"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Краем уха слышала, что некая Мабли, живущая в баронском замке, это погрязшая в грехе и распутстве демонопоклонница.
— А кто такая эта Мабли? — задал я резонный вопрос.
— А эта Мабли, люди говорят, любовница наследника, троюродного племянника баронессы фан Стоуб. А зовут его Беруин.
— Ага, это уже то, что нам нужно, — пробормотал я, стараясь, для начала, запомнить имена. В подробности вникать будем позже.
— И еще про Мабли эту говорят, что она ведьма и натурально якшается с демонами и прочей нечистой силой. И то, что наследника она охмурила, и он, как дрессированный мопсик, во всём её слушается и ни в чём не перечит.
— Ага, — довольно отозвался я, положив эту информацию в свою копилочку знаний о складывающейся ситуации.
— И ещё народ наследника, рохлю эдакого, жалеет, и недоумевает, почему почтенный святой отец, который духовник баронессы, терпит то, что эта нечестивая демонопоклонница и злостная ведьма живёт в одном с ним замке.
— А вот это, кстати, вопрос, — сказал я, глядя расфокусированными глазами на удивлённое лице Зайки, — и вопрос очень интересный.
— Чем же интересен этот вопрос? — непонимающе спросила рыжая.
— А тем он интересен, что терпеть эту курицу святой отец, который, скорее всего, далеко не дурак…
— Так в народе говорят, что он только жрёт, пьёт и дрыхнет в своей келье, — возразила демоница.
— Поверь мне, Зайка, он просто хочет, что бы о нём так думали и говорили, — я глянул в её непонимающие глаза и продолжил, — а думаю я так потому, что руководство Ордена не стало бы держать бесполезного лентяя и сибарита на должности духовника баронессы. Эта должность позволяет оказывать значительное влияние на все процессы, происходящие в баронстве. Что-то мне говорит, что я чуть не опоздал…
— Куда опоздал? — всё так же недоумевая спросила Зайка.
— К дележу пирога, — пояснил я, после чего задал ещё один, очень интересующий меня вопрос, — а баронессу как народная молва характеризует?
— Народ баронессу, можно сказать, что если не любит, то уж точно уважает, — рыжая наморщила лоб, обобщая характеристики баронессы, услышанные ей в различных ситуациях, — о ней говорят, то она справедлива, набожна…
— Вот! — перебил я свою шпионку, — это говорит о том, что не просто так сидит этот священник около баронессы, ох, не просто так…
Глава 9
— за стенами баронского замка
На следующий день, отправив рыжую наматывать круги по городу и, по ходу дела, мотать себе на ус всё, что удастся услышать, я опять угнездился в то самое кресло и вгляделся в глубины зеркала. Очень скоро вращение разноцветной призрачной спирали плавно перенесло моё сознание на астральный план.
И снова я в этом сказочном пространстве, заполненном разноцветной дымкой, где нет верха и низа, нет каких-либо чётких направлений, и нет таких понятий, как «близко» и «далеко». Мало того, энергия астрала, подобно материалу для лепки, может предоставить вам аморфную и послушную субстанцию, пригодную для создания чего угодно. Но то, что вы создадите, будет сохранять целостность только до тех пор, покуда есть энергетическая подпитка созданных структур и конструкций.
Вы можете создать себе, например, горный замок или милый сельский домик среди полей и рощ. Пластичный астрал поможет вам воплотить любую вашу фантазию. Но, стоит вам потерять интерес к своему творению и прекратить его поддерживать, как равнодушное пространство астрального плана растворит в себе всё то, что вы создали. Для создания стационарных объектов в астрале необходимы мощные концентраторы энергии, преобразователи и ещё куча всего. И затраты на создание в астрале того же замка могут выйти как бы не дороже, чем возведение такого же замка с нуля в реале.
Но, это всё лирика. А я пришёл сюда дело делать. Первое, с чего мне следует начать, это получить доступ к информации о том, что происходило и происходит в баронском замке, в столице баронства, ну, и её окрестностях. Само собой, меня интересуют только те события, которые оказали или продолжают оказывать ощутимое влияние на линии судьбы, управляющие существованием моего теперешнего физического тела.
Я внутренне собрался, позволил радужным струям проникнуть между элементами энергетического каркаса моего астрального тела. И, вместе с этими струями, на моё сознание обрушился вал информации. Я начал лихорадочно воздвигать на пути этого могучего потока фильтры, слой за слоем, слой за слоем, пока бушующая река разрозненных сведений не сократилась до озорного ручейка, наполненного тем, чем я жаждал обладать. А ведь была прямая угроза того, что бешеное течение подхватит и попытается увлечь моё сознание в пучину безумия, где информационные паразиты, обитающие в омутах на дне этой неистовой реки, растащили бы его по своим глубоким норам.
Я опасался, что с первого раза сил не хватит, и мне придётся отступить, для того, что бы ещё раз сконцентрироваться перед новой попыткой. Но нет, я достиг желаемого с первого раза. Ай да я, ай да молодец…
Перед моим внутренним взором, словно возникая из тумана, потихоньку формировалась картина того, что произошло два с небольшим года назад.
Я незримым призраком висел где-то под потолком хорошо убранной просторной спальни, которую освещали три толстые свечи, вставленные в массивный канделябр. Неровное пламя, колеблющееся от сквозняков, выхватывало из зыбкого полумрака два обнажённых, лоснящихся влагой тела, лежащих под тяжёлым балдахином на мятых, пропитанных потом и соками любви простынях. Соитие, судя по всему, только-только завершилось и молодой парень, лицо которого, как две капли воды походило на мою теперешнюю физиономию, произнёс несолидным дискантом:
— Мабли, налей мне вина, — но сказано это было тоном, не терпящим возражений и не подразумевающим возможности отказа, так что сразу стало понятно, кто в этой комнате главный.
Когда девушка с явным нежеланием перелезла через своего партнёра и уже поднималась с кровати, тот с улыбкой, эдак, по-хозяйски, шлёпнул её по упругой ягодице. По алькову разнёсся звонкий звук шлепка, а на лице девушки, которое парень сейчас видеть не мог, промелькнула тень брезгливого презрения. Она, явно, кувыркалась до изнеможения с предыдущим владельцем моего тела не из-за большой любви к нему. Тем не менее, вина она налила, и с милой улыбкой на устах вложила в протянутую руку парня, сама же села на колени рядом с ним.
— А она хорошая актириса, — отметил я про себя, — да и вообще, ничего так. В койке смотрится весьма органично. Так сказать, хе-хе, на своём месте.
Парень пригубил вино, задумчиво глядя на темнеющий внизу животика девушки треугольник коротко остриженных волос. И так же задумчиво, не торопясь, протянул вторую руку к её аккуратной груди.
— Эйнион, я… — она с виноватой улыбкой, придав своему взгляду оттенок обожания, надежды и, одновременно, едва заметную толику похоти. Я ещё раз восхитился её артистизмом. Если бы я не видел её лица, когда она, отвернувшись от партнёра, наливала вино, то наверное, принял бы чувства, которые она сейчас транслировала, за чистую монету, — я хотела тебе сказать… — она мастерски сыграла смущение.
— Ну, выкладывай, — грубовато поторопил её Эйнион, продолжая мять и тискать её грудь. Его грубые пальцы оставляли красные пятна на нежной алебастровой коже, но его это, похоже, ни капельки не смущало. Он чувствовал себя в своём праве.
Девушка тоже не возражала, хотя, мне кажется, что подобные ласки ей удовольствия совсем не доставляли. Тем не менее, она продолжила, подпустив голос серьёзности, и даже, я бы сказал, трагизма:
— Эйнион, дорогой, — она взяла долгую паузу, дождавшись, когда он отвлечётся от созерцания её интимной причёски и поднимет глаза на её лицо, — я беременна.
— Хочешь сказать, что беременна от меня? — в дисканте его радости не чувствовалось, да и смотрел он на девушку с весьма недобрым прищуром.
— Да, — еле слышно, потупив глазки, подтвердила она, — это твой ребёнок.