Локи. Дилогия (СИ)

- С чего тащишься?
Я рассказала. Добавив, что не удивлюсь, если обнаружится, что на низких орбитах не найдется ни единого масс-детектора.
- Так это ж заповедник непуганых идиотов! – радостно прошептала мелкая, несколько минут наслаждалась невиданной картиной на пару со мной, а потом внезапно посерьезнела. И, подкатившись поближе, выдохнула прямо в ухо: - Да-аш, на пару-тройку вопросов ответишь?
- Обещать не буду, но, как минимум, постараюсь… - так же тихо ответила я. Что ее более чем устроило:
- В день нашего прилета на Белогорье, озвучивая свои планы на меня и Настену, Локи назвал нас стажерами и дал понять, что не допустит нас к боевой работе раньше, чем через год-полтора. Этот разговор состоялся семнадцатого мая, то есть, чуть менее трех месяцев тому назад. А мы успели заслужить по Владимиру и теперь, вон, аж на Аджмане. Тебе не кажется это странным?
Я отрицательно помотала головой:
- Нет, не кажется. Как недавно выразился сам Локи, его планы на будущее накрываются посадочной плитой от линкора чуть ли не раз в неделю. Ну, а применительно к вам с Настей это выглядит приблизительно так. На момент отлета с «Левиафана» мы не включали вас в свои планы на боевую работу вообще: уход Ярика из рода поставил под сомнение реализуемость его обещания помочь мне с местью похитителям, и он собирался как можно быстрее подтянуть меня к кондициям, позволяющим команде из трех человек пройти отбор в какое-нибудь «профильное» спецподразделение…
- А наш уровень по сравнению с вашим вообще не определялся, верно? – перебила меня она, правильно уловив суть того, что я хотела сказать.
- Ну да… - кивнула я. Потом сообразила, что в голосе Шереметевой прозвучали нотки обиды, и постаралась как следует загладить «сухость» этой части объяснений: - Лиз, за те несколько дней, которые мы провели вместе, вы настолько запали нам в душу, что Логачев смог убедить себя в правильности принятого решения только после того, как решил, что мы будем регулярно заглядывать к вам в гости как минимум во время подготовки к службе.
- Выкрутилась… - проворчала мелкая, затем обняла за шею и виновато потерлась щекой о мое плечо: - Я знаю, как вы к нам относитесь. Просто варианты будущего, в котором всего этого могло не быть, страшно даже представлять!
- Не тебе одной! – зябко поежилась я, на миг представив вариант, в котором Локи прошел мимо «моего» номера в «Звезде Севера» и оставил меня умирать. Потом взяла себя в руки, облизала враз пересохшие губы и продолжила с того места, на котором остановилась: - Награждение в Летнем Дворце Романовых снова разнесло его планы в мелкодисперсную пыль. А подаренный «Шелест» и беседа с князем Дмитриевым, во время которой Александр Александрович дал понять, что ближайшие несколько лет нам крайне противопоказано встраиваться в любые государственные вертикали власти, дали Ярославу возможность придумать новый. Тот самый, в который с некоторой натяжкой вписывались и вы.
- И что в итоге стало с этой «натяжкой»?! – заерзав от нетерпения, тихим, но требовательным шепотом поинтересовалась непоседа и от избытка чувств царапнула мой живот ноготками. Пришлось идти ей навстречу:
- Ее «убило» известие о скором начале войны – оставлять вас в столице Рубежа, зная, что для флота Халифата Зеленоград будет приоритетной целью, было бы редким идиотизмом!
- Нет, чтобы использовать словосочетание «Трепетная любовь, искренняя забота или, хотя бы, сердечная привязанность»! – притворно обиделась Лизка, затем выдержала небольшую паузу и… горько усмехнулась: - Впрочем, и так нормально. Ведь мы чувствуем вашу любовь и заботу в каждом прикосновении, слове и взгляде…
- Что, пришло очередное письмо от батюшки, в котором он называет вас неблагодарными тварями, безмозглыми дурами и елисеевскими отродьями?! – гневно прошипела я.
Мелкая уткнулась лбом в мою ключицу, несколько долгих мгновений собиралась с мыслями, а потом презрительно фыркнула:
- Не угадала! Он заявил, что ближе нас у него никого нет, дал понять, что хоть и злится, но все равно безумно скучает, и намекнул, что хотел бы перебраться поближе к нам-любимым. Например, в Новомосковск.
  
- И-и-и?! – зная мстительную натуру Шереметевых, обеспокоенно протянула я.
- Мы предложили продавить его перевод еще ближе. На Рубеж, с которого практически не вылезаем. Благо мелких городков, в которых есть филиалы Имперского банка, на планете просто завались…
  
Глава 19
 
Глава 19. Ярослав Логачев.
15 августа 2352 года по ЕГК.
…Несмотря на войну, бушующую на другом конце территории Арабского Халифата, флот, базирующийся на Аджмане, нес службу так, как будто получил гарантии безопасности от самого Аллаха! Нет, одно дежурное звено новеньких истребителей-перехватчиков «Ястреб » практически постоянно висело над столицей, второе нарезало круги вокруг континента, дежурный Умник древней орбитальной крепости амеровского производства «Thunder » изредка выходил из комы и «прозванивал» пространство сканерами СДО, а два легких ракетных крейсера «Шамшир » с разогретыми движками были готовы в любой момент покинуть защитный ордер и кого-нибудь жестоко победить. Однако считать эту порнографию системой планетарной обороны было уж очень самонадеянно. Вот мы и не считали: Ульяна, дождавшаяся начала обещанного «шоу», повела наш «Шелест» к северной окраине Аль-Рафааха , а все остальные «Сполохи», за исключением меня и дядьки Фрола, «нырнули» в МДР и параллельно принялись обсуждать в канале команды только что поставленную боевую задачу.
Я им не мешал, прекрасно понимая, что задуманное мною не лезет ни в какие ворота, и к этой идее надо, как минимум, притерпеться. Поэтому вслушивался в разговор и крайне внимательно анализировал изменения в настроении самых… хм… впечатлительных членов команды. Потом отвлекся на уведомление о получении внеочередного письма от Анны Николаевны и сильно удивился, увидев рядом с видеофайлом метку «Срочно» сразу с несколькими восклицательными знаками. Тормозить я, конечно же, не стал – вывел картинку на основной экран «Державы», включил воспроизведение и прикипел взглядом к мрачному, как грозовая туча, лицу Императрицы:
«Здравствуй, Ярослав! Только что стало известно, что наши планы на небольшую победоносную войну не выдержали столкновения с реальностью: амеры каким-то образом умудрились договориться с китайцами, и теперь нам предстоит воевать как минимум на четыре фронта. С Халифатом, Новой Америкой, Объединенной Европой и теми племенными образованиями Африканского Союза, которые решат половить рыбу в мутной воде и начнут устраивать набеги на пограничные системы. Информации о телодвижениях последних у нас еще нет, зато сразу несколько высокопоставленных агентов службы внешней разведки сообщили о начале нездоровых шевелений в руководстве военно-космических сил ССНА и ОЕ. Предсказать дальнейшее не так уж и сложно: передислокация флотов займет не менее полутора недель, так что в первых числах сентября нам вручат ноты об объявлении войны, и… мы с вероятностью в восемьдесят шесть и три десятых процента потеряем порядка двенадцати процентов территории. Со стороны границы с Халифатом – Рубеж и Усть-Илимск…»
Оставшуюся часть ее монолога я слушал, но не слышал – представлял последствия предстоящей войны, перебирал варианты «встраивания» нашей команды в те или иные структуры Империи и корректировал планы на будущее в соответствии с теми или иными решениями. В «реальность» вернулся только после того, как огромное световое пятно Аль-Рафааха заняло практически весь фронтальный экран рубки, и Ульяна, поиграв оптическим умножителем, «приблизила» к нам кусочек северной окраины столицы – задумчиво оглядел комплекс зданий, знакомых до последней отделочной панели, перевел взгляд на лицо девушки, которой обещал отмщение, задвинул мысли о не самых приятных новостях куда подальше и заставил себя сосредоточиться на том, что происходило в канале команды. Тем более, что почувствовал панические нотки во вроде как шуточном вопросе Змея: