Локи. Дилогия (СИ)

В общем, услышав мой ответ, Локи ощутимо расслабился, дал нам полчаса на подготовку к переходу в боевой режим и унесся в рубку…
…Этот вылет считался разведывательным, тем не менее, за десять минут до назначенного времени мы с Беклемишевой влезли в штурмовые скафы, взяли из оружейных шкафчиков стрелковые комплексы, прогнали все положенные тесты и подключились к МДР. Не знаю, как она, а я сходу открыла два окна. В первое вывела картинку из рубки, а во второе – телеметрию с внешних оптических датчиков «Шелеста». И, прислушиваясь к голосам Логачева и Телепневой, «огляделась».
Найти и привязаться к ориентирам, знакомым еще со времен учебы в школе, особого труда не составило, так что буквально через несколько секунд я пришла к выводу, что наш кораблик «падает» к южной окраине Диббы. Точнее, к Al-Hadiqa Al’Dibba Park. Я без особой спешки нашла здание, в котором когда-то «познакомилась» с Логачевым, и предельно внимательно изучила ближайшие окрестности.
Как и следовало ожидать, систему обороны района основательно доработали. В шести километрах к западу, в восьми к востоку и в одиннадцати к северу от «Al-KawKab al-Shamalui» обнаружились новые форты, в самом парке – четыре стационарные пусковые установки какого-то ЗРК, а в двадцати двух километрах к югу – мощная РЛС. Само собой, прибавилось и военных беспилотников. Правда, они распределялись неравномерно: большая часть моталась по псевдо-хаотическим траекториям в непосредственной близости от головного офиса торгового дома «Аиша» и, в теории, должна была обнулить шансы любого космического корабля, прячущегося под «шапкой», еще раз подобраться к небоскребу. Тем не менее, мы «падали» прямо в зону их ответственности, причем настолько уверенно и быстро, что я невольно посмотрела на лицо Ульяны. И восхитилась спокойной уверенности в своих силах, которой от нее веяло!
Как вскоре выяснилось, Телепнева ничуть не преувеличивала свои возможности – добравшись до невидимой границы «особо охраняемой зоны», наш «Шелест» сбросил скорость почти до нуля и «затанцевал», с каждым следующим «пируэтом» оказываясь все ближе и ближе к огромной «звезде». А минут через семь-восемь вообще нырнул в «фотосферу» и продолжил плавное, но чертовски точное движение в непосредственной близости от внешних стен небоскреба!
Любовалась бы этим «танцем» и дальше, но Забава посоветовала обратить внимание на аватарку Фрола Романовича – по ее мнению, он выглядел так, как будто взламывал внутреннюю Сетью «Звезды Севера»! Само собой, я переключилась на наблюдение за патриархом рода Логачевых, но не увидела ровным счетом ничего. Поэтому «отслеживала» его работу по коротеньким комментариям подруги, «читавшей» шевеления бровей этого мужчины, как открытую книгу. В результате о положительном исходе некоего действа я узнала за пару секунд до того, как хакер открыл глаза и по-мальчишески ухмыльнулся.
К сожалению, его объяснения оказались сверхкороткими и абсолютно непонятными. По крайней мере, для меня:
- Кротовья норка – вещь. Они – криворукие уроды. Полетели дальше…
Следующие восемь с лишним часов мы мотались по всей Диббе, «заглядывая в гости» к представителям местной финансовой и деловой элиты. К кому именно, не скажу, ибо не знаю. Просто видела, что поместья и офисные здания, над которыми зависал «Шелест», выглядели более чем солидно. Чем во время таких остановок занимались Локи и Озорник, тоже не в курсе. Однако имела все основания считать, что как минимум половина их «визитов» прошла не зря, а расстроил их только один, четвертый по счету. Причем довольно серьезно. Но даже такой «катастрофический недостаток» информации согревал душу. Ведь я видела лицо Ярослава и чувствовала, что его все устраивает. А на остальное мне было плевать.
Честно говоря, в момент, когда он «выглянул» из рабочего интерфейса очередной раз и обратился к нам, я была почему-то решила, что разведывательный полет закончен, и мы вот-вот рванем обратно на Рубеж. Однако первые же слова Логачева дали понять, что все только начинается:
  
- Дамы, как вы относитесь к приятным сюрпризам?
- Надеюсь, приятными они будут только для нас? – хищно раздув ноздри, уточнила Беклемишева, как обычно, услышав в его вопросе намного больше, чем я.
- Естественно! – нехорошо усмехнулся он, и тут же получил ожидаемый ответ:
- Изнываем от нетерпения!
- Тогда смотрим во-о-от на эту динамическую модель и внимательно слушаем мои объяснения…
…В окно пятого этажа родового особняка генерала Мубарака Джумы аль-Шамиси мы вошли, как к себе домой. Хотя нет, к себе домой в штурмовых скафах мы не заходили ни разу, так что просто «вошли». Сразу после того, как створка с толстенным бронестеклом убралась в стену, а основные окна наших «Держав» требовательно мигнули зеленым. Сеть поместья, хакнутая Озорником, работала на нас, поэтому сразу после прыжка с аппарели трюма на подоконник наша троица рванула по белой пунктирной линии, появившейся на полу благодаря программе визуализации модуля дополненной реальности. И пусть трехмерная схема здания, висящая в отдельном окне ТК-шек, демонстрировала всех его обитателей в режиме реального времени, мы не расслаблялись – быстро, но бесшумно пробежали двенадцать метров направо и свернули в коридор, ведущий к «запретному месту ». Логачев-старший следил за нашим продвижением из своей каюты, поэтому дверь, ведущая в святая святых любого мусульманского дома или дворца, начала отъезжать в сторону прямо перед Локи. И предоставила ему великолепнейшую возможность всадить парализующую иглу в шею дежурному евнуху, имевшему глупость задремать на рабочем месте. Тело, пытавшееся съехать по стене и грохнуться с оттоманки, было поймано в самом начале траектории и аккуратно уложено на пол, а еще через мгновение мы продолжили движение вперед.
Фиолетовый кантик, возникший на очередной двери, заставил меня замедлиться, вскинуть «Мангуст» на уровень груди и коротко кивнуть. Створка плавно поползла вправо, и я, протиснувшись между нею и косяком, начала стрелять по спящим обитательницам комнаты, над которыми МДР «вывесил» алый крест. Тратить время на контроль текущего состояния парализованных женщин и не подумала – ориентировалась на изменение цвета полосок в одном из вспомогательных окон «Державы». А когда нейтрализовала последнюю, третью, активировала внешние динамики скафа, убавила громкость до минимума, скользнула к самой дальней кровати и придавила к ней девчонку немногим младше себя. Само собой, одновременно прикрыв ей перчаткой рот:
- Мы – боевая группа с Рубежа. Если есть желание вернуться домой, то просто кивни.
Услышав эти слова, рабыня аль-Шамиси перестала биться и торопливо кивнула. Несколько раз, дабы я, случайно, не проглядела ее согласия в «кромешной тьме».
- Приподними голову – натяну на тебя защитную маску… - продолжила командовать я. А через десяток секунд удовлетворенно продолжила: – Теперь ты видишь в темноте. Встаешь и прямо так, как есть, подходишь к двери в коридор. Перед нею останавливаешься и ждешь команды. Когда махну рукой, двигаешься следом. Видишь кулак – замираешь. И ни звука! Договорились?
Этот вопрос можно было не задавать – она бесшумно откинула в сторону тоненькую простыню, встала с кровати и на цыпочках двинулась за мной. Правда, при этом тряслась мелкой дрожью, но в ее положении это было нормально. В шаге от порога нервно сглотнула, но послушно остановилась, и я, сместившись так, чтобы иметь гарантированную возможность среагировать на любую атаку с ее стороны, кинула взгляд на пунктир. Увы, фиолетовая линия поперек первой же полоски недвусмысленно намекала на то, что мне надо оставаться на месте, и я приняла положение для стрельбы с колена. На всякий случай.
Забава, сопровождаемая двумя девочками лет двенадцати-тринадцати в защитных масках и тончайших кисейных накидках подошла ко мне буквально через минуту, еле слышным шепотом приказала «свите» сесть на корточки возле стены и в дальнейшем выполнять мои команды. Затем ободряюще коснулась перчаткой моего плеча и унеслась к дверному проему, за которым заканчивался этот коридор.