"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Гвардейцы, ожидаемо, оказались гораздо крепче, и уже все были на ногах.
А Семён даже изобразил на своей физиономии неубедительное подобие улыбки.
Я тоже слабо улыбнулся, глядя на всё на это, и снова опустился на мох:
— Не напрягаемся, отдыхаем, — обрадовал я товарищей, но потом добавил, чтобы они совсем уж не расслаблялись:
— Приводим себя в порядок и через час продолжаем движение.
Ответом мне был коллективный стон.
  
Глава 17
 
Мы кому-то мешаем
 
Так или иначе, но мы продолжили движение. Давление безотчётного страха никуда не исчезло, напротив, оно продолжало медленно нарастать. При этом наш маленький отряд продолжал подвергаться атакам всяческой живности.
Сначала мы только удивлялись тому, что с виду такой спокойный мир, каким он предстал перед нами поначалу, оказался столь опасным и населённым удивительно агрессивной фауной.
А потом мы перестали удивляться, и стали отстреливать всё, что движется…
На нас дважды нападали стаи мелких хищников, но наши гвардейцы неизменно оказывались на высоте, своевременно уничтожая кровожадных зверушек, которых Семён окрестил летающими шакалами.
Они, как и большинство здешних животных, были снабжены биологическими антигравами. А вот на шакалов они внешне ничуть похожи не были, а больше походили на скатов-хвостоколов, летающих над поверхностью, затянутой голубоватым мхом.
Шакалами Семён их назвал из-за их поведения, трусливого и подлого.
Стоило замыкающему, то есть мне, немного приотстать, как они моментально собирались в кучу и атаковали.
Но наше оружие не оставляло им никаких шансов. За всё время их попыток на меня напасть только один таки смог до меня добраться. Но после попытки укусить мою ногу, похоже, обломал зубы, ну, или что там ему их заменяло.
Композитная броня моего ИМД и не такое выдерживала.
А в следующий момент я от души приголубил его прикладом плазмомёта.
Бедняга издал свист обиженного дельфина и попытался убраться прочь, но при этом летел уже очень неуверенно, и, как-то боком. Даже не летел, а, припадая на правую сторону, неуклюже скользил по поверхности мха, как газета, которую ветер гонит по мостовой. Видимо, поплохело ему знатно от моего удара молодецкого.
Но далеко уйти незадачливому агрессору не удалось. Гвардейцы исправили свою промашку, и отступающий хищник просто взорвался ошмётками плоти, когда в него одновременно впились три энергетических луча.
А самочувствие у всех членов нашей команды по прежнему оставляло желать лучшего. Все нервничали. Дошло уже до того, что один из гвардейцев открыл огонь просто так. То есть перед ним никого не было, а он исступлённо жал на спуск своего излучателя, оставляя на мшистом покрывале уродливые подпалины, исходящие бурым дымом.
И прекратил огонь он только после окрика Семёна, а потом долго оправдывался, рассказывая, что явно видел какие-то движения чего-то непонятного за кучей камней справа.
Необходимость принимать решение о том, что уже надо что-то делать с создавшейся ситуацией, я осознал после ещё одного нападения. На этот раз, как это говорится, ничто не предвещало…
Напали на нас, как мне кажется, местные аналоги кротов или землероек.
Само собой, внешнего сходства, опять таки, не прослеживалось. Просто, они, как и кроты, жили внизу, и даже не под мхом, а глубже, прогрызая свои ходы в толще камня на манер дождевых червяков.
Только это не червяки были, а червеобразные существа, покрытые крепким хитином, и их безглазая голова была окружена воротником из когтистых конечностей. А плоская морда была украшена круговой пастью, в которой вместо зубов было что-то, напоминающее крупный абразив.
В длину эти зверьки были около метра, упитанные и довольно сильные.
Они плевались какой-то забористой химией, которая размягчала камень, и благодаря этой своей способности они и могли пробиваться через скальный грунт.
Напали они на нас, как вы понимаете, снизу. И, при этом, синхронно, словно их действия кто-то координировал.
  
Что характерно, никто не запаниковал, хотя, следует отметить, что девчонки наши по итогу выглядели лучше гвардейцев, и даже лучше меня с Семёном.
Всё началось внезапно. Почти одновременно Лиза и Светлана споткнулись о вдруг появившихся из мшистого покрывала обитателей подземелий.
Следом, упали почти все, воздух наполнился руганью, криками и глухими звуками беспорядочных ударов.
Не упала только Ня, которая непостижимым образом успела подпрыгнуть и выхватить свои синие клинки. Падая обратно, она как-то ловко так извернулась, и приземлилась, нанося обоими мечами удары по появившимся снизу рукастым мордам.
Била она сильно и точно, а потому два подземных жителя сразу же выбыли из схватки.
Со стороны Лизы донеслось гудение пламени. Сестрёнка, не долго думая, хорошенько прижарила существо, послужившее причиной её падения. Существо отвратно заверещало, и попыталось уйти на глубину, но по пути, похоже, таки сдохло от полученных ожогов.
Так и осталась торчать посреди выжженного во мху чёрного пятна опалённая задница этого неудачника.
Света же просто ткнула пальцем, как мне показалось, прямо в пасть атакующего монстрика, и тот тут же лопнул, оставив в воздухе только мелкодисперсную взвесь, в которую мгновенно трансформировалась его плоть под воздействием её колдунства.
А гвардейцы немного растерялись. Но растерянность их длилась недолго, и они, оказавшись на земле быстро пустили в ход свои излучатели.
Я же, действуя уже почти рефлекторно, вырастил из ладони короткий меч и зарубил зверя, пытавшегося своей слюной растворить композитную броню на моём сапоге.
Хорошо, что их эта кислота, или чем они ещё там плюются, оказалась бессильна против высокотехнологичной брони. Умеют, умеют у нас, всё таки, делать хорошие вещи, когда захотят.
Справившись с первым натиском мы собрались в кучку, и внимательно следили за поверхностью. Иногда приходилось отпрыгивать в сторону, чтобы опять не растянуться на земле из-за атакующих снизу камнегрызов.
В конце концов, наши дальнейшие действия напомнили мне древнюю игру-аттракцион, которой до сих пор развлекали народ.
Суть игры заключалась в том, что бы сильно и точно бить колотушкой сурков, появляющихся из многочисленных норок.
Минут через десять атака прекратилась, так как атакующие закончились…
— А тебе ничего не кажется странным? — мысленно спросила меня Зоэ.
— Какая-то нездоровая агрессивность всей местной живности, — это загадочно, — хмыкнул я, — интересно, чем мы им так не угодили то?
— А ты обратил внимание, что атаковали нас не только хищники, но и те, кто питается мхом, или ловит жучков-червячков, и на более крупную дичь обычно не смотрит? — в интонациях Зоэ проскакивали нотки явного превосходства.
— Ну да, согласился я, — только о чём это может говорить?
— Ну подумай уже, — возмутилась Зоэ, — как железяками махать, так ты первый, а как немного мозги напрячь, так тебе лениво…
— Если нас атакуют не только хищники, то это значит… — и тут я немного завис, — что мы вызываем у всего здешнего населения дикую антипатию.
— А тебе в голову не приходит, что их, может быть, кто-то на вас науськивает?
— Кто? И как? — тут же поинтересовался я, — да и зачем? Мы ж не трогали никого…
— Кто, не знаю, — Зоэ явно была настроена отстаивать свою точку зрения, — а вот как, могу предположить.
— И как же?
— Ментальное воздействие, — это предположение Зоэ заставило меня задуматься гораздо глубже, — ты же продолжаешь сейчас испытывать тревогу и общий моральный дискомфорт?
— Ну да, — согласился я, — паршивое такое чувство, будто кто-то на тебя сквозь прицел смотрит… Но с какой целью это вот всё?
— Ну, возможно, кому-то очень не нравится избранное вами направление движения, — предположила Зоэ.
— Ага, — продолжил я её мысль, — а раз мы двигаемся по направлению к развалинам, то это что-то, ну, или кто-то, очень не хочет, чтобы мы туда попали?