"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Можно пасть в честном бою. В такой смерти нет ничего постыдного. А выступить в роли беспомощного цыпленка, придушенного вальяжным котом, просто так забавы ради… Нет, на это никто не согласится.
Все, кроме Динкса, повернулись в мою сторону. Удивление, испуг, ярость, ненависть – вот неполный перечень чувств и эмоций, застывших на масках-лицах.
– Что это значит?
– Дроу не станут участвовать в бойне.
– С чего это вдруг? – Олитунг был искренне удивлен.
– Потому что я так решил. Командующий волен поступать как пожелает.
Оспорить его приказ – значит открыто высказать неповиновение. А столь тяжкий проступок во время войны приравнивается к измене и карается смертью.
В отличие от орка Лам промолчал, хотя мог бы сказать многое. Впрочем, его красноречивый взгляд, полный презрения, в пояснениях не нуждался. Однажды имур спас человека от наемного убийцы. [57] Но тот благородный поступок он совершил не по велению сердца, а всего лишь выполняя приказ. Затем телохранитель пришел в лагерь людей, чтобы помочь своему господину расправиться с остатками лучников. Не исключено, что в глубине души Ламу претила роль палача, но приказы не обсуждаются.
Я спокойно выдержал взгляд имура. Отныне мы квиты. Никто ничего никому не должен. Каждый бьется сам за себя.
– Честь… – начал было темный эльф старую, как мир, песню, но я бесцеремонно оборвал его, процитировав клятву:
– Я, законнорожденный дроу, принадлежу Хрустальному Принцу, обязуясь сопровождать его до тех пор, пока этого потребует моя честь.
– А…
– Не уверен, что ради личной мести стоит нарушить однажды взятое на себя обязательство.
– Ты…
– Я всего лишь напоминаю о клятве. Выбор за тобой. Поступай так, как подсказывает честь дроу.
Сейчас я обращался только к принцу. Валд проиграл дважды. Поэтому обязан выполнить любой мой приказ.
Еще одна ловушка захлопнулась. Пренебречь ради личной мести данным словом означало нарушить клятву. Это понимали не только я и Айвель, но и все остальные.
– Один дроу вмешался в честную дуэль, предательски выстрелив из лука, второй с легкостью раздает клятвы, а затем преспокойно их нарушает. И все как попугаи не перестают твердить о какой-то мифической чести. – Олитунг издевательски ухмыльнулся. – При случае надо посоветовать Тилемским пиратам посадить в клетку вместо птицы какого-нибудь дроу.
Несмотря на оскорбления, Айвель выглядел спокойным. Ну или почти спокойным. Только подчеркнуто медленные жесты и плавная походка выдавали принца. Я знал по личному опыту: хочешь справиться с яростью – не делай резких движений, дыши глубже и, главное, не спеши. Иначе кроваво-красная волна затопит сознание – и забудешь обо всем на свете. Единственное желание – во что бы то ни стало убить врага – ослепит и лишит разума. Тогда бой будет проигран, проигран заранее.
– Ты мне ответишь за все. Не сейчас, но чуть позже. – Дроу не говорил, а с ненавистью выплевывал слова.
– С удовольствием! – Было очевидно, что орк пребывает в отличном расположении духа.
Несмотря на отчаянное положение нашего отряда, лично у него имелся повод для радости. Пускай маленькой, но все же.
Для начала он сотрет в порошок имуров, а затем…
Вообще-то не стоит загадывать, но, прежде чем проклятые деревья скинут их в пропасть, Олитунг успеет посчитаться с заносчивым эльфом. Напрасно глупый человек надеется на утангов. Когда терять нечего, каждый волен поступать по своему усмотрению. А сломать хребет паршивому выскочке необходимо во что бы то ни стало. Долги нужно возвращать сторицей.
– Хорошо. Валд, мы уходим. – Темный эльф не стал прощаться с телохранителем, им нечего было сказать друг другу.
Лам победил Айвеля на дуэли, после чего гордый принц имуров присягнул на верность человеку. Вчерашние враги могли забыть прошлое, став союзниками, но прихоть Хрустального Принца развела их в разные стороны. Порой на войне случается и не такое.
– Нет. – Одной из фигур дайсо надоело выполнять чужие приказы, и она решила сыграть по собственным правилам.
– Что?! – От удивления Айвель застыл на месте. – Что ты сказал?
– Я остаюсь.
«Если принц в очередной раз упомянет честь дроу, это будет просто смешно», – устало подумал я.
– Но ты… Ты же не можешь. – Впервые за все время нашего знакомства я видел Айвеля растерянным.
– Могу.
Потухший взгляд и мертвенно-бледное лицо Валда говорили больше, чем любые слова. После того как он вмешался в дуэль, выстрелив из лука в лицо орка, на сердце дроу легла тень: жаба со стальными глазами. Не исключено, что от этой твари можно было бы со временем избавиться, но стена леса неотвратимо надвигалась, а Валд не хотел ждать. Он должен умереть прямо сейчас. В битве. И никакие слова уже не изменят этого решения.
– Хорошо. – Айвель понял – спорить бесполезно. – Поступай как знаешь.
– Поступай как знаешь, – эхом отозвался я, предоставив воину сделать собственный выбор.
Было очевидно: он не изменит принятого решения и не исполнит приказ. Дроу можно убить, но нельзя заставить подчиниться. Поэтому я отпустил его. Каждый волен умирать так, как захочет. Жаль, что не многие способны на это.
Не знаю, как остальные, но Айвель не оценил моего жеста. Принц подошел к своему господину и, встав справа от меня, демонстративно скрестил на груди руки. Уверен – в душе он презирал меня, а себя считал заложником чести, вынужденным бросить товарища на верную смерть из-за нерушимого кодекса дроу.
Айвель отличный боец. К тому же он молод, красив, наверняка пользуется успехом у женщин. Благодаря происхождению получил хорошее образование. Но при всем этом не жил, а скорее играл в жизнь. В придуманную реальность, где все без исключения подчиняется кодексу чести дроу. Блестящей золотой монете, на поверку оказавшейся дешевой фальшивкой.
Мир живет по собственным правилам. И ему нет дела до какого-то кодекса. Любой владелец самой дешевой грязной таверны в два счета отличит подделку от настоящего золота и расскажет о жизни больше, чем царственная особа. По той простой причине, что он стоит ногами на земле, а не витает в облаках призрачных иллюзий.
В том, что Валд оказался в двусмысленном положении, виноват только он – и никто более. Излишняя самоуверенность, азарт и гордыня предопределили падение дроу. Наверняка у него хватило ума, чтобы осознать эту простую истину. Ведь в противном случае, руководствуясь «кодексом чести», необходимо последовать примеру Айвеля, бросив имуров на произвол судьбы.
Но Валд остался, чтобы умереть. Старуха с косой легко разрубит любой, даже самый запутанный узел. Один точный удар – и все кончено. Неоплаченные счета аннулируются, а проблемы исчезают вместе с последним судорожным вздохом.
И что, пожалуй, главное, проклятая жаба теряет власть над его сердцем.
Он будет мертв и свободен.
Свободен и мертв.
Навсегда.
И ради этого, ради свободы, можно поступиться всем.
В том числе и безвозвратно утерянной честью дроу.
Глава 8
– Ты ненавидишь Хрустального Принца так сильно, что готова умереть, лишь бы отомстить?
– Да. – Лежа в траве, так, чтобы ее не заметили со скалы, Ита наблюдала за стремительным развитием событий на противоположной стороне.
– Но за что? Откуда взялось это дикое ненасытное, всепожирающее чувство?
Толинеля не интересовала кровавая драма, разворачивающаяся на глазах. Гораздо больше его занимала странная девушка.
– Тебе не понять.
– Разве это так сложно?
– Напротив, очень легко.
– Не вижу смысла в последних словах.
Ей стало ясно – отделаться общими фразами вряд ли удастся.
– Ты слишком долго прожил на свете, утратив связь с реальным миром. Увлекшись поиском Смерти, даже не заметил, как умер. И теперь, словно щенок, гоняющийся за собственным хвостом, бегаешь по кругу, ища несуществующий выход.