Измена. Бес в ребро (СИ)

Закрыла глаза и постаралась поймать, запомнить этот момент счастья.
Я хочу быть счастливой! Я не хочу быть брошенной и несчастной! Я буду живой!
Ну что ж. Сергей.
Поговорим!
Сорок первая глава
Сергей пришёл бритый, в новой одежде. С цветами.
На свидание.
Хотела встретиться с ним на нейтральной территории. Чтобы не давили меня родные стены воспоминаниями. Да и не представляла себе, как.
Вот он придёт в дом, где прожили мы счастливо двадцать лет. И где мы с ним будем говорить? В нашей спальне? На нашей кровати? На кухне? И чаю не предложить? Или налить чай и говорить всё то, что во мне кипело? Что б печеньем подавился, ага…
В кафе? Заедая горечь стейком? Или пирожное? Подсластить так сказать…
На улице в парке мне показалось оптимальным. В ближайшем. В аптекарском огороде. Ага.
И вот теперь мне навстречу по дорожке парка шёл и улыбался мой муж. Эффектный мужик. Редкая седина только украшает его. Подчёркивает ясные глаза и белозубую улыбку.
Похудел. Но это делало его только лучше. Скулы вновь стали острыми, а фигура подтянутой.
Красивого отца я выбрала своим девочкам.
— Леночка. Прости меня. Я всё осознал. Сам не понимаю, как повёлся на эту заразу. Я не хотел. Прости меня — выпалил сразу ещё на подходе Сергей, вручая мне цветы.
— Ты помнишь, как выглядела Наташа, когда впервые пришла к нам домой? — спросила я, вдыхая аромат роз и пряча в них своё разочарование.
— Нет, а причём тут это? — споткнулся он, сбиваясь с пафосного настроя.
— Она была шатенкой с блестящими длинными выпрямленными волосами. В юбке и на каблуках. При параде практически. — напомнила я ему.
— Лен, давай не будем её вспоминать. Просто забудем, как страшный сон, — попытался взять меня под руку мой муж.
— А, после того как Наталья увидела меня, она перекрасилась в блонд, максимально схожий с моим цветом и её волосы стали виться. Глаза с голубыми линзами. И в джинсиках. Как я. И перестала приходить в наш дом. — сказала я, высвобождая руку и направляясь к скамейке.
— Да? — удивился Сергей.
— Она открыла на тебя охоту. И ты пошёл за ней, как крыса за дудочкой. — проговорила я устраиваясь.
— Лен, прости. Я не понимал, что я делаю. — с жаром произнёс мой муж и упал передо мной на колени.
Я прикрыла глаза. Сцена из кино. Красавец-мужчина просит прощения у смущающейся женщины.
Аплодисменты.
— И больше не будешь? — я усмехнулась.
— И больше не буду! — с напором сказал он, подаваясь ко мне корпусом.
— И меньше тоже…. Что ты хочешь теперь? — Я смотрела в его глаза, что находились прямо напротив моих.
Близко. Такие родные, с лучиками морщинок, с маленьким шрамиком на правой брови, что остался на память о той, далёкой нашей Ниве. И не видела в них понимания.
Он ничего не понял.
— Я хочу вернуться. — сказал Сергей, подтверждая мои догадки.
— То есть за неполный месяц ты третий раз меняешь своё решение. — холодно спросила я.
— Нет! Я никогда не отказывался от вас. — возмущённо воскликнул он, вставая с колен.
— Когда ты прилетел ночью, защищать Наталью от жестокой меня ты тоже не понимал, что делаешь? Не отдавал себе отчёт? Был пьян? Под наркозом? — Всё-таки он меня злит.
— Она так плакала. Давай не будем это вспоминать! — раздражённо проговорил Сергей.
— И ты принял её под свою защиту. Признал её своей семьёй. — продолжила я, надеясь на его логику.
Сергей сверкнул глазами и, закрыв лицо ладонями, сел рядом со мной на скамью.
— Лена прости. Делай что хочешь, но не гони меня. Я же умру без тебя. — глухо проговорил он.
Жалость кольнула под сердцем. Что же ты наделал с нами, со всеми, дуралей.
— Какая мне выгода оттого что ты вернёшься? — холодно спросила я, надеясь, что он не услышит в моём голосе сочувствия.
— Я люблю тебя и девочек. Я всё делаю ради вас. — быстро сказал он, поворачиваясь ко мне и подаваясь ближе.
Всё-таки услышал. Слишком много мы прожили вместе, чтобы пытаться как-то утаить друг от друга наши эмоции и реакции.
— Как мы провели в прошлом году мой день рождения? — спросила я его отклоняясь.
 
— На дачу ездили? — растерялся он.
— Это было два года назад, в прошлом мы не ездили никуда. Ты болел, — усмехнулась я.
— А в какой группе учится наша дочь? Университет то, как называется? В какой труппе танцевала Оля? А ты помнишь, что заблокировал хозяйственную семейную карту? — продолжила спрашивать, ловя недоумение и растерянность на его лице.
— Я разблокирую, я забыл. Какая разница! Я обеспечивал вас и готов это делать всю жизнь. Я знаю каждую родинку на твоём теле. — разозлился Сергей.
— Когда я последний раз испытывала с тобой оргазм? — зло спросила я?
— Мы никогда не говорили с тобой об этом. — опешил Сергей.
— Почему? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.
— Неприлично. — протянул он растерянно.
— Неприлично трахать подругу дочери. А обсудить желания и секс с женой — это нормально! — отчеканила я с агрессией.
— Ты изменилась. — удивился мой муж.
Охренеть! Заметил!
— Так, ты же изменил. Причём задолго до того, как лёг в постель с Натальей. Я стала тебе неинтересна. Мы раздражали тебя с девочками. Тебе было тошно дома. Или это ты тоже забыл? — усмехнулась я дрожащими губами.
— Давай начнём всё сначала, — искренне попросил мой муж.
Заглядывая в душу своими глазами. Выворачивая мня наизнанку.
— Ещё раз — какая мне с этого выгода? — я уже и не пыталась скрыть слёзы в своём голосе.
— Ты меня любишь, — улыбнулся он мне.
— Ты в этом уверен? — невольно всхлипнула, отвернувшись.
— Да — мягко, словно подкрадываясь проговорил он почти мне на ухо.
Торжество промелькнуло в его голосе.
— Моя любовь умерла в корчах на нашей с тобой кровати, ночью, когда тебе было наплевать на насилие над моей дочерью. — сказала я ему, вставая со скамейки.
— Мне не наплевать. — возмутился он.
— Так отчего же ты ни разу не спросил о девочках? — усмехнулась я.
— Я перепишу на тебя всё, что имею! — не понимая, что случилось, воскликнул Сергей.
Это что, в его понимании последний аргумент для меня?
— По поводу раздела имущества и прочих денежных вопросов решать будешь с моим адвокатом. Мне не нужно лишнего. Но и подарков твоим подружкам за счёт моих детей я больше не допущу. — отчеканила я.
— Не разводись! — отчаянно попросил он.
— Почему? Ты же сам отказался от меня. Сам развёлся. Я только оформляю всё юридически. — слёзы душили меня.
Горло перехватывало. Вдохнуть воздух сквозь комок в горле — словно вынырнуть из Марианской впадины.
— Лен. Как мне жить без вас. Я же не представляю. Я не знаю как мне дышать без тебя. Я не вижу будущего без вас. Зачем мне всё? Не бросай меня! — уже понимая, что триумф был преждевременным и всё рушится, с отчаяньем в голосе и мольбой в глазах говорил мой муж, протягивая ко мне руки.
— Сергей. Это все только слова. От отчаяния, что, оказывается, так много в твоей жизни происходило автоматически. Автоматически закрывала тебя жена от многого. Ты сам выбрал свободу. Я ж стара для тебя. Ты пренебрегаешь мной уже давно. Даже сейчас ты и не заметил, что мне сняли ортез. — с трудом вздохнула я и сделала шаг назад.
— Ты такая красивая, Леночка. Ты мне снишься. — тихо сказал он.
— Я или длинноволосая блондинка? Может это Наташка? — усмехнулась я.
— Прости! — тихо и отчаянно.
— Да, что ты заладил, прости да прости. Что тебе моё прощение? В свою жизнь я тебя больше не пущу. А простить…. Бог простит, Сереж.
— Как мне жить?
— Счастливо! — проговорила я через плечо, поспешно покидая мужчину.
Такого красивого. Родного. Поникшего.
Как больно-то!
Я практически бежала домой, не видя дороги от слёз.
Что же наделал, Серёжа. За что?
Не перегорела ещё моя обида. Не отболела ещё моя беда.
— Мам, в университете такая история странная произошла. — проговорила Ира, входя ко мне в комнату.