"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Кнопка заметила открытую дверь. И я поймал испуганный взгляд девчонки, прижавшейся к противоположной стене коридора.
В своём старом мире я бы уже подобрал какой-нибудь кирпич или булыжник, да приложил им по башке бугая, пока тот не обернулся. С такой разницей в весе правила только два — бей первым и в голову. А остальное само отвалится.
Но здесь такое прямо запрещалось. А мне сейчас не нужны лишние проблемы с администрацией…
Но ведь тогда, получается, что и этот жиртрест тоже должен соблюдать приличия.
Ладно. Если какие-то дебилы докопались до тебя под камерами или на глазах околоточных держиморд, то всегда есть ещё один способ выйти из конфликта победителем…
— Эй, восьмибитный! Она занята.
Скрытая складками капюшона толстая шея медленно развернула в мою сторону пухлое лицо:
— Чего-о-о? — В нахмуренных глазах, слегка узких из-за складок жира, лёгкое раздражение вдруг сменился чем-то вроде удивления — ровно в тот момент, когда бугай меня разглядел. И, судя по всему, узнал.
Потому что и я теперь вспомнил, где слышал этот утробный рык:
— О! Давно тебя с ёлки сняли, Пятницкий?
— Шубский… — Пухлые пальцы жирдяя сжались в кулаки — каждый размером с дыню.
Оглядев развернувшуюся ко мне фигуру, я быстро убедился в том, что он действительно стесняется своего веса. Живот-то поджал. Но бока висят — с ними такой фокус не проходит. Вот во что нужно бить… Словами-то можно приложить ещё больнее, чем кирпичом…
— Знаешь, как раз хотел спросить — а в чём сила твоего рода, Пятницкий? Пироги быстрее всех поедаете? — Я тут же приготовился отскочить от его удара. Наверняка уж хотя бы в скорости я у него выигрываю…
Но бугай лишь шумно выдохнул мне в лицо сквозь сжатые зубы. И сразу вспомнил ещё одно обстоятельство нашей первой встречи — то, как Таисья ворчала насчёт его запаха. Теперь даже я его почувствовал.
Вонь была действительно отменной. Хотя не было похоже на то, что у этого жирного барчука проблемы с зубами.
Злобные глазки на миг скосились куда-то вверх. Наверняка там камера. Значит я прав. И ты тоже не будешь рисковать почём зря.
— Сегодня… В полдень… — Бугай снова коротко покосился наверх. — У меня будут дела позади мастерской, Шубский… Приходи… Поможешь…
К счастью, мне хватило ума понять, о чём он говорит на самом деле. В одной из тех старых книжек, которыми пичкала меня мама, один горячий паренёк так напоролся сразу на три похожие «свидания» с местными шпажистами. У него, конечно, всё закончилось хорошо…
Но меня сейчас эти барские разборки волновали гораздо меньше других проблем. Может, меня к этому времени тут уже и не будет…
— Надеюсь, ты не собираешься показывать мне там свой джойстик? — Я не отводил взгляда от жирных щёлочек. И по-прежнему был готов отскочить за дверь. — Я не по этой части, пирожок.
Ну⁈ Может, всё-таки сорвёшься?
Нет. Только рычание и ещё один вонючий выдох сквозь зубы:
— Полдень… За мастерской… — Бугай недовольно двинул квадратной челюстью. И, резко повернувшись к лестнице, отпихнул меня толстым плечом. — Дай пройти, лесник.
Напольное покрытие и ступени слегка поскрипывали под его грузной походкой, пока здоровяк удалялся прочь и не оглядывался. Меня так и подмывало поинтересоваться тем, не боится ли он пропустить обед. Но это было бы уже пустым гавканьем вслед. Не гоже.
— С-спасибо, ваш… Кня… Спасибо, Гор… — Послышался писк со стороны вжавшейся в стену Кнопки. Она коротко глянула мне в глаза и опять спрятала взгляд в пол.
— И что? Тут прямо вот так на ровном месте можно до кого хочешь домогаться?
— Н-не… — Она замотала головой. — То есть… Ну…
— Но если очень хочется, то можно… Ладно, пошли. — Я схватил смарт, зацепил на выходе пиджак и накинул его, не застёгивая. Судя по всему, сегодня на территории ликеума погода была такой же солнечной, как и вчера.
Напоследок проверил карманы брюк. Да, всё на месте. Портал Таисьи приятно грел руку, как будто до сих пор хранил её тепло.
— А вы не будете завтракать? — Девушка-техник поспешила следом, схватившись за лямки своего рюкзачка. Планшет она сунула в широкий карман на животе.
Спускаясь по лестнице, я уже и сам почувствовал пьянящие запахи, идущие с первого этажа. Кофейный аромат смешивался со свежей выпечкой и жареным беконом, кружа голову не хуже какой-нибудь карусели. И подавленный адреналином голод тут же напомнил о себе. Я ведь вчера даже не ужинал толком…
— Пожалуй, неплохая идея… — Проходя через второй этаж, я заметил, что ремонтом занимается целая бригада техников в комбинезонах, похожих на одежду Кнопки. Только уже основательно заляпанных краской и затёртых побелкой. Обычно рядом с такими работягами пахло машинным маслом и всякими растворителями. Но тут по-прежнему распространялся только аромат из трапезной.
Ни один рабочий даже не глянул в нашу сторону. Лишь пара ребят, чинивших перила, заранее отошла с пути.
— Я тогда подожду вас на улице…
— Ну уж нет… — Ещё опять какие-нибудь мудилы прикопаются к ней со своими джойстиками. И я тогда рискую побить рекорд того горячего парня из книг про плащи и шпаги… — Я с собой что-нибудь возьму. Ты что-нибудь хочешь?
— Нет, спасибо… — Кнопка продолжала прятать взгляд. И остановилась у входа в помещение для приёма пищи. — Мне туда нельзя…
— Ладно, я быстро…
Все трапезы здесь, как выяснилось, проходили не в строго назначенное время, а в интервалы. В течение которых можно было успеть на завтрак, обед или ужин, даже если они частично совпадали с занятиями. И студенты могли сами выбрать всё что угодно из изобилия, разложенного на лотках и прилавках вдоль стен.
С десяток парней в костюмах или спортивной форме, сидевших за столами, тут же уставились на меня. Кого-то я вчера уже видел во время нашей беготни с Таисьей… Но, к счастью, тех, с кем «повезло» познакомиться поближе, тут не было. И парни довольно быстро потеряли ко мне интерес, вернувшись к еде и своим неслышным разговорам.
Кроме подопечных ликеума между столами время от времени шныряли несколько мелких кабалят, сноровисто собирающих с них грязную посуду и подносы. Стараясь не попадаться никому под ноги, они почти мгновенно исчезали за широкими двойными дверями, судя по всему, ведущими на кухню. Эти, наверное, не смотря на своё подневольное положение, вытянули счастливый билет. Уж голодать-то точно никогда не будут.
Ведь, не смотря на то, что время раздачи завтрака уже подходило к концу, лотки с едой были полны. Кто-то из служек то и дело пополнял остатки, едва лишь подносы показывали дно. Значит, наверняка каждый раз остаётся целая куча ништяков… Не выбрасывают же они их?
Или как в наших лабазах — тоже всю просрочку в помойку отправляют? Причём под замок — раздавать непроданную еду таким, как я ни за что нельзя. Мы ж тогда обычную покупать перестанем. И лабаз вообще разорится. Вот и получается, что в одном баке тухнет вчерашний, но ещё вполне годный салат, а в соседнем — какой-нибудь бедолага с голодухи воет. Но соединить их никак нельзя — вся система рухнет к чертям, получается. Так себе система-то, если только так и работает…
Но мы с мелким всё равно как могли таскали подсохшие пряники, когда служка лабаза отворачивался из-за заранее устроенного мини-пожара в соседней мусорке. Главное же, чтобы плесени не было. Тогда есть можно…
А тут… Когда я переступил порог трапезной, то натурально чуть не свалился в обморок.
Три вида омлета плюс обычная яичница… Штук пять овощных салатов… Десяток видов каши — простая, с ягодами, фруктами, грибами… Нарезка с такими сырами, которые я раньше только в рекламе видел… Жаренная и обычная колбаса, какие-то совсем незнакомые мне копчёности… Наверняка, кстати, импортные — не смотря на все те торговые войны, о которых распинался опричник… И в конце раздачи — целый стол выпечки. Печенье, почти как у Ректора, булки всех видов, пироги — ленивые и с начинкой…
Вот куда меня надо было вести в первую очередь, чёрный… А не девчонок мне всех мастей подсовывать… Хотя, это же она мне про завтрак напомнила. Может, и неспроста.