Мой дикий адвокат (СИ)

Наконец, Жанна заканчивает свои дела. Веник заворачиваем в пакет и оставляем в углу участка. Оставшийся мусор выкидываем и, в конце концов, покидаем это уныло место.
— Заедем перекусить? — предлагаю, окончательно потеряв надежду сохранить подвеску.
— Мне нужно домой. — тут же отбривает меня Злобина.
— Да, рыцарство в наше время не ценится. — вздыхаю.
— Дэн, ты не рыцарь, — усмехается Жанна, скрещивая руки на груди.
  
— Злыдня. — хмыкаю и замолкаю.
Вообще, я почему-то был уверен, что она согласится в этот раз. Слишком умиротворенно у нас проходило общение. Да и согласилась на встречу она довольно быстро.
— Хотя, можно и перекусить, — вдруг меняет решение Злобина и выжидательно смотрит на меня. — Если согласишься заехать в еще одно место. Тут не далеко.
— Жанна, если расчет на то, что я окончательно расхуярю машину и это меня остановит, то ты ошибаешься. — с подозрением смотрю на нее.
— Да нет, тут не далеко от дороги.
— Ну поехали.
Спустя двадцать минут съезжаем на второстепенную дорогу, и я удивленно таращу глаза.
Даже притормаживаю, оборачиваясь на Злобушку.
— Ты серьезно? — усмехаюсь.
— А что такое? Боишься, что бесноваться начнешь?
— Если я начну “бесноваться”, бояться нужно окружающим. — перевожу взгляд обратно на церковь. — Ты же знаешь, что я агностик.
— В этой церкви меня крестили, Дэн. Я просто забегу на пару минут, а ты погуляешь по территории. Если, конечно, сможешь зайти.
— Злобина, ну что за бред? — усмехаюсь ее вызову и, припарковавшись, выхожу из машины.
Берусь за ручку калитки и с шипением одергиваю руку.
— Что, уже? — улыбается Жанна ядовито и, перекрестившись, открывает калитку и заходит.
Сердито хмурюсь, вытаскиваю из ладони деревянную занозу и иду за ней.
  
18. Новый уровень
 
Гуляю по территории белокаменного храма и с интересом разглядываю его архитектуру. Как ценитель прекрасного, с эстетической точки зрения считаю все эти намоленные места красивыми произведениями искусства. А еще мне нравится тишина, что обычно царит на их территории. Она совершенно другая, в отличие от того же кладбища. Умиротворенная, а не угнетающая.
Делаю один полный круг вокруг здания и возвращаюсь ко входу в церковь. Стою, раздумывая: входить или нет. С одной стороны — что мне там делать? С другой — Жанны нет уже достаточно долго.
Вздохнув, захожу в церковь и осматриваюсь. Внутри — прохлада и полумрак. Для моего чуткого носа достаточно сильно пахнет ладаном и свечным воском. В углу стоит прилавок с церковными книгами, украшениями и иконами для продажи.
Молча косимся с работницей друг на друга, и я прохожу дальше.
Попадаю в сам храм, где на светлых стенах тут и там висят иконы. Для меня это все в диковинку. Я последний раз в церкви был в детстве, с бабушкой. Но, после того, как батюшка вывел меня на улицу за шиворот за то, что я бегал и тряс кандило, она перестала брать меня с собой. Так что, я с детства так себе раб божий.
Оглядываюсь, пытаясь найти глазами Жанну. Замечаю ее в противоположном конце зала. Направляюсь к ней, с интересом разглядывая.
Злобина стоит напротив какой-то иконы и пристально смотрит на нее. Силуэт Жанны кажется темным на фоне арочного окна и будто светится. Притягательное зрелище. Подходя ближе, замечаю на ней юбку в пол и платок.
— Что за фокусы с переодеванием? — усмехаюсь, и мой голос гулко рикошетит от стен.
— Дэн, — резко оборачивается Жанна, вздрогнув. — Не шуми.
— Да тут нет никого. — пожимаю плечами и встаю с ней рядом, разглядывая икону, что приковала внимание моей Злобиной. Это изображение какого-то старца. Читаю название на старославянском. — Почему ты стоишь именно возле этой иконы?
— Этот святой помогает во всех благих делах и решении проблем. Направляет на путь истинный, если запутался.
Поджимаю губы, чтобы ничего не ляпнуть.
В конце концов, каждый верит в то, что хочет. Я вот верю в уголовный кодекс. Просто странно, что Злобина, работая в структуре и прекрасно зная, как все в мире устроено, верит в то, что изображение какого-то человека может ей помочь в решении проблем. Мне кажется, я сильнее поспособствую, если она не будет брыкаться.
— Если тебе нужна помощь, лучше мне скажи, — будто невзначай вздыхаю, пряча руки в карманы и разглядывая соседнюю икону. — Толку будет больше.
— Дэн! — шепотом вскрикивает Жанна, но тут же берет себя в руки. — Дай мне две минуты, пожалуйста.
Закатываю глаза и отхожу от нее.
Скучая, прогуливаюсь вдоль стен и разглядываю иконы. Внезапно в кармане на всю ивановскую звонит телефон. Это Григорий.
— Да, — отвечаю коротко, продолжая изучать изображения святых. — Выспался?
— Денис Дмитриевич, так выходной же. Я вчера был не в состоянии ответить.
— А сегодня в состоянии? — усмехаюсь и наблюдаю, как откуда-то из глубин храма неторопливо выходит пожилой батюшка в черной длинной рясе. Отворачиваюсь к окну, созерцая внутренний двор.
— Не очень.
— Хорошо, просто ответь: ты что-то нашел по моей задаче?
— Да.
— Пришли мне фотографии.
— Так мы же не пересылаем документы через мессенджеры. По вашему же распоряжению.
— Эти можно.
— Да я не фотографировал.
— Твою мать, — тихо рычу, но потом обреченно выдыхаю. — Ладно, отдыхай.
— Сын мой, — раздается за спиной, и я оборачиваюсь, удивленно вскинув брови.
Не успеваю ничего понять, как меня щедро окатывает брызгами святой воды. Ощущение, будто попал под ливень.
Стою, ошарашенно замерев и молча глядя на священника. Он тоже не торопится говорить и выжидательно смотрит на меня.
— Я что, по-вашему, зашкварчать должен? — сердито хмурюсь, снимая очки и вытирая ладонью лицо.
— Судя по тому, как ты себя в храме ведешь, должен. — усмехается батюшка, разворачивается и уходит. — Тебе на пользу. В следующий раз будешь поскромнее.
— Следующего раза не будет, — цежу сквозь зубы и ухожу.
Сжав кулаки, быстро выхожу из церкви, потом за ворота. Прикуриваю.
— А можно было всего лишь проявить уважение и не шуметь, — слышу сзади недовольный голос Жанны. Оборачиваюсь.
— Можно было просто попросить выйти.
— У отца Анатолия свои методы воспитания. Я тебя предупреждала, чтобы ты вел себя потише.
— Ладно, фиг с этим. — отмахиваюсь. — Поехали есть.
— Мне кажется, я одета немного не подобающе. — снова заводит старую песню о главном Злобина.
— В самый раз ты одета, — хмурюсь. — Садись в машину.
Едем молча. Я все еще киплю из-за выходки священника. Настроение не то, чтобы испорчено, просто мне нужно время, чтобы остыть.
Заворачиваю и заезжаю в коттеджный поселок. Открываю окно и выглядываю к подошедшему охраннику.
— Номер десять.
Он молча кивает и протягивает мне ключ.
— Где мы? — озирается Жанна.
— В одном классном месте, — отвечаю уклончиво.
Шлагбаум открывается и я еду вперед по дороге. Наш дом находится в конце, у самого леса. Торможу перед воротами с цифрой десять.
— Дэн, мы так не договаривались! — возмущается Злобина, глядя на небольшой коттедж. — Я согласилась просто пообедать с тобой.
— Да? А я думал, что мы перешли с тобой на новый уровень отношений. — щурюсь, ехидно улыбаясь. — Раз уж я даже вместо мужа с тобой на кладбище съездил, могу и в постели его заменить.
— Не надейся даже! — Жанна выходит из машины, хлопнув дверью, и быстро направляется по дороге в обратную сторону. Морщусь. Мой бедный Ягуар.
Выхожу следом. Догоняю Злобушку, ловлю ее и разворачиваю к себе.
— Пусти! — брыкается она.
— Да успокойся, психушка! — улыбаюсь, глядя в ее сердитое лицо. — Я пошутил. Ты же сама сказала, что не одета для ресторана. Я снял домик. Пожарим шашлык. Поедим. Поболтаем. Ты же любишь природу? Погода волшебная. Обещаю, что не буду приставать.
  
Жанна замирает в моих руках и молча смотрит мне в глаза. Вижу в ее взгляде смесь недоверия и сомнения.