Локи. Дилогия (СИ)

Беклемишева или, учитывая ее фантастическое упрямство, «любящая женщина», запросто прочитала и этот порыв души. Однако доказывать, что ни за что не передумает, сочла необязательным – коснулась губами щеки, пожелала доброй ночи и ушла выполнять поставленное условие. А я, с большим трудом заставив себя успокоиться, вернулся к анализу наиболее вероятных вариантов будущего. И занимался этим до очередного «пробуждения» комма.
Почувствовав его вибрацию, кинув взгляд на экран и прочитав коротенький текст под пиктограммой сработавшего таймера, плеснул в лицо водой, чтобы взбодриться, раздраженно отметил, что она для этого слишком теплая, и решительно выбрался на бортик. А через пару минут, выйдя из душевой кабинки, закрепил на бедрах «Скорпионы», накинул халат и поплелся в медблок.
Относительно небольшая, но очень уютная комнатка встретила меня приятным полумраком, теплым мерцанием панели управления работающей медкапсулы и еле слышным шелестом ее же системы охлаждения. До пробуждения Федосеевой оставалось чуть больше полутора минут, поэтому я, мазнув взглядом по мягкому уголку, подошел к терминалу ВСД и заказал две упаковки сока.
К моменту, когда прибыл контейнер с заказом, комм завибрировал еще раз, и я, вытащив добычу, развернулся на месте:
- Тебе ананасовый или вишневый?
- Ананасовый… - окончательно вернувшись в реальность, как-то уж очень мрачно ответила Даша, вцепилась в протянутую руку и села. А через мгновение, потянувшись к бутылке с соком, почувствовала, что со мной что-то не так, и оказалась на ногах: - Что случилось?!
- Все в порядке. Просто говорил с Забавой о будущем и основательно загрузился… - грустно улыбнулся я, затем снял с поднятой крышки медкапсулы знакомый халатик, подал Федосеевой и пошел навстречу своей паранойе, активировав глушилку. А когда девушка утолила жажду, поставила пустую бутылку на пол, вдела руки в рукава и затянула поясок, мотнул головой в сторону дивана и кресел:
- Может, присядем? Я бы хотел с тобой кое-что обсудить.
- Я тоже… - кивнула она. Но шагнула не к мягкому уголку, а ко мне. И, обхватив руками за талию, уставилась в глаза: - К сожалению, вытащив меня с Фуджейры, ты не вытащил Фуджейру из меня! И я не знаю, что с этим делать…
- А чуть подробнее можно? – услышав в ее голосе панические нотки, мягко спросил я.
Она кивнула и уткнулась лбом в мою грудь:
- Соглашаясь на «упаковку» с последующей поездкой на меддроиде, я, как вскоре выяснилось, сильно переоценила свои силы. И когда «Капюшон» отрезал меня от реальности, почти сразу оказалась в привычном Безвременье. Первое время было еще терпимо, ибо я чувствовала вкус твоих губ, обручи иммобилизатора и поверхность поддона. Но как только в сознании мелькнула мысль, что твое появление в номере Жнеца и все, что произошло после этого – лишь бред воспаленного сознания, а на самом деле я продолжаю находиться в лапах мозголомов «Аиши», как меня захлестнула волна дикой паники. Да, в итоге я выплыла. Но только потому, что изо всех сил держалась за воспоминания о чувствах, которые ты вложил в поцелуй.
Я провел ладонью по ее спине, почувствовал, насколько напряжены мышцы, и мысленно вздохнул: Забава была права – вся душа Федосеевой представляла собой один сплошной сгусток ненависти и боли. А значит, времени на колебания и раздумья уже не осталось. Да, принимать серьезные решения сходу, без тщательного обдумывания, я не любил. Но ощущение стремительно утекающего времени стало настолько острым, что все сомнения были посланы куда подальше:
- Нельзя вложить то, чего нет. А раз чувства уже есть, значит, тебе всегда будет за что держаться!
- Ты… уверен? – еле слышно спросила она.
- Да! – твердо ответил я. – И сейчас объясню, почему…
Лгать в глаза или что-либо недоговаривать человеку, давшему клятву Служения, да еще и закладывая фундамент будущих отношений, было глупо, поэтому я решил рассказать все. И стал предельно подробно описывать наиболее вероятные последствия развала Большой Игры. Однако буквально через пару минут услышал шелест открывающейся двери и был вынужден прерваться.
  
- Прошу прощения за то, что опоздала… - ворвавшись в помещение, протараторила Панацея и метнулась к блоку управления, чтобы ознакомиться с результатами проведенного лечения. При этом прерываться даже не подумала: - Встала по будильнику, но заглянула во вторую спальню и обнаружила, что Шереметевы никак не успокоят расхныкавшуюся Танюшку. Вот и задержалась.
- Это мелочи! – улыбнулась Дарья. – Ты ничего не пропустила. Локи только-только начал рассказывать о будущем, которое нас ждет.
- Та-а-ак… с тобой все просто замечательно… Значит, этот рассказ продолжу я… Ибо нам пора учиться решать серьезные вопросы коллегиально!
Такая постановка вопроса мигом сняла все возможные аргументы против – если они, конечно, у кого-то имелись – и Забава взяла нить беседы в свои руки:
- Итак, мы развалили Большую Игру. Однако она не единственная – там, «наверху», играют все, всегда и со всеми, с кем в принципе позволяет текущий статус. Поэтому, как только в высшем свете станут известны имена тех, кто помешал очередному высокопоставленному неудачнику добиться своих целей, нам начнут предлагать вступить в разного рода группировки, альянсы и союзы. Естественно, не на первых ролях, а в качестве разменных фигур, которые в дальнейшем можно будет использовать в своих интересах.
- Угу, так и будет… - кивнул я.
- Более-менее значимых… даже не фигур, а фигурок в нашей компании две – порубежник, который в одно рыло завалил Жнеца, а потом обломал подготовленную боевую группу заговорщиков, и его полулегендарная Спутница. А меня будут воспринимать, как пешку или аргумент, с помощью которого при необходимости можно будет воздействовать на вас двоих. При этом наши интересы будут учитываться в самую последнюю очередь, соответственно, если кому-нибудь потребуется, скажем, только Локи, всех остальных просто уберут. И хорошо, если куда подальше. Что интересно, разбегаться в разные стороны и забиваться в подходящие щели вообще не вариант – нас все равно найдут и используют по назначению. Единственный реальный вариант выжить – стать монолитным кулаком и не позволять кому бы то ни было разделять нашу компанию.
Даша потемнела взглядом и заиграла желваками. А Забава и не думала замолкать:
- Неуправляемые «фигурки» и пешки никому не нужны. Поэтому наши потенциальные «друзья» и те, кто стараниями Ярослава превратился в очередных врагов, начнут свои партии с одного и того же шага – поисков инструментов давления или шантажа. То есть, проанализируют все, что найдут о нас-любимых в Сети Рубежа, а затем начнут покупать информацию с каждой камеры СКН, перед которой мы засветимся после того, как покинем борт этого лайнера. При этом анализировать полученную информацию будут отнюдь не дети, а специализированные искины, соответственно, любая игра будет расколота в считанные мгновения и даст «зрителям» дополнительные «аргументы». Вывод напрашивается сам собой – к моменту появления спасателей на борту «Левиафана» связи между нами должны обрести предельно возможные прочность и жесткость, а самые очевидные изъяны и слабости исчезнуть без следа. Согласны?
Мы с Федосеевой утвердительно кивнули.
- А какой изъян у нас самый очевидный?
Даша пожала плечами:
- На мой взгляд, нас проще всего оторвать друг от друга «подсадными утками» или «селезнями» из классических «медовых ловушек».
- Верно… - согласно кивнула Забава и включила режим врача: – Если рассматривать эту проблему в упор, то вырисовываются интересные нюансы. Ярик – парень и живет активной половой жизнью почти два года, поэтому зацепить его на крючок первой влюбленности или первой близости уже не удастся. Следовательно, ему грозят браки по залету, скандальные связи, проблемы с родичами дискредитированных девушек и так далее. Защититься от всего этого не так уж и сложно – ему достаточно на некоторое время отказаться от любых романов на стороне. С нами все куда сложнее, ведь мы девушки и в том, и в другом смысле этого слова, и вариантов испортить жизнь нам просто немерено. При этом специалистов по пробуждению основного инстинкта и соответствующей химии хватает не только в спецслужбах, но и во всех более-менее крупных родах Метрополии. Не знаю, как ты, а я не собираюсь давать ни единого шанса принцам на белых лимузинах, героическим флотским офицерам, наследникам древних аристократических родов, блестящим молодым ученым, кровным родственникам, жаждущим вернуть меня в род Беклемишевых, и девушкам, которые без ума от моей красоты и обаяния. Поэтому не сегодня-завтра стану женщиной Ярослава и сделаю все, чтобы замкнуть его сексуальные интересы на себя, а свои на него.