"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Все шло согласно расписанию, или, точнее, согласно заранее выработанному плану. Наступление наших армий началось с массированного удара в центре, который, несмотря на всю свою решительность и большое количество войск, задействованных в атаке, являлся не более чем пробным шаром — попыткой выявить сильные и слабые стороны противника.
Решение разбить ворота крепости тараном только с первого взгляда может показаться наиболее простым и действенным методом для проникновения внутрь замка. На самом же деле это всего лишь маневр, цель которого — стянуть в одно место максимальное количество защитников, чтобы ослабить оборону периметра, после чего обрушиться на врага с неожиданной стороны.
Так же было и в начале этой битвы — прямой, лишенный тактических изысков удар по центру стал началом сражения. Полководец двинул шахматную пешку в середину, поскольку это было самым простым и логичным решением, и не более того.
Широкий фронт войск с выдвинутым вперед центром чем-то похож на клин, вбиваемый в оборону противника. Предельно сконцентрированное давление на острие и слабые, не способные выдержать серьезного давления фланги. Не знаю, как обстояли дела на левом крыле нашей огромной армии, но правый фланг, где сосредоточилась группа лучников, медлительных зомби и трусливых гоблинов, прекрасно вписывался в описанную концепцию.
Прошло около получаса, а тысяча моих лучников все еще не вступила в сражение. По сути дела, до сих пор все события происходили в центре, где ударная группировка орков пыталась пробить брешь в обороняющихся порядках людей и гномов. Чисто физически орки превосходят все остальные расы, но гномы именно в силу своего небольшого роста, помноженного на прекрасное владение оружием, являлись для них очень неудобными противниками. Главный же козырь людей заключался в том, что они были чуть быстрее сильных, но не слишком поворотливых орков. Поэтому не только полководцам, но и простым солдатам становилось ясно — медленно прогибающийся и отступающий центр обороны светлых рас не удастся смять, даже несмотря на всесокрушающую мощь орков.
Впрочем, все эти мысли быстро вылетели у меня из головы, как только разведчики донесли, что в лесу обнаружен противник.
Ну вот и началось, с какой-то отстраненной грустью подумал я. Сейчас наше «великое воинство» сотрут в порошок, оставив лишь мелкую пыль, или, точнее сказать, прах. И сделают это с легкой душой и чистым сердцем, потому что именно мы пришли в это место, чтобы осквернить, разорить и уничтожить его. Мы — армия вторжения, не оставляющая за спиной никого и ничего, поэтому надеяться на снисхождение или милосердие противника в высшей степени глупо. На этой безумной войне не берут пленных, так как это противоречит ее изначальным принципам. «А, к черту все!!!» — отбросив в сторону глупые и совершенно ненужные мысли, выругался я про себя. «Живи честно, умри славно!» — любил повторять мой дед, вероятно понимавший толк в этой жизни.
Раз уж ничего нельзя изменить, значит, нужно принять как должное данный расклад и попытаться не опозорить хотя бы светлую память предков.
— К бою!!! — отдал я короткий приказ, и тысяча луков повернулась в сторону леса — туда, откуда на нас уже надвигались несколько сотен пехотинцев.
— К бою!!! — прокричал Мгхам, и трусливые гоблины после некоторой заминки все же развернулись навстречу наступающим.
Не знаю, как некроманты воздействовали на своих подопечных, но понадобилось чуть меньше минуты, чтобы темная, насквозь пропахшая тленом и смертью толпа зомби синхронно перестроилась и зашагала в нужном направлении.
Три когорты гоблинов, стоявшие ближе всех к лесу, быстро перегруппировались и отступили, пропустив вперед сотню зловещих мертвецов. При этом гоблины разделились на две группы, одна из которых соединилась с гвардией их предводителя, а вторая усилила боевые порядки лучников.
Таким образом, мы начали наступление тремя колоннами, расположенными в виде равнобедренного треугольника. Впереди шел отряд зомби, а сзади, на расстоянии в сто пятьдесят метров, мои люди и воины Мгхама.
  
На первый взгляд все было сделано правильно, но меня почему-то не оставляло чувство тревоги. Что-то во всей этой ситуации было изначально не так. Или наступавшая пехота слишком уж уверенно, не выказывая никаких признаков беспокойства, шла на сближение с зомби, или нам не следовало настолько приближаться к лесу, или...
Как всегда и бывает, истина открылась слишком поздно, не только ответив на мучивший вопрос, но и поставив перед очевидным фактом — мы потеряли всех зомби, оставшись один на один с лавиной тяжеловооруженных рыцарей. Пехота, вышедшая нам навстречу, была всего лишь наживкой, призванной заманить неприятеля к лесу на расстояние в полкилометра — радиус действия осадных катапульт, искусно замаскированных в чаще.
Этот отряд блестяще выполнил свое предназначение. Зомби оставалось преодолеть последние пару десятков метров, чтобы вклиниться в боевые порядки людей, но в этот момент грянул единственный залп катапульт, которого хватило, чтобы начисто смести с лица земли наш полуразложившийся авангард.
Пять громадных огненных шаров разметали мертвое воинство с легкостью капризного ребенка, сбрасывающего со стола игрушечных солдатиков. Больше чем уверен — такая феноменальная точность обстрела объяснялась магией друидов. Им по силам даже искривление пространства, не говоря уже о том, чтобы слегка скорректировать полет каменной глыбы, облитой горючей смесью. Перед глазами еще стояла отчетливая картина разорванных на части кусков горящей плоти, летящих в разные стороны, а в голове уже созрело решение.
«Все происходит точно так, как и должно быть», — еще успел подумать я, после чего отдал приказ:
— Первая шеренга остается на месте, все остальные в темпе отступают на сто шагов и оттуда ведут заградительный огонь.
Это был не самый блестящий план, который можно было придумать в сжатые сроки, но, как говорится, за неимением гербовой пишут на простой.
Предусмотрительно поставив вперед ветеранов, я мог быть уверен хотя бы в одном — те несколько десятков людей, что остались со мной перед лицом неумолимо приближающихся рыцарей, не дрогнут. А после того, как нас все же сомнут, некроманты смогут оживить павших, и тогда... Шансы выйти с поля боя живыми у оставшихся лучников даже при самом благоприятном раскладе выглядели более чем призрачными, но все-таки на них можно было сыграть. Тем более что ничего другого нам просто не оставалось.
Пятьдесят отборных копейщиков и две когорты гоблинов, которые усилили наши порядки в самом начале атаки, побежали сразу же, как только заметили первых всадников, выехавших из-под прикрытия леса на равнину. Я не мог их винить в этом предательстве, потому что заранее знал — оно неизбежно. Перед лицом неумолимо надвигающейся смерти могли дрогнуть и более сильные расы. Что уж говорить о трусливых гоблинах.
Единственным утешением было то, что панически бегущее воинство побросало свою амуницию, после чего у нас появились пики — оружие, при грамотном обращении способное доставить огромные неприятности коннице.
Слева, в некотором отдалении от наших порядков, там, где находилась гвардия Мгхама, ситуация была практически зеркальным отражением нашей. Единственное отличие заключалось в том, что за спиной небольшой группы копейщиков, возглавляемых своим командиром, были не организованно отступающие когорты, а лавина панически бегущей толпы.
Мне почему-то вспомнился наш недавний разговор, в котором предводитель воинства презренных трусов говорил, что может положиться по крайней мере на двести сабель. Как ни жаль, но он ошибался в своих выкладках. Даже навскидку было видно, что с командиром осталось не более сотни бойцов.
Мы стояли на достаточном расстоянии друг от друга, но все же, могу поклясться, в тот самый момент, когда я посмотрел на него, Мгхам повернулся и, как бы извиняясь, чуть развел руки. Всем своим видом он красноречиво говорил: «Что поделать — гоблины есть гоблины, не нужно ждать от них чего-либо сверхъестественного».