Звоните Манькову! Дилогия (СИ)

Я замолчал, давая ему время переварить информацию. Клиента нельзя дожимать истерикой, клиенту нужно дать осознать безвыходность его положения.
Парень перевел тоскливый взгляд с запертой двери райисполкома на свои абсолютно не греющие кроссовки. Потом посмотрел на мою уверенную физиономию. В его голове явно щелкал калькулятор: простой фуры с товаром под Москвой грозил убытками в десятки, а может и в сотни раз превышающими мой гонорар.
  
— За две с половиной сделаешь? — сведя в голове дебет с кредитом, спросил он.
Я для вида задумчиво закусил губу.
— По рукам. Оставляй документы и…
Я уже собирался выдать привычное: «Записывай мой номер».
И тут меня накрыло. Я с ужасом осознал одну катастрофическую вещь — проблема коммуникации!
Я-то за последние десятилетия намертво привык, что у меня в кармане болтается плоский прямоугольник из стекла и пластика, по которому со мной можно связаться в любое время суток из любой точки планеты. Скинуть фото в мессенджер, отправить геолокацию, надиктовать голосовое, перевести деньги в два тапа по экрану…
Но сейчас на дворе стоял гребаный девяносто второй год! Работать по намертво засевшим в голове бизнес-схемам из двадцать первого века было невозможно. Хрен с ним, что сканы документов нельзя переслать по электронке. Тут даже просто позвонить друг другу — дичайшая проблема!
  
Глава 4
 
— Ручка есть? — спросил я у парня.
А сам в этот момент мысленно прощался с ноутбуком, интернетом, электронными базами данных, курьерской службой и прочими прелестями цивилизации. Да что там говорить — сейчас инопланетный артефакт в Туле отыскать проще, чем приличный ксерокс.
В своей прошлой жизни я всегда с налетом легкого снобизма утверждал, что юрист — это профессия, совершенно нетребовательная к орудиям труда. Дайте мне стул и стол, и я переверну землю! Типа, мы — чистые интеллектуалы, которым для работы нужен только собственный отточенный мозг.
Ага, как же.
Я просто отучился замечать тысячу мелких, незаметных, но безумно полезных вещей, которые каждый день помогали мне делать мою работу в десятки раз эффективнее. И теперь мне предстояло болезненное возвращение к истокам.
Влад торопливо похлопал себя по карманам дутой куртки и выудил синюю пластиковую ручку.
— Вот, держи.
— И листок, чтобы номер записать, — я мысленно пообещал себе наведаться в канцелярский магазин, чтобы приобрести хотя бы стартовый набор «начинающего юриста». Пусть это потребует вложений, но бизнес такая штука, не смажешь — не поедет.
Парень похлопал себя по карманам. Достал пачку сигарет, оторвал картонную крышечку и протянул мне. М-да, давно я не пользовался настолько примитивным методом обмена контактами. Я поставил себе еще одну мысленную зарубку: с первого же крупного гонорара обзавестись визитками. На одном куске картона я нацарапал свой домашний телефон, на втором — записал номер парня.
— Значит так, позвонишь мне в семь вечера. Скажу куда подъехать, — сказал я, убирая его ручку в карман. — С тебя сейчас тысяча рублей аванса, остальное — вечером, в обмен на пакет учредительных документов.
Модник замялся, бросив подозрительный взгляд на мой помятый вельветовый пиджак, торчащий из-под куртки.
— А если ты с моими доками и бабками свалишь? И где мне тебя искать?
— Кому нужен твой кривой Устав про два компьютера и факс? — искренне усмехнулся я. — А тысяча… поверь, моя репутация стоит дороже. Юрисконсульт Маньков, слышал про такого?
Парень неопределенно повел головой. Видимо, слово «репутация», произнесенное с совершенно не студенческой уверенностью, подействовало на него как гипноз. Он вздохнул, полез во внутренний карман куртки и отсчитал несколько бумажек.
— Держи. Меня Владом зовут, если что.
— Олег, — я коротко кивнул, пряча деньги и картонную папку под куртку. — До вечера, Влад. Иди грей ноги. И готовься груз свой получать.
И тут, совершенно не вовремя, к голове очереди подошел плотный мужик в добротной рыжей дубленке.
— Слышь, не пропустите? Я отблагодарю, — прошептал он заговорщицким тоном, наклонившись ко мне.
Как бы я хотел сказать «да!». Я тоже основательно промерз, да и сами ноги гудели от многочасового стояния. Быстрые, легкие деньги буквально сами плыли в руки. Но как я мог прямо сейчас, на глазах у только что окученного Влада, сознаться в том, что я никакой не солидный «юрисконсульт Маньков», а обычный «ждун», который отбывает тут номер за копейки? Моя репутация рухнула бы в тот же миг, похоронив под собой и мой авторитет, и грядущий гонорар.
— Дальше спроси, — я небрежно кивнул на стоявшего прямо за мной Серегу, волевым усилием отказываясь от малого в пользу большего. Хотя, если честно, отчаянно хотелось и того, и другого.
— Договоримся? — мужик в дубленке послушно шагнул назад и обратился к моему однокурснику.
— Место — тыща! — не моргнув глазом выдал Серега. Явно воодушевленный моими недавними успехами, он решил с ходу ломить цены.
— Да ты чо⁈ — мужик в дубленке аж присел от неожиданности. — Какая тыща⁈
— Рынок большой, походи, поспрашивай, — философски пожал плечами Серега, поправляя сползающие очки. — К концу очереди, может, и дешевле будет.
В этот момент массивная дверь снова лязгнула. На пороге нарисовалась уже знакомая заспанная тетка.
— Следующий!
Мрачный мужик в плаще, закончив свои дела, вышел на крыльцо, и в нутро райисполкома тут же монументально втиснулся плечистый «браток». Дверь за ним захлопнулась.
— Решай быстрее, — Серега многозначительно кивнул на дверь. — Видишь, очередь на месте не стоит.
— Двести! — предпринял отчаянную попытку поторговаться мужик.
— Пятьсот, — отрезал мой однокурсник. — И зайдешь прямо за ним.
Он небрежно кивнул в мою сторону.
— Буквально через пять минут.
Мужик в дубленке подумал несколько секунд, потом полез за пазуху и вытащил купюры:
— Четыреста!
— Продано! Поздравляю, — Серега деловито забрал деньги и уступил свое «нагретое» место.
Влад всё это время обалдело наблюдал за этим стремительным торгом.
— Свободный рынок во всей красе, — я снисходительно усмехнулся, глядя на ошарашенного клиента. — Всё, пока. До вечера.
Влад, всё еще переваривая увиденное, рассеянно кивнул и мелкой трусцой побежал к дороге ловить машину. Серега тоже тихо ретировался, благоразумно не привлекая к себе лишнего внимания.
Мой собственный актив тем временем достиг пика стоимости, но при этом же начал стремительно обесцениваться. С одной стороны, у меня на руках сейчас была топ-позиция — место номер один. Золотой билет! Но… часики тикали. Солидного покупателя на горизонте не наблюдалось, и я начал всерьез нервничать. По моим прикидкам, у меня оставалось минут тридцать, чтобы превратить это место у двери в живые купюры.
Время шло, а желающих раскошелиться на ВИП-проход всё не появлялось. Зато ко мне подошел сияющий Толик и гордо продемонстрировал зажатую в кулаке бумажку:
— Двести! А? Неплохо, да? А ты всё кукуешь?
Объяснить Толику, насколько мелко он плавает, я не успел — мордоворот решил вопросы своего босса слишком быстро. Лязгнул замок, тяжелая дверь распахнулась, и амбал вышел на морозное крыльцо.
— Следующий! Давай, заходи! — скомандовала мне тетка, следившая за очередью.
Внутри шевельнулось разочарование. Проклятье, не успел продать место! Чистый убыток на ровном месте…
Но в ту же секунду досада сменилась внезапной и крайне интересной мыслью. Губы сами собой растянулись в предвкушающей усмешке. Я молча кивнул чиновнице, оставил Толика мерзнуть на ступенях и уверенно шагнул внутрь. Там было жарко. Работающие в здании люди себе в минимальном комфорте отказать не могли. Я прошел по гулкому коридору с вытертым линолеумом. И толкнул дверь с табличкой «Отдел регистрации». Вошел в кабинет.
  
За заваленным бумагами столом сидела уставшая женщина с высокой прической. Табличка гласила: «Старший инспектор Селидова Н. В.».