Двойной генерал (СИ)

Их сводной роте бесшабашный и весёлый лётчик понравился.
— Семён, никакой линии фронта не заметил, — недоумевает Владик, — почему у меня ощущение, что мы идём по своей территории?
— Может потому, что нас уже встречали передовые разведдозоры? — ухмыляется Семён.
— Линии фронта нет, — пытается объяснить Владик.
— Может потому, что её нет? — Семён ухмыляется ещё шире.
— Да ну тебя… — отмахивается Владик. Но поговорить хочется.
— До своих дойдём, раскидают нас, — авиатехник вздыхает.
— А ты чего, в пехоту хочешь?
— Не хочу. И с ребятами расставаться не хочу, — опять вздыхает Владик.
— А ты умеешь на самолёте летать?
— Нет, — Владик вслед за впереди идущим перешагивает небольшой полусгнивший ствол, — а с парашютом прыгал. Как-то заставляли нас.
— Ну, и как? — Семён смотрит с любопытством.
— Чуть не обосрался, — честно признаётся Владик. Несколько человек вокруг них сдавленно хихикают. Семён нет, сержант серьёзен.
Конец главы 18.
  
Глава 19. Литва
 
Историческая справка: оборона Прибалтики в 41-м году.
Каунас был захвачен 23 июня, Вильнюс — 24 июня, 26 июня были захвачен Даугавпилс, 29 июня — Паневежис и Лиепая. Буквально за 4 дня войны вермахт уже контролировал почти всю территорию Литвы. А за 18 дней войны советские войска отступили на глубину до 450 км и Прибалтика оказалась оккупированной. Учитывая, что 8-я танковая дивизия вермахта к исходу 25 июня подошла к латвийскому городу Даугавпилс, получается, за 4 дня от границы она двигалась в среднем со скоростью 85–90 км в сутки. Невероятный темп наступления! Кстати, в Первой Мировой войне немцы не могли взять Даугавпилс (тогда Двинск) 2,5 года, а во Второй они взяли его ровно за 1 день.
Фактически единственным достойным в смысле военного искусства эпизодом сражения в Прибалтике с советской стороны стала оборона Лиепаи, продлившаяся с 23 по 29 июня. Умело руководил обороной командир 67-й стрелковой дивизии генерал-майор Н. А. Дедаев. Ещё за день до начала войны Дедаев отдал приказ вывести из казарм войска (как бы на учения) и рассредоточить их вокруг города. Таким образом, немецкие бомбардировщики утром 22 июня бомбили в Лиепае пустые казармы гарнизона. Пехотинцы, моряки и отряды литовских ополченцев сражались отчаянно, а потом решительной атакой прорвали кольцо окружения. Значительная часть прорвавшихся с боями дошла до своих. И да — защитники Лиепаи при отходе взорвали все мосты. Генерал Дедаев погиб 25 июня, после войны его могила была найдена и останки перезахоронены на центральном кладбище Лиепаи.
* * *
22 июня 1941 года в 3:40 немецкая авиация нанесла удар по аэродромам, а также по районам сосредоточения и выдвигающимся колоннам войск. В 4:00 началась кратковременная артиллерийская подготовка, после чего немецкие войска перешли в наступление, и началось приграничное сражение. В течении дня немецкие войска заняли 14 населенных пунктов, а передовые части 4-й танковой группы вышли в район северо-западнее западнее Каунаса к реке Дубиса. Части 3-й танковой группы форсировали Неман в районах Алитус и Меркине. Таким образом, в результате удара танковых соединений Вермахта, в первый же день войны Северо-Западный фронт оказался расчленённым практически по линии разграничения 8-й и 11-й армий.
На следующий день немецкие войска заняли Каунас, Пренай и Расейняй. Началась оборона Лиепаи. Балтийский флот потерял 6 подлодок, тральщик и торпедный катер. На подступах к Шауляю части Красной Армии нанесли контрудар во фланги 41-го немецкого моторизованного корпуса, чем задержали его продвижение на три дня. В направлении на Алитус — Вильнюс немецкие войска, наступали так, как будто бы советских войск в этом районе не было вообще. В основном, не успев занять позиции, подходившие советские войска уничтожались и рассеивались на марше. 24 июня пал Вильнюс.
25 июня восточнее Расейняй была окружена советская 2-я танковая дивизия. Ставка потребовала организовать новый фронт обороны по рубежу реки Западная Двина, однако уже 26 июня немецкий 56-й моторизованный корпус с ходу форсировал Западную Двину у Даугавпилса, 29 июня 41-й моторизованный корпус — у Крустпилса, а 30 июня 1941 года — у Риги. С выходом немецких войск на рубеж Западной Двины закончилось приграничное сражение в Прибалтике, операция вступила во вторую фазу. Немецкое командование взяло оперативную паузу, которая была связана с тем, что вырвавшимся далеко вперёд моторизованным соединениям для дальнейшего наступления требовалось подождать пехотные части, организовать более или менее сплошной фронт по Западной Двине, наконец, произвести зачистку местности южнее и западнее Западной Двины, где вели боевые действия и пытались вырваться за реку отдельные группы советских войск.
 
Советские войска начали отчаянную борьбу за уничтожение плацдармов на Западной Двине. С 26 июня 1941 года по 29 июня 1941 года велись бои за плацдарм у Даугавпилса, которые не увенчались успехом — и более того: советские войска ещё и были отброшены от исходных позиций на расстояние до 40 километров. Но в этих боях, например, и 3-я моторизованная дивизия СС «Тотенкопф» понесла немалые потери: до двух третей личного состава. 26 и 27 июня были потеряны Шауляй и Лиепае, а 29 июня пала Юрмала. З0 июня -1 июля шли бои за Ригу, которую Красная Армия не смогла удержать.
3 июля моторизованные части Вермахта возобновили наступление по всему фронту. Немецкие войска взяли Гулбене, отрезав пути отхода 8-й армии за реку Великая и части 8-й армии были вынуждены отступать на север в Эстонию. Теперь Северо-Западный фронт был окончательно разрезан на две половины. 4 июля был потерян Остров, но на следующий день красноармейцы отбили его и 6 июля опять сдали. В связи с активным наступлением немецких войск, стратегия действий советских войск была несколько изменена: теперь отступающим частям советской армии вменялось изматывание противника активной обороной в ходе планомерного отступления. Однако, особых успехов эта тактика не принесла и уже 7 июля немецкие войска вышли к окраинам Пскова, а 9-го — взяли его. В тот же день советская оборона по рубежу реки Великой была прорвана, и Прибалтийская оборонительная операция закончилась, перейдя без паузы в Ленинградскую оборонительную операцию.
По итогам этих боев, Красная армия потеряла 75 тысяч человек убитыми и 13 раненными. Потери немцев составили 4,8 тысячи убитыми и 15 тысяч ранеными. Немцами было уничтожено 1698 советских самолетов. Немцы потеряли 41 машину. Балтийский флот потерял 10 подлодок, 2 эсминца, 4 тральщика, 2 торпедных катера и морского охотника. При этом погибло 1278 членов экипажей. Было потеряно также 1932 танка и бронемашин.
Источник:  https://historical-fact.livejournal.com/201523.html
26 июня, четверг, время 08:05
г. Барановичи, резервный штаб округа.
— Сучковатую еловую дубину, обсыпанную красным перцем, этому Кузнецову в тупую задницу с проворотом!!! — от моего вопля дрожат стёкла в кабинете. Генерал Клич страдальчески морщится. То ли уши слабые, то ли воображение богатое.
Передо мной данные авиаразведки и сводка из Москвы о состоянии дел у соседей. Немчура вплотную подходит к Даугавпилсу. Блядский высер! Сидеть не могу, кулаки сжимаются и разжимаются, хочется кого-нибудь убить. Ладно, я знаю, почему Вильнюс так быстро сдали. Остатки 184-й дивизии 29-го стрелкового корпуса уже вышли к нам, так что мы в курсе, как повело себя большинство литовских солдат.
 
Не помню подробностей разгрома Прибалтийского округа. Я-то в своё время читал, что Кузнецов на фоне остальных округов выглядел прилично. Ага, так прилично, что неприличных слов не хватает! Ну, не военный я историк! Меня тема генерала Павлова зацепила, об остальном я знаю кое-как. Поэтому новость, что Даугавпилс под угрозой — крайне для меня неприятный сюрприз. Это уже Латвия, за ногу и в ноздрю всех предков Кузнецова по материнской, отцовской и двоюродной линии! Он что, взял на себя повышенные обязательства сдавать по одной республике в неделю? Придурок тупой!