Корейский шаманизм. Болезнь синбён, камлания кут и духи квисин

Миф о Тангуне впервые был записан в «Оставшихся сведениях о трех государствах» в XIII веке. Упоминания Чесока как такового в этом мифе нет, но, по-видимому, среди корейских шаманов его культ формировался как раз в период Корё и связывался с Индрой — тем самым отцом Хвануна, который жил на небе и отпустил сына на землю. Чесок уравнивался с Индрой и Буддой-Татхагатой. Шаман из стихотворения Ли Кюбо тоже называет себя Чесоком, главой всех духов. Поэтому можно предположить, что у шаманов Корё вера в Чесока была особенно сильна.
  
Портрет Тангуна. Чхэ Ёнcин (1850–1941)
 “
” 
 CC BY 
 
, 
 / 
В период Корё большую роль также играет культ Неба. Интересно, что в представлении конфуцианцев корейский правитель мог получить Небесный Мандат на управление страной только с одобрения китайского императора. Однако в период Корё монархи строили собственные алтари Неба — Вонгудан. Что касается мировоззрения шаманов, в их картине мира, помимо Чесока, на небе обитали различные духи, среди них дух Семи звезд Большой Медведицы (чхильсон), дух Солнца, Луны и пяти звезд-планет [66] (ирвольсонсин) и души покойных.
Что касается духа гор сансин, столь почитаемого в шаманизме, то в период Корё единого представления о нем еще не было. Поклонялись духам четырех гор — Токчоксан, Пэгак, Сонъак и Мокмён. Во время празднований в их честь славили и правителя. Об отсутствии единого духа сансин может свидетельствовать мистический эпизод из вымышленной биографии предков основателя Корё Ван Гона, записанный в XIII веке [67].
 
В давние времена жил один человек по имени Хогён. Некогда он переселился с горы Пэктусан в одну из долин гор Пусосан, взял себе жену и построил дом. Жили они в довольстве, только детей у них не было.
 
Хогён метко стрелял из лука и часто отлучался на охоту. И вот однажды он и девять односельчан отправились в горы Пхённасан ловить соколов. Стало смеркаться, и пришлось им заночевать в пещере. Вдруг у входа в пещеру появился тигр и страшно зарычал.
 
— Тигр хочет нас сожрать, — сказали они друг другу. — Давайте-ка бросим ему наши шапки. Чью шапку он схватит, тому и выйти с ним сразиться.
 
Так и сделали, а тигр сразу схватил шапку Хогёна. Пришлось тому выйти из пещеры, чтобы вступить с тигром в бой, и вдруг он исчез, и тотчас обрушилась пещера. Девять человек так и не смогли из нее выбраться. Хогён вернулся домой, обо всем рассказал жителям округа Пхённагун и снова отправился к пещере, чтобы похоронить односельчан. Сначала он провел ритуал жертвоприношения божеству горы, и божество явилось Хогёну:
 
— Я вдова и хозяйка этой горы. Нынче мне посчастливилось встретить совершенного мудреца, и я хочу стать вашей супругой, чтобы вместе управлять божествами. Дарую вам звание великого властителя этой горы.
 
Только она кончила говорить, как тут же исчезла вместе с Хогёном, и больше он нигде не появлялся, а жители округа стали его величать Великим государем, возвели алтарь и начали приносить жертвы его духу. Поскольку те девять человек погибли на горе Пхённасан, ее решили назвать Курёнсан — Гора девяти драконов.
 
Мы видим, что в мистической истории о Хогёне, дальнем предке Ван Гона, у конкретной горы есть свой дух. Более того, этот дух — женщина, у которой есть или была семья, есть облик, есть цели и планы. Дух близок к человеку и похож на него. Неслучайно и появление тигра: первый слог имени Хогёна — «хо» — соответствует также прочтению иероглифа «тигр». Тигр как посланник приходит за Хогёном, чтобы устроить его встречу с духом горы.
Таким образом, традиционное представление о духе гор сансин как о старце с тигром в данном случае ошибочно. Легенда была записана в XIII веке, но возможно, что она возникла в Корее намного раньше и соотносилась с другими действующими лицами.
В период Корё сохраняются корейские культы, популярные в период Трёх государств: вера в могущественного духа-дракона, властителя вод; в духов природы — рек, озер и лесов; духов ветра и молнии. К сожалению, сведений об их почитании почти не сохранилось.
Несмотря на то что шаманизм не был придворной религией, к шаманам и шаманкам часто обращались для проведения различных культовых церемоний. Чаще всего их просили совершить ритуал в честь вана. Назывались такие моления киын или пёлькиын. Также шаманов собирали при дворе, чтобы во время засухи они обратились к духам и вызвали дождь. Такой обряд назывался киудже.
Шаманские инструменты для гадания
National Folk Museum of Korea
К шаманам и шаманкам обращались и с просьбами об излечении. По-прежнему был популярен образ Чхоёна, который танцем и заклинанием одолел духа лихорадки, и при дворе нередко устраивались церемонии для укрепления здоровья правящей династии. В процессе лечения шаманки и шаманы могли установить, что на больного воздействует неупокоенный злой дух, — тогда требовалось найти причину его недовольства, загладить вину перед ним и убедить его уйти. Это влияло и на события при дворе. Например, король мог пересмотреть свои указы о наказаниях, помиловать приговоренных, построить пагоду в священном месте или, наоборот, снести строение, которое мешало духам.
  
Также шаманы и шаманки гадали, предсказывали будущее, спрашивали совета духов. Хотя не только они этим занимались — распространены были и гадания по лицу (физиогномика), их могли выполнять и не связанные с потусторонним миром люди, часто слепцы.
Шаманок и шаманов порой нанимали, чтобы навести порчу, а также для увеселения знати. Но информации об этом в исторических хрониках немного.
  
Глава 7. Шаманизм при династии Ли (1392–1910)
 
Династия Ли находилась у власти в королевстве Чосон (1392–1897) и империи Тэхан чегук (1897–1910), поэтому мы объединим оба периода. Чосон основал военачальник Ли Сонге (годы правления: 1392–1398), и все последующие правители этих государств — его потомки. С приходом династии Ли буддизм постепенно уступил место неоконфуцианству, которое распространилось в Корее уже с позднего XIII века. С XV века общество все более «конфуцианизировалось». Хотя буддизм оставался популярен в народе, да и некоторые чосонские правители его поддерживали, многие храмы закрывались, их территории отходили государству, а самих монахов подвергали критике. Сохраняла свои позиции географическая теория пхунсу чири соль, на основе которой выбирали места для дворцов, сакральных сооружений, жилых домов и захоронений.
Важным периодом в истории Чосона стал конец XVI века: в 1592–1598 годах шла корейско-японская Имджинская война и весь полуостров превратился в поле боя. Ценой колоссальных потерь корейцам удалось одержать верх. Немалую роль сыграл и Китай, где правила династия Мин (1368–1644), который также отправлял свои войска для обороны Кореи на правах «старшего государства».