Цветочек. Маска треснула. Том 2 (СИ)

«Я впервые влюблён…» 
А так он, может быть, обидится и не поползёт за ней. Потом, если ей улыбнётся удача, она попытается вымолить прощение. Конечно, он может её не простить, но жить рядом с ним и подвергать его опасности во сто крат хуже.
Так думала Дейна в момент побега.
Сейчас же, когда её пожирали тоска и глухая горечь, вызванная разлукой, она сомневалась. Что там делает её наагалей? Не её, конечно, но очень хочется, чтобы принадлежал ей. Выздоровел ли? Хорошо ли за ним смотрят? Не ввязался ли в очередные неприятности? Не обижает ли его кто?
Дейной владела жадность. Она хотела всё знать о Ссадаши, во всём участвовать, быть рядом, но в то же время боялась за него и ненавидела себя. За глупость.
И самую большую глупость она сделала, когда в сердцах нацепила эту проклятую Тёмными Корону. Да, она не знала, что встретит ехидного змея, но могла бы подумать о близких, которых тоже может коснуться месть Короны.
– Отоспаться бы ещё хоть ночь, – Шерр жалобно посмотрел на сестру.
Ночами Дейне снился ночной Нолин и плавающий в воде наагалей. Она вновь и вновь переживала горячечную страсть, вызываемую поцелуями, и просыпалась взволнованная и тоскующая. Если бы в момент пробуждения рядом был Дед, который предложил бы доставить её к Ссадаши, Дейна согласилась бы не думая.
– Боги, какая пыль! – капризный женский голос заставил вздрогнуть и Дейну, и Шерра.
На чердак, брезгливо придерживая подол очаровательного персикового платья, поднялась миловидная рыжеволосая девушка. Назвать её красавицей не давали высокомерное выражение лица и жеманные манеры.
– Что вы здесь делаете? – девушка с недоумением осмотрелась.
Посвящать в свои дела троюродную кузину ни Шерр, ни Дейна не желали. Отношения с Лаликой у них не складывались с глубокого детства. Её присутствие в поместье стало для брата и сестры неприятной неожиданностью. Ещё больше они удивились, узнав, что гостит кузина у них по случаю своей предстоящей свадьбы. Так как граф Риан – глава рода Аррекс, было решено избрать местом свадьбы особняк у Даргиды, дабы не посрамить семью и предстать перед родичами жениха во всей красе. И гордая Лалика цацой ходила по дому, будто она здесь хозяйка. Шерра, как наследника, поведение кузины невероятно злило.
– Со счетами разбираемся, – Шерр сурово поджал губы.
Отпугнуть кузину не удалось. Она растерянно посмотрела на Дейну, которая буквально зарылась в «счета», но взяла себя в руки и снисходительно пробормотала:
– Ну да, что ещё остаётся…
Шерр скрипнул зубами и покосился на сестру. Та невозмутимо перебирала листы и украдкой запихивала ужа под подол.
– Когда ты не замужем и в столь сомнительном статусе… – Лалика стрельнула глазами на Дейну, но та и бровью не повела.
Лалика очень гордилась тем, что выходит замуж в то время, как её более богатая и знатная родственница ходит без достойного мужа, да ещё и является вдовой какого-то сомнительного типа. И ни знатность, ни богатство не помогли ей поймать хорошего супруга. А вот она, Лалика, смогла.
– Завидую тебе, Дейна, – Шерр печально вздохнул. В отличие от сестры, он не мог оставить выпад Лалики без ответа. – Свободная, богатая… Хочешь – идёшь замуж, хочешь – не идёшь. Умная, хваткая, одна точно не пропадёшь. Вон как в императорскую милость вошла!
Как в Даргиду успел просочиться слух про императорскую милость, Дейна вообразить не могла. Городок-то их не так близко к столице. Но, прибыв в имение, Дейна осознала, что вновь стала известна. Самого принца охраняла, величайшую императорскую похвалу заслужила, воинской доблестью сполна покрыла пятно сомнительного замужества. И потекли в их дом неженатые мужчины. Раньше часть из них – те, что побогаче и познатнее – всё-таки не рисковали нести к ней свою благосклонность. А теперь они оценили дочь графа Аррекса – богатую девушку, увенчавшую лаврами почёта свою семью.
Они дико раздражали Дейну первые два дня, а потом их поток резко иссяк. Девушка подозревала, что благодарить стоит отца.
– Какая прелесть в богатстве, если ты один как перст? – презрительно фыркнула Лалика. – Шерр, глупый ты, хоть и наследник. С хорошим замужеством ты приносишь почёт семье.
 
– Ну если по-другому никак не можешь, – всё же съязвил Шерр.
Кузина окинула его пренебрежительным взглядом и тонко улыбнулась Дейне.
– Дейна, хочешь, я скажу тебе, в платье какого цвета буду на свадьбе?
Своей назойливостью Лалике всё же удалось зацепить кузину, и та тяжело вздохнула. По поверьям, девушки, которые пришли на свадьбу в одежде того же цвета, что и наряд невесты, в скором времени выйдут замуж. Из-за этого накануне торжества толпы молоденьких девиц осаждают лучших портних в городе, пытаясь найти среди них ту, которой доверили шить платье невесты, и вызнать у неё цвет. Шли на различные ухищрения, чтобы удержать цвет в тайне и чтобы раскрыть эту тайну.
Предложение Лалики было унизительно. Будто Дейна настолько отчаялась, что готова даже поддаться глупым суевериям.
Только кузина просчиталась. Ещё месяц назад Дейна бы вспомнила о воспитании и сдержалась. Сейчас же, терзаемая тоской и глухой злобой, она не испытывала ни малейшего желания подбирать вежливые, но хлёсткие слова, чтобы осадить зарвавшуюся девчонку. Тем более Лалика неприятно напоминала ей Марилу. Как и Марила, Лалика долго перебирала женихов, пока в её сети не попался глуповатый сын графа Мираска. Дейне даже было немного жаль этого рыжего лопоухого паренька.
– Я сейчас возьму кнут и охожу твою глупую физиономию так, что ты не выйдешь замуж ни завтра, ни когда-либо ещё, – тяжело обронила Дейна.
– Ты… – ошеломлённо и испуганно выдохнула кузина, но продолжить не осмелилась. Столкнулась с потемневшим взглядом девушки и, оскорблённо вскинув подбородок, скрылась за дверью.
– М-да, – протянул Шерр. – Надо остаться хотя бы на её свадьбу. Чего ты на меня так смотришь? А если этот лопоухий решит, что у нас внутри семьи творится что-то неладное, раз нас нет, и бросит её у алтаря? Ты обо мне подумай! Если она не выйдет замуж, то перейдёт на моё попечение вместе с титулом графа. Так что пока не избавимся от неё, никуда не летим!
Дейна стиснула зубы.
Утро в сонной Даргиде было праздничным. Главную улицу по случаю предстоящей свадьбы семей Аррексов и Мирасков украсили цветами, лентами, бумажными фонарями и резными деревянными фигурами. Одну сторону улицы украшали Аррексы, другую – Мираски. И семьи будто пытались перещеголять друг друга в богатстве убранства. Горожане высыпались из домов ещё ранним утром в своих лучших нарядах. Не так часто в провинциальном городке случались торжества подобного размаха. Сама свадьба, её гости, их наряды, угощения и убранство ещё долго будут служить темой для пространных бесед.
– Ох, а каков наш новый сосед… Видела его? Такой высокий, суровый, с длинным белым волосом. Говорят, какой-то богатый купец с женой путешествует.
– Видела. Я б на месте его жёнки мужика из дому не пускала. Отобьют же наши девки.
– Да ты никак жену его ещё не смотрела? Да там такая бабёнка, что у нас никого ей и в подмётки не найдётся. Косища во! Глаза как трава молодая. Говорит, словно вино течёт. Горшечник Эрхей так на неё засмотрелся, что въехал в сад к этой козе Сипке. Весь забор ей изувечил!
– А я слышала, что и не купец это вовсе. Высокородный тайно приехал. Зуб дать готова, на свадьбу к Аррексам заехали. 
– Ну так чавой, вызнали, в каком платье невеста будет? – тема тут же переметнулась на более волнующий вопрос.
Две горожанки, дородные дамы, затянутые в пыльные бархатные платья винного цвета, стояли у лавки булочника и с любопытством вытягивали шеи в сторону храма. К распахнутым дверям пока только подтягивались жрецы и слуги.
– Да куда там! – махнула рукой та, что повыше. – Но точно не красное.
– И не голубое. Мне Шана сказала, что госпожа Лалика не терпит голубой.
– Да, мож, нарочно в него и облачится. Чтоб точно ни у кого ничего подобного не было. Ты рази не помнишь, какой скандал она устроила той же Шане, когда та пошила ей и ещё одной барышне одинаковые пояса?