Мускан. Сердцу не прикажешь. История Кинии - 1 (СИ)

Что ж, раз местные ничего не знают про похищение, значит с Рахулом всё в порядке. Иначе бы уже все говорили, что он в больнице. Тем более работники ТЦ "Мэйн хун на".
Я успокоилась. Хоть одна радостная новость.
И тут в магазин влетел высокий толстячок с большими усами. В руках он держал вешалку, видимо, с моим свадебным нарядом, спрятанным в непроницаемую тёмно-синюю плёнку.
— Вот! Самое красивое!
Старушка подбежала к нему, в несколько движений сняла чехол с моего торжественного наряда и ахнула.
— Вот тебе весна! Сама бы в таком замуж вышла, — мечтательно провела рукой по сари Джия-джи.
— Нет! Ты же мне поклялась, что я твой последний муж! — возмущённо подскочил Ашок. — Седьмой — очень счастливое число.
  
Глава 8. Да здравствует новый план!
 
Даже я в восхищении смотрела на свой свадебный наряд. Неужели я это надену? Ярко-салатовый цвет и правда напоминал молодую весеннюю листву, по краю длинного полотна шёл золотой узор. Кроме огромного отреза ткани мне предлагалось надеть длинную юбку и короткую кофточку, напоминающую обычный топик.
Моя свадебная блузка была украшена сверкающими камнями, а юбка тоже была расшита золотом по самому низу подола.
Мне хотелось прикоснуться к этой красоте, но в тоже время я боялась, что обязательно её испорчу. Подобные вещи должны храниться в музее, под толстым защитным стеклом. Как же такое можно надеть в обычной жизни?
— Нужно примерить, — Джия-джи посмотрела на меня поверх очков. — Размер должен подойти.
Мы прошли в большую примерочную. Здесь, пожалуй, одновременно могли бы уместиться пять невест со всеми подружками, а не только я с этой милой старушкой. Одну из стен полностью занимало огромное зеркало с подсветкой. У другой располагалась подставка для вешалок, а посредине стояло несколько глубоких кресел. Видимо для тех, кто только ожидает, а в процессе примерки участвует разве что советом.
— Чего стоишь-то? Раздевайся! — приказала мне Джия-джи, расправляя длинную сияющую ткань.
— А вы не выйдите? — несмело пролепетала я.
Бабулька перестала перебирать сари и посмотрела поверх очков на меня.
— Милая моя, чего меня стесняться? Я же как врач. Мне нужно каждую складочку проверить, подобрать, подшить, где нужно. Да и наденешь ты сари без меня? Что-то я сомневаюсь.
И то правда. Я понятия не имею, как обмотать эту красивую шторку вокруг себя. Однако с юбкой и блузкой вполне могу справиться. Вот только Джия-джи явно не предоставит мне шанса.
Когда я с помощью хозяйки свадебного магазинчика надела на себя все сто одёжек с тысячей застёжек и повернулась к зеркалу, то поняла, что мне очень нравится мой наряд. Хотя длинные юбка и полотно не были самой комфортной одеждой, но выглядело это по-настоящему здорово.
Широкая накидка постоянно пыталась съехать с моего плеча и упасть к ногам Джии-джи, блузка казалась мне слишком короткой, а практически голую спину хотелось понадёжней прикрыть струящейся тканью.
Бабулька щёлкнула меня на смартфон, ослепив вспышкой.
— Оформлю себе новую рекламу. Буду предлагать для свадьбы сари всех цветов и оттенков. Я гений! Под каждый цвет придумаю свою поэтическую концепцию.
Она снова принялась кому-то звонить.
— Ашок! Завтра будет свадьба, ты должен поехать на неё и сделать фото невесты на разных фонах. Выбери посочнее что-то. И несколько видео. У меня есть отличная идея новой рекламной акции.
— А я могу вам писать тексты для рекламы, если хотите. Я как раз работу ищу.
— Замечательно! — Джия-джи захлопала в ладоши. — Я тебе сделаю хорошую скидку на эту красоту.
Старушка указала на мой сверкающий наряд. Отлично. Я уже себе и работу нашла. Кажется, жизнь налаживается.
Я вышла из магазина свадебных нарядов с пустыми руками. Мы договорились с Джией-джи, что я завтра вернусь в "Kabhi Khushi Kabhie Gham", и она поможет мне экипироваться для самого прекрасного дня в моей жизни и всё такое прочее.
 
Пуджи не было, поэтому я оказалась предоставлена сама себе. Теперь могла провести день так, как считала нужным. А хотела я просто отдохнуть. Хозяйка свадебного салона, увидев состояние моих натёртых ног, заявила, что в таком виде на свадьбу, тем более свою, являться категорически нельзя. Она всучила мне визитку какой-то дамы, которая, по словам Джии-джи, является просто волшебницей. Это интригует. Потому что в Мускане неизвестно, будет ли она просто мастером своего дела или ведьмой, как тётушка Канк.
По объяснениям старушки идти от ТЦ было совсем недалеко, поэтому я решила попробовать обратиться к этой волшебнице. Ноги по-прежнему болели, а завтра у меня по плану скорее всего побег со свадьбы. А далеко я так не убегу.
Мне нужно было пройти десять минут по улице, на которой располагался торговый центр, а потом свернуть на другую и пройти ещё минут пять. Но у меня путь занял полчаса. Во-первых, потому что из-за ног я ползла как улитка, а во-вторых, потому что я глазела по сторонам, нетактично провожая взглядом прохожих. И дело был не в их внешнем виде или особенностях поведения. Причина была во мне: я представляла себе, как они живут, о чём думают, местные ли они или попаданцы, также как и я, какие заботы сейчас в их голове, каких эмоции в сердцах?
Я пришла к небольшому зданию, выкрашенному в бледно-лиловый цвет. Вывеска на входе говорила о том, что здесь находится таинственная лавка Амриты. Так и было написано: "таинственная". Любопытный маркетинговый ход.
Вот только, чтобы попасть в эту лавку, мне нужно было подняться по высоким ступенькам к двери. Могли бы и лифт предусмотреть.
Я медленно, но верно взбиралась к своей цели, когда меня чуть не сбил с ног высокий детина.
— Эй! — вернув равновесие, окрикнула я убежавшего вперёд нахала. — Поаккуратней! Мог бы и извиниться.
Хулиган обернулся и оказался… дедушкой с плаката из торгового центра. Тем самым, что рекламировал чудесное средство, помогающее быть бодрым всегда и везде. Ого! Если это снадобье так работает, то мне нужно закупить его оптом. Вот как старичок лихо бегает по ступенькам!
— Прошу прощения, сударыня! — улыбнулся дедулька. — Я, пожалуй, слишком глубоко погрузился в свой внутренний мир и совсем вас не приметил. Виновен. Примите мои искреннейшие извинения.
Он спустился ко мне и протянул руку.
— Давайте я вам помогу, дабы хоть немного загладить свою вину.
— Да я сама, — буркнула я, смутившись. Дяденька так извинялся, что мне стало неловко. Уже казалось, что это я его чем-то обидела, а не он меня.
Но дедушка не сдавался:
— Не смущайся, девица, не смущайся. Всем нам бывает нужна помощь. И признать это — уже полдела. А принять помощь — это уже… ещё полдела. Не успеешь оглянуться, как дело уже сделано.
— Какое дело?
Я приняла его помощь, и теперь мы вместе поднимались по высоким ступенькам, рассчитанных, видимо, на таких же великанов, как и этот дедулька.
— А любое. Даже самое важное. Вот в чём твоя хворь? Что тебя сюда привело?
— Ноги натёрла новой обувью.
— Сама небось обувку-то выбирала. А если бы послушала консультанта в магазине, то бежала бы сейчас навстречу любви здоровыми ножками.
— Я и так бегу навстречу любви, — проворчала я. — Завтра свадьба.
— Поздравляю!
Я уже хотела сказать, что не с чем, но мы преодолели крутой подъём и остановились у двери. Дедуля галантно открыл дверь и пропустил меня вперёд.
Мы прошли через слабоосвещённый коридорчик и вышли в большую… даже не знаю, как это назвать. Аптеку? Но нет, не совсем.
Здесь повсюду были шкафы, ящички, полочки… За небольшим столом сидела женщина лет пятидесяти, она перебирала какие-то пузырёчки, подписывала на них этикетки и вносила данные в толстый журнал.
— Амрита, душа моя, — ласково проговорил дедуля. — У тебя посетители, а ты никак не оторвёшься от работы. Что же ты так невнимательна?