"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Глава 12
Две головы лучше
— Подробности будут? — Не без труда, но я догнал Таисью даже в своих разношенных ботах.
— Ну… Вообще, конечно, план сыроват… — Девчонка продолжала делать гордый вид. Но то ли во мне ещё говорил какой-то остаток волчьей крови, то ли я уже научился читать лицо напарницы после всего пережитого. И сейчас ясно видел, что уверенности под этой горделивой маской на самом деле маловато. И эта её фраза про Волковых — что-то вроде родового девиза, который нужно повторять в любой непонятной ситуации, чтобы поддерживать моральный дух союзников. Такая уверенность, конечно, может помочь вести солдат в героическую самоубийственную атаку. Но у меня на свой счёт планы были более продолжительные.
К тому же девчонка ведь сама призналась в том, что не знает сути последнего испытания.
— Выкладывай что есть. Додумаем вместе. Две головы лучше.
Юная волчица недовольно поморщилась и засопела. Но всё же вынуждена была признать мою правоту. В очередной, кстати, раз…
— Ну вот смотри… Что для наших предков самое главное в жизни?
С ответом я не спешил. Первой версией, уже готовой сорваться с уст, были бы деньги. Но я не раз слышал от наших стариков истории о том, с каким презрением родовитые аристо относятся к торгашам, поднявшимся на каких-нибудь изобретениях той или иной технической революции. Плюс, достаточно было иногда следить за новостями, чтобы понять — даже самый ловкий куркуль рано или поздно будет вынужден зайти под крышу влиятельного рода. И, так или иначе, будет делиться с ним львиной долей выхлопа от своего дела.
Во дворах похожий метод называли «подрастить кабанчика». Когда какая-нибудь банда некоторое время не трогала того или иного дельца, даже если могла. А то и помогала ему справляться с конкурентами. И если бизнес достигал заметного успеха — тут-то этого «кабанчика» и подрезали вместе со всеми его барышами. Само дело, конечно, продолжало находиться в руках этого коммерческого таланта. Но та часть дохода, которая оставалась у него после «обкашливания» всех вопросов с бандой, больше напоминала бонус наёмного управляющего. Причём, не самый большой.
И это ещё если не вмешивались полицаи, которые тоже могли претендовать на свой кусок от общего пирога.
Поэтому деньги… Нет. То, что вы даже толком не умеете считать, никак не может быть для вас самым главным.
Если вспомнить разговор с опричником, то можно предположить, что правильный ответ — «честь». Раз одно только понятие о ней способно хоть как-то держать местных учеников в узде…
Но, во-первых, я читал о множестве случаев, когда союзные рода предавали друг друга при первой возможности. У каждого, конечно, было своё, несомненно, «честное» объяснение произошедшего. Но то, что так легко меняется с минуса на плюс и обратно — мало похоже на «самое главное».
А во-вторых, эта ваша «честь» скорее следствие, а не причина. А следствие не может идти на самых главных, первых ролях. Просто по определению.
Так что можете свернуть ваши сказки про «честь» в трубочку. И засунуть их себе куда подальше.
Власть? Это почти то же самое что деньги и честь одновременно. Власть или её отсутствие тоже много от чего зависят. А это значит, что и она не может быть чем-то самым главным.
Поэтому, после недолгого размышления, я предложил напарнице только одну версию:
— Сила рода?
Но, к моему удивлению, Таисья помотала головой из стороны в сторону:
— Не-а!
— А что же?
— Самое главное для наших предков — оставить наследие! — Похоже, что к этой мысли она пришла не самостоятельно. Поскольку её слова снова звучали, как заученный текст. — Всё остальное — деньги, власть, честь и даже сила наших родов — лишь работает на эту цель.
— Допустим… И как нам это поможет?
— А так… Слышал же, что тут очень любят выбирать лучшие пары? По любому поводу — на всяких балах, конкурсах и прочей мишуре… — Судя по тому, как Таисья продолжала морщить нос, она явно была не из тех девчонок, которые любят всё перечисленное. — И вот в сегодняшней игре тоже должна победить пара.
— Так. И что? — Я был даже немного рад получить очередное подтверждение её честности со мной. Всё-таки тут и правда нужна команда. И Ромул тоже, похоже, не врал насчёт отношения Волковых к своим союзникам.
— А то, что наши предки всё это мутят, чтобы мы после окончания ликеума гарантированно не остались без подходящего женишка. Или невестушки — кому что… А предки, в свою очередь — не остались бы без внучков.
Похожая мысль меня уже посещала. И я с готовностью с ней согласился
Но девчонка продолжила недовольно дёргать носиком:
— Это чтобы они, в итоге, могли успокоиться. И были бы уверены в том, что всё остальное — тоже было не просто так. Всё, что нажито — перейдёт по наследству — если уж не к детям, то хотя бы к внукам. Род будет продолжен. И его сила, власть, богатство — останутся. А то и подрастут.
— Логично… — Я вновь кивнул. — Потому, что если у рода нет наследников — то всё остальное уже точно ничего не стоит.
— Угу! — Таисья развела руки в стороны, как на заставке старого детского киножурнала. — Всё! Пшик!
— То есть… — С трудом поспевая за ней ватными ногами, я постарался успеть хотя бы за логикой. — Думаешь, что это последнее испытание будет связано с… Э-э-э…
— Ага! — Азартно кивая, девчонка ничуть не замедлила торопливый шаг. — По любому подстроят что-то такое, чтобы мы стали прямо парой-парой.
— Хм… А эти… Снеговик с рыцарем…
— Морозов и Булатов?
— Ну да… От них-то внучков никто не получит, при всём желании…
— Да я ж говорю — они тупые! И если бы сейчас гербовник был у них — то, считай, уже бы проиграли!
— Хм…
— Чего «хм»? — Таисья всё-таки немного притормозила. — Давай, вторая голова, делись соображениями!
Все эти соображения о наследниках и наследии навели меня на воспоминания о том, что представляет из себя настоящий Гор Шубский. Нелюдимый парень, проводящий всю жизнь на охоте… И общение с дикой природой ценит куда выше каких-нибудь светских раутов… Да ещё и видит людей насквозь благодаря силе своего рода… Не самое лучшее сочетание для того, чтобы найти невесту среди всех этих благородненьких интриганок.
Но его отец всё-таки напрягся, как следует ускрёбся и таки отправил парня в Ротенбург. С опозданием, но прямо под Хеловин — на очередные игрища. Где победу, как мы поняли, отдадут только паре. Да не просто паре, а… Как там она сказала? «Паре-паре»?
А если вспомнить, что я тут единственный, кто точно знает о том, что на самом деле никакой я не Гор Шубский…
Но, прежде чем озвучить свою идею, я решил уточнить ещё кое-что:
— А ты говоришь, что третий год тут учишься?
— Ну да. А что? — Девчонка приподняла бровь, стараясь понять, к чему я клоню.
— И в таких вот весёлых стартах на выживание ты всё время с братом играешь, да?
— Ты на что это намекаешь, Шубский⁈ — Золотистые глаза сверкнули слабой искоркой гнева.
— Дослушай. — Я примиряюще поднял перед собой ладони. — Вы когда с ним вместе — то всегда выигрываете, да?
— Конечно! Поэтому и вместе!
— И за эти три года — ни у тебя, ни у него не было… Кхм… — Заметив, как гнев добавил на лицо девчонки ещё и немного румянца, я поспешил закончить мысль. — Не было ни «женишка», ни «невестушки». Так?
— Ну… Не то что бы… — Гнев в глазах Таисьи, кажется, сменился на лёгкое кокетство. Хотя румянец остался. — Но никаких внучков я ни с кем заводить не собираюсь! Мне и так хорошо! Да и у Тига тут от девчонок отбоя нет! — Гордость за успехи братца на половом фронте была явно неподдельной.
— И вот ваш папенька смотрит на всё это уже третий год… — Я снова почувствовал, что шагаю на тонкий лёд. Но вспомнил слова Ромула о глупцах и наглецах и продолжил. — А потом отзывает твоего брата по какому-то срочному делу — как раз перед очередной игрой…
— Думаешь, хочет его там всё-таки на ком-то женить?