Код Заражения 2 (СИ)

Подождав, пока они пройдут мимо, я вышел из сарая. Лязгнул затвором Кедра.
– Всем стоять! Работает московский ОМОН! Руки в гору! Тому, кто дёрнется, сначала прострелю ноги, а потом голову!
Парень с двустволкой шарахнулся в сторону, и я выполнил свою угрозу. Короткая очередь заставила его вскрикнуть и уткнуться лицом в бурьян. Заорав матом, он схватился за простреленную голень и начал кататься между грядками.
  
Камуфлированный не выдержал и повернулся, и тут же получил пару девятимиллиметровых в плечо, с которого он только что сорвал Сайгу. Откинув оружие, он зарычал и схватился за рану.
– Суки, ещё одно движение – и положу всех наглухо!
– Не стреляйте, мы семья Корнеевых. Эвакуированы из Москвы. Всё наше оружие зарегистрировано. А если вы по поводу грузовика, то он не наш. Мы нашли Урал брошенным посреди дороги и решили воспользоваться, так как попали в пробку и остались без транспорта, – быстро протараторил мужик в камуфляже, и я понял, что пули прошли навылет.
– Заткнись! Всё оружие, ножи, вилки и удочки, кидаем на грядки. Затем руки за голову и по одному, медленно отходим к забору.
Когда троица оставшихся на ногах выполнила приказ, из-за угла дома выскочила женщина. За ней – девушка с грудничком. Они запричитали и замахали руками, но очередь, выпущенная поверх голов, мигом их отрезвила.
Подбежав к раненому, женщины начали с ним возиться, и по паре фраз я понял, это муж молодухи. Дав им возможность подтащить родственника к забору, я разрешил всем повернуться.
После этого на меня уставились несколько пар недобрых глаз. Особенно гневно смотрели молодуха и её подраненный глава семейства Корнеевых. Судя по лицам, никто меня не узнал.
– Чего уставились как на врага народа? – улыбнувшись, спросил я.
– Совести у тебя нет, – неожиданно выдал глава семейства. – Судя по обмундированию, ты военный и должен таких, как мы в трудное время защищать. А вместо этого зятя и меня ни за что подстрелил. Ну ничего, власти вернутся, и ты сержант за всё ответишь.
– А ты, дядь, меня не совести, ибо сам как икона не мироточиш. А насчёт подстрелил – как там говорится? – что посеешь, то и пожнёшь. Тебе на виадуке руку помощи протянули, от зомбаков помогли отбиться, а ты, сука меркантильная, меня прикладом по затылку и моих родных без помощи бросил. Не от большой ли совести ты это, дядя делал?
Едва договорив, я понял, что меня, наконец, признали. Тем более из-за угла дома вышла сестричка и встала рядом.
– Парень, не обессудь. Случайно так получилось. Мы все на нервах были после того, что насмотрелись, когда из пробки выбирались, – начал оправдываться мужик, но искренности в его словах я не учуял.
– Дядя, можешь воду впустую не лить, всё равно не поверю, – отрезал я.
– Тогда убей меня, но их не трогай.
Мужик сделал шаг вперёд, и в этот момент донёсся шёпот сестры.
– Макс, они, конечно, поступили как последние твари, но, пожалуйста, не надо убивать.
Зыркнув на неё сурово, я всем своим видом дал понять, чтобы она лучше молчала.
– Ну чего вылупились, семейство Корнеевых? По пуле всегда принять успеете. А пока, вон видите у теплицы тачка для перевозки навоза, колёсами кверху лежит. Давайте-ка грузите в неё своего родственничка, стройтесь в колонну по одному и на выход с территории посёлка.
Я указал на потайную калитку, которую с внешней стороны практически невозможно обнаружить. Пока мужики, шипя от злости, грузили раненого, женская половина семейства причитала и полушёпотом клеймила меня разными нехорошими словами, сообщая, что я бросаю их на произвол судьбы. Я слушал, особо не реагируя. А заговорил с замыкающей колонну женщиной только после того, как группа вышла на тропинку, ведущую вдоль внешней стороны забора.
– Тёть, не шипи как змея и не умоляй. На меня это не подействует. Ваше семейство на виадуке всю свою гнилую суть проявило. Вот за это теперь и расплачиваетесь. Ведь если бы повели себя как люди, я бы вас сам сюда привёз и в дом заселил.
Выйдя из молодого березняка, группа изгнанников вышла на берег речушки, через которую был перекинут шаткий пешеходный мост. Они остановились и уставились на меня, а я указал на тропу, петляющую по полю на другом берегу и уходящую к далёкой опушке леса.
– По этой тропке до леса доберётесь. Там увидите просеку под линией ЛЭП. Если пойдёте по ней, наткнётесь посёлок городского типа. Насколько я знаю, ещё дальше, в тридцати километрах, лагерь эвакуированных развёрнут. Короче, местечко сами себе найдёте. Но предупреждаю сразу – если кто-то из вас назад в дачный посёлок сунется, больше разговаривать не буду. Сразу пущу в расход.
Сидя на берегу, я дождался, когда цепочка изгнанных из посёлка доберётся до леса, и только после этого вернулся на участок дяди Бори.
К этому моменту Тракторист вскрыл ворота и загнал внутрь БТР. Лейтенанта перенесли внутрь дачи, и девушки с детьми начали осваиваться в доме.
– А они точно не вернутся? – с сомнением спросила сестра.
– Наверняка хотели бы, но с двумя легкоранеными вряд ли сунутся. Теперь у этих бедолаг забот и без нас полно.
  
Глава 3
 
28.05.2028. 
Шустрый 
Слова мутировавшего заражённого заставили призадуматься. Неужели вампир действительно как-то узнал про супер-халка, по неизвестной причине, решившего меня во что бы то ни стало достать? О том, что альфа чует меня даже сквозь стены, я уже понял. Но как об этом узнал вампир, запертый внутри бункера неизвестно сколько времени?
Поужинав едой, оставленной у порога камеры, я улёгся на нары, раздумывая о произошедшем, и практически сразу уснул как убитый. На этот раз обошлось без сновидений. Утром меня разбудил грохот открывающихся дверей.
Увидев на пороге троих бойцов в полной боевой экипировке – с оружием, в бронежилетах и касках – я почуял недоброе.
– Выходи, – приказал капитан Борзов, которого мать называла Владиком.
Я не стал сопротивляться. Почувствовав серьёзный настрой и увидев нахмуренные лица, ожидал, что мне наденут наручники, но вместо этого меня повели по многочисленным коридорам через сердцевину бункера.
На этот раз, кроме запертых гермодверей, удалось увидеть небольшую гидропонную оранжерею и зал, уставленный шкафами с серверами. На пути встречались не только военные, но и гражданские, рассматривавшие меня с явным интересом.
В конце прогулки мы прошли через помещение с работающими элементами вентиляционной системы и оказались в прямом туннеле, перегороженном толстой решёткой. Здесь стоял стол с десятком мониторов. В кресле сидел цельный майор ФСБ.
– Переодевайся, – приказал он, указав на валяющийся у стены баул.
Раскрыв его, я обнаружил застиранный спортивный костюм и поношенные кроссовки. Не спрашивая, зачем, переоделся. После этого майор надел на меня наручники, сделал укол в плечо одноразовым инъектором и отдал ключи капитану. Доведя группу по туннелю до массивных гермоворот, он с помощью набора цифрового кода активировал механизм открытия.
– Капитан, давай там поаккуратнее. Возвращайся без потерь, – пожелал майор, когда за нами начали закрываться гермоворота.
Туннель, в котором мы оказались, уходил за пределы бункера и соединялся с техническими катакомбами под Москвой. Пройдя по нему около полукилометра, группа поднялась по лестнице метров на десять выше и оказалась в техническом коллекторе с уходящими вдаль кабелями. Здесь один из бойцов надел мне налобный фонарик и вполголоса предупредил, чтобы я не шумел, иначе получу по почкам.
Я попытался шёпотом задать пару вопросов, но бойцы упорно молчали, явно не собираясь рассказывать о цели нашего путешествия. Капитан вёл группу по коллектору около трёх километров, пока мы не добрались до разветвления с несколькими запертыми гермодверьми. Сверившись с электронной картой в планшете, он достал знакомый шестигранный ключ и открыл один из проходов.
  
Как только это произошло, бойцы взяли автоматы на изготовку. Похоже, дальше начиналась опасная территория. Двигались медленно. Бойцы периодически останавливались и прислушивались. Переходили в другие туннели и поднимались на другие уровни. Один раз и вовсе повернули назад, когда за очередными гермодверями обнаружился канализационный сток со свежими следами пребывания толпы зомбаков.