"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Бурные аплодисменты Сахно прервал оговоркой, что первым на поверхность Красной планеты ступил никак не он. Заслуженная честь была предоставлена Виктору Гольдштейну.
— И вообще, господа, вы извините, но я очень голоден. Давайте мы поговорим после завершения нашего обеда.
«Правильно ты их срезал, — похвалил по сети Полонский. — Ну что, готов убеждать буржуинов в нашей правоте?»
«В первую очередь кнутом и немножко пряником? — пошутил Александр Юрьевич. — Сначала несколько огорошим, затем весьма сладкой и донельзя ароматной морковкой перед носом потрясем. Куда они кто раньше, а кто позже денутся? Другое дело, что все пойдут по второму варианту, никак не по первому», — разговор по сети никак не мешал обоим отдавать должное искусству дворцовых поваров.
А адмирал… До него наконец, дошло. Это несоответствие подсознательно мучило его с самого начала сегодняшней встречи, но догадался он только сейчас, когда увидел второго Красного полковника. Несмотря на всю солидность, которую обоим придавали парадные белые мундиры с наградами и погоны с тремя звездами вдоль на золотых зигзагах, они выглядели слишком молодо. Непозволительно молодо! Тридцать с мелочью — больше никак не дать. И этот Сахно: в досье ведь четко было сказано — ниже среднего роста. А тут никак не меньше метра восьмидесяти…
* * *
Александр Юрьевич распинался перед остальными членами Большой восьмерки очень долго. Все-таки, несмотря на подавляющий рывок России, и всего нового Союза вперед и вверх, это были руководители стран, являющихся лидерами всего человечества Земли. Долго объяснял про теорию катастроф и выводы, к которым пришли весьма грамотные в этой области специалисты. Если бы не неожиданное открытие Виктора Гольдштейна, то точка сингулярности наступила бы уже в самое ближайшее время. Точка, после которой человечество как таковое перестало бы существовать. Еще раз разобрал по косточкам системный кризис современного общества — капиталистического общества, построенного на культе денег.
— Господа, поймите, мы, увы, уже успели подойти к той грани, когда господствующая на планете общественно-экономическая формация стала прямо угрожать не просто прогрессу человечества. Вопрос стоит уже о самом существовании человека разумного.
Рассказал о точке зрения на нации, как на биологические системы и острую необходимость многообразия для развития этих систем.
— А без развития — только стагнация. Велосипед чисто теоретически не может стоять на месте — или катится, или падает. Вот только для живого существа остановка — это смерть.
Сахно подготовился к этой встрече очень хорошо. Вспомнил все, о чем когда-то, три года назад — три года? Всего? А, кажется, целая жизнь прошла! — говорили друзья у него на даче после первого успеха с пробоем, даже еще не зная, что они уже Красные полковники. Вспомнил и тщательно проверил все постулаты в серьезной профессиональной литературе. Ну, ведь должны же понять! Не дураки, далеко не дураки. Без нормального образования, не обладая приличной работоспособностью и, главное, острым умом, на вершину власти не подняться. Пусть даже ради частенько корыстных целей, но все равно не подняться. Немного успокаивало, что когда-то при подобном разговоре Андрей Коробицын сразу воспринял вываленную информацию правильно и, не особо сомневаясь, пошел с ними.
Рассказал о тезисе, что для развития цивилизации необходимо открывать новые территории. На родной планете они давно кончились. Альтернативы покорения космоса не существует. Только вот до сего дня человечество стремилось в звездные дали почему-то лишь на словах.
— Люди вышли на орбиту в самом начале шестидесятых прошлого века, на той, как мы сейчас понимаем, очень несовершенной технике сумели посетить спутник Земли Луну и… И все! Последние более чем полсотни лет выше орбиты человек не поднимался. И то в первую очередь ради коммерческой выгоды или в сугубо военных целях. Разработка перспективных двигателей для реального освоения Солнечной системы была заброшена. И это даже несмотря на успехи в создании не только твердофазных ядерно-реактивных двигателей, но и газофазных.
  
Конечно, он не забыл пройтись по безумному варварски-расхитительскому потреблению предоставленных природой ресурсов. Предоставленных ни в коем случае не одному поколению людей. Подробно расписал проблему ухудшения генофонда человечества вследствие несовершенства современной медицины.
— Если все, о чем вы говорили ранее, еще тем или другим образом можно попытаться решить, то здесь-то какой выход? — спросил канцлер ФРГ, до того практически не принимавший участия в дискуссии.
— Не знаю, — честно признался Сахно. — Во всяком случае, на данном этапе развития науки. Но достаточно жесткие меры принимать нам все равно придется. От возможного запрета для людей с поврежденным генокодом иметь биологических детей и вплоть до их насильственной стерилизации. Во всяком случае, до тех пор, пока человечество не научится исправлять генетические повреждения еще на стадии зародыша. Хотя, по некоторым данным, о них мы поговорим чуть позже, эта насущная проблема может встать не только перед нашими потомками, но уже и перед нами.
— Ваши требования? — внешне довольно мягко спросил адмирал. — Вы ведь собрали нас здесь явно не для того, чтобы описывать приближение конца света. Выход из столь неприглядной ситуации вы давно нашли, это сейчас уже становится предельно понятным.
— Конечно, — согласился Александр Юрьевич. — Выход на первый взгляд достаточно простой. Запретить не на словах, а на деле любые войны на Земле, ликвидировать все армии мира, уничтожить любые запасы оружия на планете, сообща поднимать науку, культуру и двигаться к звездам.
— Именно, что простой только на первый взгляд, — не согласился канцлер Германии. — Освободятся огромные ресурсы, но где гарантия, что какая-то одна страна не создаст втайне новую армию и не нападет потом на соседа?
— О тайнах в наше время можно забыть, — улыбнулся Сахно. — Периодический портальный мониторинг всех подозрительных мест…
— То есть положиться на того, в чьих руках портальные технологии? — потребовал уточнения канцлер.
— Они в достаточно короткий срок будут доступны всем, кто с чистой совестью захочет строить нормальное будущее для всего человечества, — парировал Сахно, — кто раз и навсегда откажется от любых проявлений зла в своей жизни.
— Согласиться на ваш знаменитый ментальный допрос? Но, даже абстрагируясь от абсолютной безнравственности такого допроса, очень многие из желающих этот тест все равно не пройдут. Что делать подавляющему большинству населения Земли?
— Безнравственно, вы говорите? А геноцид, проявления которого не раз были в истории человечества, — это нравственно?! А почти неприкрытый грабеж транснациональными корпорациями своих и чужих народов — это нравственно?!
— Саша, не заводись! — перебил Александра Юрьевича Полонский. Он только что по сети сам помогал Сахно нагнетать обстановку. Ну что же делать, если политика такая грязная штука, что приходится играть на нервах во время важнейших переговоров?
— Что делать с теми, кто морально не готов вместе с другими строить лучшее будущее? Перевоспитывать, — высказался мгновенно успокоившийся Красный полковник.
— Все человечество? — скептически спросил адмирал. — Нереальная задача.
— Абсолютно все! — подтвердил Сахно. — Силой с собой никого не потащим. Если направить большую часть освободившихся от военного производства ресурсов на перевоспитание восьми миллиардов, то, я уверен, все вместе мы рано или поздно справимся с этой задачей. Ну а те, кто все равно не захочет… Да пусть живут, как нравится. Технические возможности для обеспечения всем необходимым таких людей у нас есть. Будем поддерживать у них нормальный, даже несколько выше среднего сегодняшнего жизненный уровень, но, извините, стерилизуем. И не дадим воевать и порабощать других. Рано или поздно вымрут.
— Вы хотите уничтожить одно человечество и создать на освободившемся месте другое? — догадался французский президент.