Маленькая хозяйка большого герцогства (СИ)
Прошу Малию посторожить питомца, пока он не проснулся, а сама отправляюсь вниз.
Поздний завтрак сегодня будет проходить в обществе моих управляющих. Об этом я заранее просила договориться дио Хэмиса.
Пять человек. Каждому вверены свои территории и задачи. Я знаю только дио Фаджида, управляющего поместьем. Остальные мне знакомы лишь по отчётам.
Вместо запланированных двух часов мы общаемся почти пять. Под конец, от обилия информации у меня окончательно пухнет голова. Те сжатые сведения, которые мне привозил дио Хэмис в чёрной кожаной папке с гербом Эон Нидао не идут ни в какие сравнения с бесконечным потоком дополнительных и уточняющих фактов, которые на меня по очереди вываливают управляющие.
Чувствую накатывающую волнами слабость. Хорошо, хоть дио Фаджид придержал свои замечания и пожелания, у нас с ним ещё будет время пообщаться после. А вот других уважаемых дио пора бы уж отпустить из поместья… только обсудим ещё кое-что.
Заставляю себя сосредоточиться.
Проблем много, а на одном портовом городе на налог не наскрести. В Ла Дэрвиле хоть и крутятся немалые деньги, но и сам город остро нуждается в средствах.
Самой большой нашей проблемой оказывается снижение населения. Люди покидают земли герцогства, уезжая в более благоприятные для жизни места. А чем меньше людей, тем меньше налогов. Что уж говорить про разных мастеров и тех же алхимиках — такие нужны в любых землях королевства, поэтому из Эон Нидао они сбежали первыми.
В прошлом году я весьма “постаралась”: завышенные подати, всевозможные сборы и разбойники в лесах — вот то, чем сейчас может похвастаться герцогство.
“Проще добить, чем вылечить” всплывает очередная, подслушанная где-то в моём загадочном прошлом фраза.
Отмахиваюсь от неё, как от назойливой мухи и вспоминаю очень заинтересованный взгляд монарха. Вот уж кто прекрасно осведомлен о состоянии всех земель. Теперь мне в полной мере понятно его любопытство. Я бы тоже хотела посмотреть, как из этого вот можно выбраться...
Глава 2
Эмма
Сильная слабость, которую я пыталась игнорировать на протяжении всего времени общения с управляющими, теперь накрывает меня с удвоенной силой. На дрожащих ногах поднимаюсь в свои комнаты, придерживаясь за стену. Кажется, дио Хэмис говорил о последствиях “лёгкого сознания”... вот же гадство…
Открываю дверь в спальню и обнаруживаю презабавную картину: бледная Миа стоит на столе в углу комнаты с зажмуренными глазами и, подозреваю, возносит молитвы, а Малия с самым сосредоточенным лицом гоняется за Лисом. В руках Малии большой плед, который она отчаянно пытается набросить на огрызающееся животное. В воздухе летают перья, а на полу валяется разбитая ваза…
— Лис! — все три пары глаз устремляются на меня. И если девушки при этом испуганно замирают, то маленький бандит, жалобно скуля, несётся мне “на ручки”. — Ты чего мне девочек пугаешь?
Подхватываю безобразника, на морде которого крупно написано: “Они меня похитили, но я отбивался, как мог и не дался. Хвали меня.”
На ручках Лис мгновенно превращается в послушного ласкового лапочку. Так и не скажешь, что минутой назад пытался довести горничных до обморока.
Ласково чешу за ушами, направляясь к ближайшему креслу и обессиленно в него опускаюсь.
— Госпожа, — Миа мнётся и теребит ни в чём не повинный подол юбки, — простите, это я виновата. Малия сказала ванную не открывать, но там был какой-то шум и я решила проверить…
— Знакомься, Миа — это Лис. Я ещё не решила, где он будет жить. Но теперь склоняюсь к дальней части сада.
Малия так и продолжает стоять, потупив взгляд в пол и я только сейчас замечаю на её щеках слёзы.
— Что случилось, Малия? Лис поцарапал тебя? Укусил?
— Нет, госпожа. Простите меня, я не справилась со своими обязанностями. Если вы позволите остаться, я найду способ выплатить вам полную стоимость вазы и уверяю, что сделаю это в ближайшие месяцы…
Бред какой-то…
— Малия, что ты такое говоришь? Успокойся и поди присядь вот на тот диван. Миа, слезь уже со стола, позови дио Хэмиса и накрой нам чай.
Тоже мне удумали из-за такой ерунды сырость разводить. Хотя, если вспомнить, что из-за какой-то статуэтки я… или нет, всё же не “я”, по словам графа, сломала жизнь некой служанке в прошлом, то их можно понять. Ох, вот же ж…
— И из твоего жалования ничего вычитать не буду. Просто в следующий раз, будь осмотрительнее.
Отпускаю успокоившегося Лиса. Он с подозрением косится на девочек, фаркает и сбегает на террасу. Чувствую, как слабость накрывает с новой силой. Сейчас придёт дио Хэмис и даст мне каких-то травок, как обычно, мне станет лучше и можно будет ещё успеть осмотреться в особняке.
— Малия, лучше расскажи мне, сколько может стоить такая ваза? Раз ты собиралась что-то за неё выплачивать, может и оценить можешь?
— Только очень примерно, госпожа, — Малия явно старается взять себя в руки. — В доме, где я прежде служила, помогала управляющей вести подсчёт имущества, потому что умею сносно писать... Так вот… всё зависит от мастера, создавшего эту вазу, от города или государства, в котором её сделали и даже от того, кому она прежде принадлежала.
— Я поняла, так какова может быть её стоимость?
— От нескольких десятков салеров до нескольких оксалеров, госпожа. Но если очень ценная, то может и больше стоить.
То есть, от годового жалованья хорошей швеи до платья благородной дэи. Ну и эквиваленты у меня… но так проще разобраться в ценах. Вспоминаю, как прежде, Малия с гордостью называла три салера очень достойной оплатой.
В гостиную широкими шагами проходит дио Хэмис и сразу направляется ко мне:
— Как вы себя чувствуете, ваша светлость? Вы очень бледны, — берёт мою руку и проверяет пульс.
— Дио Хэмис сделайте мне, пожалуйста, один из ваших волшебных настоев, нам ещё предстоит обсудить некоторые мои вопросы.
— Я бы настоял, чтобы вы отправились в постель. Травы, знаете ли, не всесильны.
— Нет. Сначала лекарство и дела. А потом, может, и в постель.
Направляется к столику и что-то наливает в маленькую пиалу, при этом явно бубнит себе под нос ругательства, возвращается, протягивая это мне.
Благодарно киваю и залпом выпиваю что бы там ни было.
— Присаживайтесь, пожалуйста, виконт. Миа сейчас принесёт нам чай. Вы же не против чая с чабрецом?
Он сухо кивает и неодобрительно поджимает губы, присаживаясь в кресло.
— Итак, в прошлый раз мы выяснили, что так просто продать платья не получится. А что вы скажете по поводу мебели и безделушек? Слушаю ваши предложения.
— Обычно, благородные дома не продают мебель…
— А что они с ней делают?
— Ну… когда мебель приходит в негодность, её просто сносят на огромные чердаки.
— Создавать хлам из того, что может принести выгоду? Какое расточительство! Что, если открыть салон подержанной мебели?
— Возможно, будет проще сбыть мебель в порту. Конечно, цена будет существенно ниже её стоимости, но это будет и быстрее, и надёжнее для вашей репутации. Простите мои слова ещё раз, но… уверен, звание ”герцогиня-старьёвщица” вас не порадует.
— Дио Хэмис, с некоторых пор меня всё меньше заботит, кто и что там думает, — на мгновение схлёстываемся взглядами и я приподнимаю одну бровь. — Меня обсуждали и обсуждают, что бы я ни делала и как бы я себя ни вела.
Если эти благороднейшие господа захотят облить кого-то грязью им даже повод не нужен будет, я уже поняла, что здесь это лишь милое развлечение.
— Хорошо, к мебели мы вернёмся позже. А что касается ваз, статуэток и других вещей? — перевожу взгляд с виконта на Малию и обратно.
— О, это можно предложить в столичные салоны изящных вещей. Они проводят аукционы, а для знати не считается зазорным приобретать и обмениваться изящными вещами таким способом. Как вы знаете, аукционы — одно из благородных развлечений для дио.