"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Не было бы у меня этих девайсов, так козлик наш уже давно бы убёг в неизвестном направлении, развалив мне в добавок ко всему, весь тюремный блок.
А мы в него столько денег вбухали, аж вспомнить страшно… Одни двери из прочнейшего композита в такую копеечку влетели, что как только я про это вспоминаю, так даже дышать становится намного тяжелее… Жаба, наверное, давит…
А увидев наши блокираторы, генерал начнёт всякие неудобные вопросы задавать, и нос свой генеральский совать куда не надо.
И мне нужно будет найти такой дипломатичный способ, что бы и по носу этому любопытному щёлкнуть, и, в то же время, уважаемого генерала не обидеть…
А пока мы думаем над этим, может быть, всё-таки попробовать заставить этого козла поделиться с нами кое-какими полезными знаниями?
Хотя, я не планировал этим заниматься, но если время будет, то почему бы и не попробовать?
Другое дело, что он, как сказала мне Зара, управляет своим организмом довольно умело, а значит пытать его бестолку — он боль у себя отключит.
Так что остаётся только пробовать ментальное воздействие.
А козломордый гад сам на этих самых играх разума собаку съел. И, я подозреваю, что не одну.
Надо будет с девчонками это дело обсудить. И с Серёгой. Может удастся найти решение, так сказать, на стыке современной физики, магии и новейших медицинских достижений и исследований… Это я и об Эви вспомнил, хе-хе…
Всё-таки я прирождённый эксплуататор. Готов ради достижения своих целей припахать всех окружающих… Но по другому то никак.
Сам, конечно, тоже кое-что могу, но, преимущественно не создавать что-то новое, а разрушать уже созданное… В этом я неплохо, хе-хе, преуспел…
Так, размышляя о стоящих передо мной насущных проблемах, требующих своего решения, я направил стопы свои в медицинский блок нашего подземного царства.
Царство моё подземное, кстати, продолжало расти. И вширь и вглубь.
Выкапывались новые подземные этажи, оборудовались комплексы жизнеобеспечения и энергоснабжения. А у поверхности монтировались артиллерийские турели…
Да что там турели, я договорился на поставку нам ракетных комплексов, способных поражать крупные орбитальные объекты.
Комплексы, конечно, не последней модели, и не самые навороченные, но вполне работоспособные.
Пока их поставим, ну, а если удастся зарекомендовать себя с положительной стороны перед Императором, то может быть и поменяем и на что-нибудь более мощное и продвинутое.
Пока доставлен и монтируется только один комплекс — это, так скажем, первая очередь.
А вообще запланировано установить на защищённые позиции шесть таких систем запуска орбитальных ракет.
Тогда любой агрессор будет вынужден десять раз подумать, прежде чем отважиться на орбитальную бомбардировку поместья.
А если всё-таки отважится — то тогда он будет сам себе злобный дятел…
Я планировал создать под поместьем настоящую подземную крепость, взять которую даже полноценной орбитальной атакой будет почти невозможно…
Вы спросите почему почти? А потому, что ничего невозможного нет.
До наших дней дошла цитата одного из политических деятелей прошлого, который сказал, что нет в мире таких крепостей, которых не могли бы взять трудящиеся, большевики…
Большевики исчезли давно, но трудящиеся до сих пор не перевелись, хе-хе, а это значит, что нет абсолютно защищенных крепостей — это факт. А потому я продолжаю укреплять наш подземный оплот.
Когда-нибудь, я это точно знаю, эти укрепления нам здорово пригодятся и обеспечат выживание моего рода в этом равнодушном мире…
— Добрый день, — прозвучал женский голосок, нарушивший мои размышления, — вы к кому?
Оказывается, я, погрузившись в свои думы, на автомате добрался до медблока, и теперь передо мной хлопала ресницами невысокая девуля, завёрнутая в зелёный халат. Это мода тут у них такая.
— Добрый, — а девчонка была худенькая, словно её тут не корямт совсем, — мне Эви нужна.
Судя по всему она меня таки узнала, поскольку теперь уже обратилась ко мне официально:
  
— Господин Антонов, она сейчас с Елизаветой Петровной разговаривает, — сказала она, не переставая хлопать ресницами.
— Ага, — подумал я, — Лиза-то не тормозит, а так и норовит первой на глаза пациенту попасться после того, как его из регенерационной капсул извлекут. Крепко он её зацепил, однако…
— А отведи-ка меня к ним, — постарался сказать это мягко, но так, чтобы у девчонки и мысли не возникло возражать, что, мол, я им помешаю.
Не могу я тут никому помешать. Остальные мне тут могут мешать, друг другу могут мешать. А я не мешаю. Просто тут всё моё. Я тут власть, хе-хе… И если кто считает, что я ему мешаю… Ух!
— Доброе утро, дамы, — моя физиономия непроизвольно расплылась в улыбке, когда щебечущие о своём, о женском, дамы оказались в непосредственной близости от меня.
Они явно не ожидали моего появления, а потому, ещё секунду, наверное, молча смотрели на меня, гадая, откуда я вдруг тут взялся, такой красивый.
А моя провожатая, умница, довела меня до двери, за которой и находились интересующие меня дамы, кивнула на неё, и по тихому ушла, не показываясь Эви и Лизе на глаза.
Первой оправилась от неожиданности Лиза:
— Доброе утро, братик, — приветствие было вполне себе сердечным, но в глубине глаз её таилось сожаление о том, что при возвращении в наш мир усатого лейб-гвардейца ей не удастся побыть с ним наедине.
— Доброе утро, — это уже Эви. А вот она была просто рада меня видеть.
— Я нарушил ваше уединение, рассчитывая на то, что нашего найдёныша таки извлекут из регенерационной капсулы, и я смогу с ним, наконец, поговорить, — я сразу заговорил о деле.
— А я смогу присутствовать при разговоре? — это Лиза таки отважилась задать вопрос, который волновал её, как мне кажется, поболее всего.
— Конечно можешь, только не сильно активничай, ага? — я с улыбкой посмотрел на порозовевшую сестрёнку.
Потом, обернувшись к Эви спросил уже её:
— Так когда мы будем иметь счастье лицезреть лейтенанта лейб-гвардии Его Императорского Величества?
— Можно было и понятнее выразиться, — со смехом прокомментировала мои слова Эви, — его уже выудили из регенератора. Сейчас подождём, пока он окончательно придёт в себя, оденется, и будет готов к разговору.
— А долго ждать? — поинтересовался я, так как в планах на сегодня у меня было организовать рабочее совещание на предмет, стоит ли нам пытаться допросить козломордого, или же не возиться с ним, а отправить его к генералу, а тот пусть уже и разбирается.
— Я думаю, минут двадцать нам надо будет подождать, — сказала Эви, а потом, кивнув на столик, стоящий в комнате дополнила, — вон на столике вино, фрукты, сыр… Так что эти двадцать минут пролетят незаметно, — и снова улыбнулась.
Двадцать минут действительно пролетели совершенно незаметно.
Я, памятуя о том, что следующим пунктом нашей программы будет вопрос о козлике нашем, озадачил Эви подумать о том, какие средства для повышения общительности упомянутого рогатого персонажа у неё могут найтись.
Поболтали ещё о каких-то малозначительных мелочах, а потом в комнату вошла сестра, и известила нас о том, что пациент, наконец, полностью готов к разговору.
Лейб-гвардеец, облачённый в зелёную махровую пижаму, украшенную весёленькими такими цветочками, сидел в кресле. Рядом стоял столик, на котором теснились вазы с фруктами, пара бутылок красного, несколько бутылок минералки и ещё какая-то лёгкая еда.
Мы все расселись в кресла, стоявшие вокруг столика, и Эви, на правах руководителя медучреждения нарушила повисшую в комнате тишину:
— Итак, — глядя на меня, но сделав элегантный жест рукой, она ненавязчиво перевела мой взгляд на усача, который несколько неловко чувствовал себя в этой пижамке в цветочек, — перед вами Кирилл Александрович Вяземский.
Кирилл кивнул головой, обозначая поклон. Он действительно чувствовал себя не в своей тарелке.