Сладкое искушение

 
7
 
Кассио
– Ты на таблетках? – Вопрос не самый романтичный, учитывая данную ситуацию, но до сегодняшнего дня я просто не мог заставить себя задать его своей жене-подростку.
Она быстро кивнула. Я навис над ней, пристроив член к ее входу, но Джулия отодвинулась от меня.
– Джулия, пожалуйста, – взмолился я, едва не зарычав от злости.
– Ты можешь обнять меня?
Сердце пропустило удар. Я кивнул и опустился на локти. Просунув одну руку ей под лопатки, прижал жену к своей груди.
– Так хорошо? – хрипло спросил я.
Ее лицо оказалось в нескольких дюймах от моего, и она смотрела на меня снизу вверх, пытаясь разглядеть в моих глазах помощь, защиту, близость. Я поцеловал уголок ее рта, затем по очереди верхнюю и нижнюю губу и двинул бёдрами так, что головка уперлась в ее вход. Джулия задержала дыхание. Я отодвинул челку с ее потного лба.
– Дыши.
Она вздохнула, а я осторожно толкнулся в неё на дюйм. Поморщившись от боли, она вцепилась мне в бицепс.
– Если станет слишком больно, скажи мне, и мы что-нибудь придумаем. – Услышав собственный голос, мне тут же захотелось дать самому себе под зад. Но Джулия одарила меня благодарной улыбкой, и я почувствовал, как ее напряжение немного ослабло. Медленно скользнув глубже, не стал останавливаться, даже когда она крепко зажмурилась и выдохнула. В ней было так тесно, и я знал, что дальше ей будет больнее всего. Поцеловав ее в висок, я подался вперёд и вошёл до упора. Вскрикнув, она дёрнулась подо мной и задышала часто.
Я судорожно выдохнул, пытаясь не шевелиться, будучи уверенным, что ее стенки прямо сейчас выдоят мой член досуха. Блядь, какая же она узенькая!
– Джулия? Ты как?
Она открыла глаза и посмотрела на меня.
– Хорошо, – ответила она, ее голос дрожал. – Но странно… чувствовать, как ты внутри меня. Слишком наполненно.
Я улыбнулся такому подробному отчету.
– Я глупости несу, да?
Я качнул головой и погладил ее по щеке, затем снова начал двигаться, совершая медленные неглубокие толчки, которые постепенно становились все жестче. Джулия каждый раз напрягалась, но не плакала, не всхлипывала и не ныла, за что я был ей очень благодарен. Я очень быстро достиг пика и не стал медлить, понимая, что она будет рада, когда все закончится.
Я напрягся всем телом, яйца поджались, и по мне прошлась дрожь оргазма, пока я изливался в неё. Она с шумом втянула воздух, заставив меня замереть над ней. Я уронил голову и уткнулся лбом в подушку рядом с ее головой. Джулия подо мной затихла, а я прислушивался, не начнёт ли всхлипывать или плакать. И опять с плеч упала гора, когда не услышал ни того, ни другого. Очень медленно вышел из неё и, перекатившись набок, лёг рядом. Она повернулась лицом ко мне.
– Спасибо, – шепнула она.
Я уставился в ее раскрасневшееся лицо.
– За что?
Точно не за то, что довёл до оргазма, потому что до него мы так и не добрались. Но это легко поправимо в скором времени. И неоднократно.
– За терпение и осторожность.
– Почему должно быть иначе?
Гайе нравилось вызывать у меня чувство вины, она часто истерила, пытаясь испортить мне настроение, даже когда я старался угодить ей.
– Женщины рассказывали. Многие мужчины не заморачиваются из-за этого, потому что любят доминировать. Другие наслаждаются, делая больно, а некоторые просто хотят сделать пятно крови как можно больше, чтобы продемонстрировать…
Моему удивлению не было предела. Сейчас она говорила совсем не как девчонка.
– Мне нет необходимости специально делать тебе больно во время секса, чтобы утвердиться в своём превосходстве. Я младший босс и ежедневно отдаю людям приказы. И без проблем при необходимости хоть кому могу сделать так больно, что мало не покажется, я терпеть не могу обижать женщин и детей. Что касается последнего, может кто-то из мужиков и считает, что большое пятно крови заставит наблюдателей поверить, что перед ними обладатель большого члена. Но правда в том, что это только доказывает: они понятия не имеют, как с этим членом обращаться.
 
Джулия рассмеялась и лукаво взглянула на меня.
– А ты знаешь?
– Знаю – что? Как обращаться со своим членом?
Она зарделась, но кивнула.
– Полагаю, что да. Знаю, что сегодня ты не получила удовольствия, но скоро все будет.
– Хорошо.
Я посмотрел на свой пах. Мой член был испачкан кровью. Я сел и протянул руку Джулии.
– Можешь сесть ненадолго?
Она непонимающе нахмурилась, но выполнила просьбу.
– Но зачем? – спросила и тут же круглила глаза, опустив взгляд вниз на своё тело. – Ох.
– Просто пару секунд подожди.
Она сморщила носик.
– Какая гадость.
– Знаю. Но так уж заведено.
Я снова убрал волосы с ее лица, и Джулия с интересом посмотрела на меня. Глаза у неё были пронзительно голубые, как ясное летнее небо, а слегка вздернутый носик придавал ее образу кокетства.
– Ты считаешь меня красивой? – спросила она, закусывая пухлую нижнюю губу.
– Да.
Я погладил большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, даже не заметив, что так и не выпустил ее.
– Вот так да! – воскликнула она. – А я не догадывалась. Ты не проявлял особого интереса.
Благо, за эти годы я в совершенстве отточил свой «покер фейс», в моей работе это было неизбежным злом.
– Я считал и считаю тебя очень привлекательной.
– Хм… Большинство мужчин выражают свой интерес очень явно. У них такие пристальные взгляды, как будто собираются тебя сожрать.
В груди заворочалось что-то тёмное и злое.
– И часто такое бывало… что мужики так на тебя пялились? Как будто хотели тебя сожрать?
Несмотря на лучшие намерения, в моем голосе прозвучала резкость, которой прежде не было.
Джулия склонила голову набок, как всегда спокойно глядя на меня.
– Бывало. Иногда это были мужчины, которые приходили к отцу, иногда незнакомцы на улице, когда я выходила со своими телохранителями. Но ко мне никто не подходил.
– И на том спасибо, – прогрохотал я.
У неё брови поползли вверх.
– Ты что, ревнуешь?
– Защищаю своё. Я не делюсь. Никогда.
Она рассмеялась.
– Что смешного? Я совершенно серьезно.
И она закатила глаза. Закатила. Глаза. Я даже вспомнить не мог, когда в последний раз кто-нибудь закатывал при мне глаза.
– Ревнуешь к мужчинам, которые смотрели на меня издалека, зная, что сегодня в церкви ты подарил мне первый поцелуй? Я только твоя, и тебе никогда не придётся мной делиться.
– А ты сама когда-нибудь смотрела так на мужиков?
– Нет, – ответила она не колеблясь.
– Твое консервативное воспитание не значит, что ты слепая.
Джулия поджала губы.
– Я никогда так долго не разглядывала мужчин, чтобы составить о них своё мнение. Какой в этом смысл, если мужа сама себе все равно не выберу?
Что правда, то правда. Ее никто не спрашивал.
Джулия
Кассио спустил ноги с кровати.
– Надо принять душ.
Я окинула взглядом его мускулистую фигуру, зачарованная его твёрдой грудью, кубиками пресса и узкими бёдрами.
Мне нравилось его тело, и это радовало. Взгляд скользнул ниже, и при виде крови на его члене щеки обдало жаром. Я поспешно отвернулась. Все равно слишком долго пялилась на него. Осмотрев себя, заметила испачканную кровью и спермой внутреннюю поверхность бедер и поморщилась от отвращения. Я соскользнула с кровати, оглянулась на грязную постель и не смогла сдержать смущенного возгласа.
– Ты в порядке? – пророкотал Кассио где-то у меня за спиной.
Я повернулась, скорчив гримасу.
– Мы правда должны показывать эти простыни?
– Мы для того с тобой и переспали.
Вот как.
– Так значит, ты спал со мной только для показа простыней?
Теперь, когда мы поженились, мне хотелось бы, чтобы Кассио испытывал ко мне влечение. Провести остаток жизни с человеком, который даже прикасаться к тебе не хочет, представлялось незавидной участью. Мне определенно понравилось смотреть на его тело. Его ласки были непривычны, а секс болезненным, но все это не было похоже на тяжкое испытание, о котором говорили мать и мои тетки. Мне кажется, я смогу получать удовольствие от нашей близости, особенно, когда Кассио будет целовать меня между ног.