доброе утро, Риэль, - тихо произносит граф, опуская на прикроватный столик кружку кофе и блюдо с булочками.
Комната мага значително больше его собственной. Но тоже еще не обжитая и безликая. На этой кровати Риэль спал один. Значит, герцог приходит к нему не каждую ночь, если они вообще спят вместе. Никто ведь не оглашал Кисилю степень фиктивности их брака.
- Кисиль? – маг ерзает на кровати и, наконец, неохотно садится.
- Я принес завтрак, - кивает граф на столик.
- Спасибо.
- Как первая ночь на новом месте? – Кисиль садится в кресло напротив кровати.
- Неважно, - признается Риэль. – А ваша?
- Примерно также.
 Глава 14. 
Кисилю стоило многих трудов уговорить герцога вернуться обратно в столицу. И то, это ему удалось лишь спустя пару месяцев.
Он определенно считал, что взращивать дурное мнение о монархе в столице будет гораздо проще. Да и обстановка замка навевала на него жуть и тоску. Положение ничуть не спасала та ситуация, что Риэль затеял ремонт с целью освежить и осветлить жилье.
К королю Кисиль наведался на следующее же утро после приезда. Генрих был рад его видеть. И даже доказал это очень недвусмысленно, попытавшись затащить Кисиля в свои покои. Граф Глиссер отказал вежливо, но твердо, напомнив, что скоро станет супругом кузена короля.
Интрижку с Генрихом пора заканчивать – это может поставить под удар всю операцию. Он бесцельно бродит по дворцу, отмечая пустые комнаты. Здесь, в столице, жизнь кипит лишь раз в году, в разгар сезона.
Уже совсем не надеясь найти хоть одно удобное знакомство, граф выходит в сад.
Именно в саду, среди удушающих ароматов роз, он встречает веселую компанию молодых людей. Наверняка, они младше его лет на пять, да и глупее на порядок. Но глупые люди зачастую болтливы, так что Кисиль расплывается в улыбке.
- Добрый день.
Молодежь настораживается.
- Меня зовут Кисиль, граф Глиссер. Я не так давно здесь и толком не знаю никого.
- Граф Глиссер? – усмехается один из мальчишек. – Лесар, сын виконта Балье. Приятно познакомиться.
- И мне, - живо откликается Кисиль.
Остальные тоже представляются. Лорд Море, герцог Номан и виконт Смолеви. Разношерстная подобралась компания, но так даже интереснее.
- Присаживайтесь, Кисиль, - предлагает Море. Граф о них ничего не знает. Так что, хоть что-то стоит выяснить сейчас.
- Не расскажите немного о себе? - обращается он ко всем.
Его новые знакомые сначала неохотно говорят о себе, своей родне и заслугах родителей. Но потом гордость и желание похвастаться пересиливают, и они начинают рассказывать, иногда не слишком прилично перебивая друг друга. Как умеет и понимает, молодежь вводит его в курс дел в столице, давая оценки и советы. Их мнения идут из семьи. Это точка зрения родителей. И это важно. Кисиль впитывает все недовольства, сказанные напрямую или мельком оброненные.
  
Риэль не может сказать, что слишком рад оказаться снова в столице, но если бы он остался сейчас в Сапало, это означало бы лишь то, что он прячется в раковине. Так что королевский маг появляется во дворце, по обыкновению к концу совета, и ждет у двери, когда Генрих освободится.
Король принимает его радушно, при этом приятно избегая намеков на их прошлые отношения.
- Как прошла дорога? Я помню, Риэль, ты неважно переносишь такие поездки, а тут целых две за короткий срок.
- Спасибо, мы приехали вчера, и я успел отдохнуть, так что сейчас готов помочь Вам в делах государства.
Король, молча, откидывается на спинку и прикрывает глаза. Они оба слишком хорошо знают, что единственная помощь со стороны Риэля – быть рядом. На полшага позади короля. Уверенная поддержка перед знатью и гостями королевства, чтобы никто не посмел даже подумать, что власть Генриха можно оспорить.
- Благодарю за участие, мой друг. Для меня важно уже то, что ты моя опора и ты рядом со мной, - король лениво улыбается, не открывая глаз. - Я очень устал сегодня. Никак не могу понять, к чему лорд Амароне так настойчиво предлагает мне этот закон о браках? Не уверен, что традиционные семьи его одобрят.
- Лорд Амароне достаточно прогрессивный человек. Многие наши соседи уже давно имеют такую практику, когда сами брачующиеся решают, с кем им быть.
- В последнее время все больше недовольных положением младших мужей, - отвечает король.
- Да, это естественно, - кивает Риэль. - Дело ведь не только в том, что семья отдает ребенка другому роду в младшие мужья, где его жизнь целиком зависит от желаний старшего мужа, но и в том, что за таких детей необходимо платить стороне старшего супруга. Также недовольство вызывают законы, уточняющие минимальное количество детей в семье. Никто не хочет расставаться со своим имуществом.
- Ты прав, мой друг. Ты прав. Думаешь, стоит рассмотреть принятие этого закона?
- Разрешите мне, Ваше Величество, напомнить Вам?
- Говори, - машет рукой король, позволяя магу высказаться.
- Традиционные семьи, по большей части герцоги, могут и возмутиться таким законом. Их недовольство может быть намного сильнее, чем сегодняшняя настойчивость лорда Амароне и его соратников. Позиция Амароне понятна – у него дети замужнего возраста. А финансовое положение его оставляет желать лучшего.
- Нет, - качает головой Генрих, - я все обдумал. Нужно быть прогрессивными. Мы не можем отставать от соседних стран в социальном развитии. Перемены несут за собой хорошее. Конечно, не все сразу примут это, но мы можем сделать какие-нибудь уступки в законе на первое время.
Риэль качает головой. Генрих поступает опрометчиво. Текущее положение достаточно удобно для многих семей. Многие политические союзы и производства подкрепляются как раз обязательными браками. А король хочет разрушить эту многовековую традицию. Все это может закончиться довольно плачевно. Люди не готовы к тому, что младшие сыновья смогут выбирать себе мужей, а, зачастую и становиться старшими супругами. Сложившийся менталитет не позволит народу принять это, что может пошатнуть веру людей в государство. Те, кто сейчас воспитываются как младшие мужья, будущие хозяева дома, вряд ли смогут управлять бюджетом семьи, поддерживая содержание поместья. Впрочем, вряд ли это все беды. Риэль был уверен, что найдутся и те, кто вообще крайне резко выскажется против решения монарха. И это будут представители знатных и древних родов, имеющие, несомненно, свой интерес, а также вес в обществе. Это те люди, от которых не избавишься так легко, отправив их в ссылку в глубинку. К их мнению принято прислушиваться. Их достаточно, чтоб королю было тяжело с ними бороться.