"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Ты сомневаешься в моих методах, Ученик? — повернулся ко мне дед.
Ну Кай… Я сжал зубы и качнул головой, глядя мимо Наставника на наследничка. В ответ — ещё одна лучезарная улыбка.
Можно было бы промолчать или отмазаться, типа да ты что, Наставник, поклёп всё это, ничего я подобного не говорил! Но ведь сказал! Вчера, уже ближе к вечеру, когда сидели у костра за ужином. И пусть слышали не все, но отмазываться сейчас — это не по-мужски.
— Не то, что б сомневался, но… — потянул я, потом всё же решился. — Вот смотри, Наставник, когда мы пришли на Испытание, ты сказал, что сделаешь из нас ныряльщиков.
— Да, — важно кивнул дед, — так и было.
— И вот прошло уже сколько? Двадцать дней? А мы же за это время ни разу не ныряли! Только сидим на мелководье, и всё!
Дед довольно заулыбался.
— Тебе не терпится поскорее перейти к тренировкам на глубине?
— Конечно! — я даже руками развёл. — Я же… Мы все сюда за этим пришли!
Одобрительный ропот пробежался по народу. Каю ничего не оставалось, как присоединиться.
— Что ж… — покивал дед, — я тоже когда-то был таким же нетерпеливым, как ты. Но у меня был Наставник. И он определял, когда нам можно было переходить к глубине. И я за это ему благодарен!
Дед чуть склонил голову, словно в поклоне.
— Но, Наставник! — не выдержал я. — Я же уже нырял. В глубину. На Испытаниях. Ты сам тому свидетель.
— Да-а-а, — протянул дед, — я был тому свидетелем.… Свидетелем твоего позора!
Что-о-о?! Я почувствовал, как у меня непроизвольно открывается рот. Кай с дружками откровенно и издевательски заулыбались. Мака так вообще заржал. Остальные — сидящий по центру упитанный Семис, болтушка-Алеки, ставший всё же чуть менее многословным, неразговорчивый Хеми — просто покосились на меня.
Руйха, рядом с которой я сидел, на правах моей девушки — а отношений мы не скрывали — дёрнула за руку:
— Молчи лучше.
Лишь Телуа, сидящая по другую сторону от Руйхи, никак не прореагировала, да обычно пристраивающийся за моей спиной Хэч. Его реакции я не видел, но он всегда был на моей стороне.
— Какого же позора, Наставник?! — меня захлестнула волна негодования. — Ты же видел! Я при тебе, при шамане и отце глубин нырнул не меньше чем на семьдесят пять локтей!
— Да будет тебе! — махнул рукой дед. — Не было там такой глубины. Локтей тридцать от силы.
С «правого фланга» новые смешки, от рыбаков новая порция косых взглядов. Руйха наклонилась, прошипела на ухо:
— Ну я же прошу…
— Да, как не было?!
— И к тому же, — продолжал глумиться дед, — ну что это за техника нырка? Как будто неумеющего плавать в воду бросили! Тебе просто повезло, Ученик, что ты жив тогда остался.
Наверное, надо было просто выдохнуть и промолчать. Ведь Руйха уже не скрываясь пихала локтем в бок. Но я всё-таки раскрыл рот:
— И что не так с моей техникой? Ведь я нырнул? До дна достал? Вернулся?
Дед секунду с усмешкой смотрел на меня.
— Всё не так, — наконец проговорил он. И тон его стал потихоньку холоднеть. — Так, как нырнул ты, можно опуститься на дно один, ну хорошо, два или даже три раза. Но разве это дело человека глубин? Разве этого ждёт от нас племя?
На пляже резко стало тихо.
— Люди нашей касты опускаются за слезами Атарапы не раз и не два за день, а столько, сколько потребуется. Только так мы можем поднять со дна нужное племени количество слёз богини.
Я уже пожалел, что не удержал язык.
— А если ты недоволен процессом обучения, сын касты земли, — теперь слова Наставника падали, словно пудовые гири, — ты всегда можешь уйти с рифа. Ты пока ещё не принёс клятв верности касте глубин.
Дед оторвал взгляд от меня и обвел притихших Учеников.
Ага! Конечно! Ты чё, дед? Попасть в касту ныряльщиков за жемчугом — мой единственный шанс. Какая у меня альтернатива? Горбатиться от рассвета до заката сначала на отца, а потом на старшего брата? Без выходных-проходных, без праздничных и отпусков? Копаться в земле на делянке днём, а вечером что-нить рукоделить по хозяйству? И так до самого конца, даже без перспективы на собственную семью?… Да ну нафиг! Лучше смерть, чем такая жизнь! И поэтому:
  
— Прости меня Наставник! Больше не повторится.
Пауза. И во вновь наступившей тишине я чуть ли не явственно услышал, как на изрезанном глубокими морщинами высохшем лице Наставника со скрипом раздвигаются губы в подобии улыбки.
— Вот и хорошо, Ученик. Я вижу, ты не безнадёжен. И если ты… если все будут делать то, что говорю и жду от вас я, то скоро, очень скоро…
Вдруг он поднял взгляд и посмотрел куда-то за наши спины.
— Что ж… — пожевал губами, сделал вид, что задумался, — значит, хотите уже нырять?
Тишина. Не сразу, но ребята, наконец, ответили воодушевлённым гулом.
— Раз хотите, значит будете.
И снова посмотрел в сторону острова. Я непроизвольно проследил направление его взгляда. По лагуне со стороны деревни приближалась небольшая пирога.
  
Глава 2
 
Лагуна
 
Риф Учеников, как я и говорил раньше, представлял собой небольшой клочок земли, ещё и разделённый, как кофейное зерно, на две половинки — побольше и совсем маленькую. Из растительности — два куста из пальм, по четыре и три пальмы в каждой части. Ни воды, ни еды. Всё это доставлялось с острова два раза в день — утром и вечером.
Но на этот раз, помимо пайка, нам был доставлен шаман собственной персоной. Причём в полном парадном облачении: куча костяных ожерелий с перьями, воткнутыми везде где только можно. Естественно, со своим страшноватым посохом.
— Думаешь, готовы? — окинув взглядом притихшую толпу Учеников, повернулся он к Наставнику.
— Готовы, — улыбаясь кивнул Наставник.
Мать вашу, к чему? Что за интриги и игры в молчанку? Уж не хотите ли вы сказать, что всё это было обучение?!
Оказалось, что нет.
— Итак, Ученики, — Наставник встал рядом с шаманом, — вы выдержали и второе Испытание.
Ах вот оно что! И сколько ещё впереди таких испытаний?
— Находиться под водой два малых гонга? — робко поинтересовался Алеки.
— Нет, Ученик, — деду явно не понравилось, что его перебивают, — это я выяснил ещё тогда, когда вы впервые ступили ногой на этот риф. Теперь же я смотрел, сможете ли вы это делать так, как делают настоящие люди нашей касты.
Что? Жизнь человека глубин — это вот такая рутина? С утра до ночи с камнем на дне сидеть? Естественно, вслух я ничего не спросил и мне не ответили.
— Я рад, что все из вас выдержали и эту проверку, — взял слово шаман. — Все вы способны находиться под водой достаточно, чтоб начать постигать истинные тайны искусства народа глубин. Но! — буравящий взгляд прищуренных глаз обежал нас одного за другим, буквально проникая в мозг, отчего лично мне сделалось не по себе. — Перед тем как продолжить, вы должны принести клятву!
Клятву?!
— Клятву о том, — включился Наставник, — что никому и никогда, ни при каких обстоятельствах вы не поведаете, в чём заключается искусство добычи слёз Атарапы! Даже сыну своему или дочери! Даже матери родной или отцу!
— А если мой сын тоже станет ныряльщиком? — спросил толстяк Семис.
— Если твой сын тоже станет человеком касты, — снисходительно посмотрел на него Наставник, — тогда об этом ему расскажу я или мой преемник.
— Среди вас есть дети людей глубин, — перехватил слово шаман, — спросите их, говорили ли им что-то их родители?
— Ах, так вот почему… — едва слышно прошептала Руйха и оглянулась на лагуну.
Кай с приятелями тоже запереглядывались. Ага, наверное расспрашивали родителей. И как мне кажется, безрезультатно.
— Я спрашивал отца, — пробасил Та́йпен.
— И что он тебе сказал?
— Что когда придёт время, мой Наставник ответит на все мои вопросы…
— Вот видите! — повеселел дед. — А всё почему?
— А всё потому, — снова шаман, — что если кто-нибудь из вас расскажет хоть что-нибудь из того, что вы узнаете на этом рифе, вас постигнет…