"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
И кусок расплавленного металла вновь полетел в цель. И ещё один! И ещё!!!
Но пока я пытался быстро нащупать очередной обломок, все три броска ушли мимо. Невидимая сила отклоняла их от курса почти перед самым носом плешивого графа. Один подпалил днища сидений, другой обуглил участок травы, а третий вошёл внутрь ледяной глыбы. Зашипев, кусок металла выбросил облако пара и продвинулся через лёд почти до самой руки замороженной девчонки. Да так и застыл там неровным комком в конце образовавшегося тоннеля. От края которого быстро побежала тонкая трещинка…
Но мне некогда было за ней следить. Эти досадные промахи разозлили меня ещё сильнее! Рванувшись с места, я обозначил удар в пирсингованное лицо. Но сам тут же упал вниз. И, проскользнув по траве, снёс чернявого Арса ногомячной подсечкой, пока тот испуганно задирал перед собой свои клешни.
Развернувшись, я уже собирался ткнуть его локтем в горло, так удачно приземлившееся рядом. Но едва поднял руку перед собой, как она по самое плечо вдруг оказалась внутри неровного куска льда.
— Да голову ему заморозь!!! Голову!!! — Едва оклемавшись от ожога, плешивый граф выставил в мою сторону руку, указывая ноющему от боли блондину на нужную цель. Но тот то ли промахнулся из-за того, что теперь смотрел на мир одним глазом, то ли я вовремя поднял локоть.
В любом случае, нужно…
Обжигающий холод вдруг коснулся лица. И всей кожи головы одновременно. И теперь я видел мир искажённым неровной толщей прозрачного льда перед глазами.
И всё вокруг тут же взорвалось душащей болью, когда прилизанный граф снова с разбега отбросил меня ударом ноги в грудь.
Повалившись на спину, я не слышал его победных воплей. Только какой-то приглушённый гул, исходящий из его рта — такой же неясный, как и картинка перед глазами. Прозрачный лёд быстро таял — и от стекающей воды всё вокруг дрожало и искривлялось
Остальные двое тут же снова заняли свои позиции по сторонам от неспешно шагающего ко мне наследника Валакии и этой его Транс-чего-то-там. Один, сгибаясь от пропущенного удара в живот, снова принялся зажимать порванное ухо. А второй держался за опухающий глаз, сжимая колени и слегка приседая от боли в паху.
Но все трое медленно приближались…
— Конец тебе, падаль… — Я снова услышал голос плешивого графа внутри собственного сознания. И вдруг почувствовал, что не могу пошевелиться. Но уже не от того, что на моей руке и голове висели ледяные глыбы, а обломки металлических конструкций снова подползли к ногам, заковав их в настоящие кандалы.
Паралич был совсем как тогда, когда я увидел этого самодовольного хлыща в первый раз — в кабинете Ульяны. Или тогда, когда меня заставил замереть Ромул. Кажется, я даже не мог сделать вдох…
Что тебе помогло тогда⁈ Слепая всепоглощающая ярость! Ну так давай! Разозлись уже, тряпка!
Что⁈ Почему⁈ Почему вместо того, чтобы возненавидеть весь свет в лице этих трёх подонков, ты вдруг хочешь отползти от них подальше⁈ Вспомни, что они только что собирались сделать! Вспомни и порви этих тварей на обгоревшие тряпки!
Ты что… Ты… Ты…
Ты их боишься⁈
— Ха. Ха. Ха. — Рот Кривошеина не двигался. Но теперь я слышал его ясно и чётко. — Хочешь обратно под свою корягу, жалкий лесовичок?
Нет! Перестань паниковать! Это всего лишь очередные фокусы этого прилизанного гипнотизёра! Этого просто не может быть! Пойми уже, наконец!
Но ничего я сейчас не хотел больше, чем сбросить с себя эти ледяные и стальные оковы, свернуться калачиком и забиться куда-нибудь в угол, умоляя о пощаде… Чёрт, да я бы уже умолял, если бы не лёд!
Очнись, Тим!!! Очнись! Это всё не по настоящему!!! Это всё их идиотские фокусы!!!
Но ведь от этого ещё страшнее… Вот они всё ближе и ближе… Настоящие хозяева этого мира… А ты всего лишь пыль под их уверенной походкой.
Нет! Нет!!!
— Да-а-а… — Протянул издевательский баритон внутри моего черепа. — Да-а-а-а… Хочешь к мамочке, да? Обратно под юбку от этих страшных больших дяденек… — Он принялся фальшиво изображать детский плач. — Уа-а-а-а! Уа-уа… У-а-а-а-а…
— А-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!!!
Пронзительный волчий вой долетел до моего слуха даже через толщу льда. И даже через размытую поверхность я увидел, как над шагающей ко мне троицей взвилась вверх серая тень. В бордовой толстовке и клетчатой юбочке…
— Р-Р-А-АВ!!! — Противники еле успели отскочить в стороны, когда длинные когти вспороли воздух и вспахали землю там, где только что была эта троица.
И на каждой когтистой лапе тут же застыло по здоровенной льдине.
— Р-Р-А-АВ!!! — Швырнув замороженные лапы в сторону крашенного блондина, волчица всё равно достала его этими глыбами, отбросив ударом на пару саженей всторону.
И Таисья тут же снова взметнула свои ледяные кулаки в воздух, разворачиваясь оскалённой мордой к чернявому любителю пирсинга:
— Р-Р-А-АВ!!! — Её клыки уже почти сомкнулись на его горле, как вдруг рваные ошмётки металла превратились в круглую клетку — прямо вокруг зубастой пасти. И вместо брызг крови из разорванного горла, я успел заметить только то, как Арс отлетел на землю от удара в лицо этим намордником.
— ГРРРРР!!! — Рефлекторно пытаясь стряхнуть с себя лёд и железяки, волчица принялась метаться из стороны в сторону. Но яростный рык вдруг превратился в резкий скулёж. И золотистые глаза пристально уставились в сторону отпрыгнувшего прочь графа.
— Спокойно, девочка… — Его голос вновь загудел у меня внутри черепа. — Я закончу с тобой позже…
Секунда! Нет… Доля секунды прошла с того момента, как Кривошеин обернулся к пойманной волчице… Но этого мгновения мне хватило на то, чтобы перестать трястись. Перестать биться в позорной панике. Ведь в голове, кроме этого гудящего баритона, вдруг проскочила простая мысль…
Вы можете быть богаче меня. И забрать у меня все средства к существованию…
Вы можете быть сильнее меня. И отнять у меня здоровье или жизнь…
Вы можете быть хитрее меня. И унизить или уничтожить всех тех, кто мне дорог…
Но никогда, слышите… Никогда вы не сможете украсть у меня МОЮ СОБСТВЕННУЮ ВОЛЮ!!!
Металлические оковы лопнули так же легко, как и лёд. И как только я снова стал чётко видеть и слышать, мои раскалённые добела руки взметнули за собой длинные языки рыжего пламени и сжали шею противника — именно в тот момент когда он снова обернулся ко мне.
Сбив графа с ног, я оседлал его и продолжил сжимать жилистую глотку раскалёнными тисками, в которые превратились мои пальцы.
Он знает… Он помнит… Он любит…
Глядя прямо в вытаращенные глаза под этим идеальным высоким лбом и прилизанными локонами, я дышал ему в лицо сквозь сжатые зубы обжигающим жаром…
Он ещё такой наивный…
И теперь я видел панику уже в этих глазах. Теперь они были вполне обычными, перепуганными гляделками человека, который вдруг не только осознал свою смертность… Но и понял, что смерть уже совсем рядом…
Думает, что их жизни чего-то стоят…
Нет в них больше уверенности в собственном превосходстве. В собственной власти над остальными. И в собственной силе…
Пусть попробует забрать то, что нам нужно…
Но я не хочу тебя убивать. Это слишком просто. И это слишком легкий конец для тебя, тварь плешивая…
…забрать то, что нам нужно…
Ведь наверняка всё вывернется так, что тебя запомнят героем. Благородным молодым аристо, погибшим от рук бешеного дикаря…
…то, что нам нужно…
Ведь твои родственнички тоже способны дурить другим мозги так же, как и ты. Нет… Лучше я послушаю другие голоса… Кажется, они знают, что говорят…
Он знает… Он помнит… Он любит…
Мои дрожащие на горле противника руки продолжали походить на раскалённый металл. Но от кожи Кривошеина не пахло горелым. Не шёл дым. И под пальцами не шкворчало жареное мясо.
В стороны от моей хватки лишь отлетали рыжие искры. Которые постепенно закручивались в завораживающий хоровод. Вокруг моих рук. Вокруг его шеи. Вокруг нас двоих целиком…