Измученные смутой времени

— Здорово! — восхитился Седов. — Так бы раскрывались все пропажи людей… Послушай Капитон, а не причастны ли эти задержанные к убийству моего друга?
— Не похоже, но проверим. Твои с «убойного» уже подключились.
— Не в курсе, когда смогут этапировать эту Мищенко в Якутск? Я бы хотел с ней переговорить.
— Не знаю. Мы хотели сами поехать в Москву и привезти ее, но начальник приказал этапировать ее конвойной службой.
— А что так? Сами быстрее привезли бы и закончили дело, а то затянется эта канитель с конвоем на месяц.
— Не слышал, что случилось чрезвычайное происшествие? В Свердловске конвоируемый убил двух оперов и скрылся, поэтому сверху спустили указание этапировать арестованных только спецконвоем.
— Что ж, придется ждать, когда ее привезут этапом, — сожалеюще протянул Седов.
— Надо же случиться этому ЧП, — досадливо поворчал Переверзев. — Ничего не поделаешь, придется ждать.
— Не переживай, все нормально, подождем — успокоил его опер и поблагодарил: — Спасибо, Капитон, за информацию.
— Не за что. Одно же дело делаем.
— Тогда поздравляю! Вы просто молодцы, оперативно сработали!
— Спасибо, Валера! Выздоравливай.
6
Выписавшись из больницы, Седов головой окунулся в работу. Теперь он был во всеоружии — терапевт выписала ему подробную рекомендацию, какие таблетки принимать при повторении болей, как не допустить рецидива, какой режим дня соблюдать при обострении болезни. С режимом дня у него вряд ли получится, но он постарается выполнить предписания лечащего врача как можно в полной мере.
Перед ноябрьскими праздниками он решил продолжить обход соседей Вахрушевых и поздно вечером предстал перед Мироновой.
— Здравствуйте, я из милиции, зовут меня Валерий Седов, — представился он хозяйке. — Я хотел переговорить с вами относительно пропажи ваших соседей. Как к вам обращаться?
Женщина средних лет удивленно сморщила лоб:
— А я-то тут причем?
— Я опрашиваю всех, кто когда-то видел в живых ваших соседей. Итак, как вас зовут?
— Туманова-Миронова Ксения Клавдиевна.
— У вас двойная фамилия?
— Да.
— Муж где?
— Спит.
— Ксения Клавдиевна, скажите пожалуйста, к вам часто приходила соседка Варя? Когда вы с ней познакомились?
Женщина, задумчиво глядя на потолок, стала рассказывать:
— Я держу кур, продаю яйца. Однажды, это было ранней весной прошлого года, ко мне пришла Варя и спросила, не смогу ли я продать ей десяток яиц, поскольку она хочет приготовить салат на день рождения дочери. С тех пор она стала покупать у меня яйца. Был случай, когда она пригласила меня на просмотр индийского фильма — насмотрелась я тогда от души.
— Радж Капур? — улыбнулся сыщик. — Моя мама тоже его обожает.
— Да, да, он самый, — рассмеялась хозяйка. — Нам, женщинам, всегда хочется плакать, когда смотрим эти индийские фильмы.
— Ксения Клавдиевна, вспомните, пожалуйста: накануне своей пропажи Варя о чем-нибудь вам рассказывала? Может быть, высказывала какие-то опасения, говорила, что им угрожают?
— Ничего такого не было, — ответила Миронова, пытаясь вспомнить события почти восьмимесячной давности. — Варя пришла за яйцами, посидели, поговорили. Она еще говорила, что поступили новые индийские фильмы и приглашала на просмотр.
— А муж Вари приходил с ней когда-то в гости к вам?
— Нет, ни разу. Я познакомилась с ним только у них дома.
— Ваши мужья не дружили?
— Нет, только здравствуй и до свидания при встрече на улице.
— Ксения Клавдиевна, покажите вашего мужа. Я задам ему пару вопросов.
Хозяйка удалилась в спальню, и вскоре перед оперативником сидел заспанный мужчина пятидесяти лет, который, позевывая, поинтересовался:
— Все ищем?
— Да, ищем, но не можем найти.
— Да грохнули их — тут к бабке не ходи.
— Почему так думаете? У вас есть подозрение на кого-то?
— А какие у меня могут быть подозрения? Просто предполагаю. Куда они могли так пропасть, словно сквозь землю провалились? Конечно, их грохнули.
— Все-таки, отдаленно кого-то подозреваете?
— Он часто зависал у Самоделкина.
 
— Простите, у кого?
— У Лосева. Кликуха у него такая — целыми дня что-то придумывает.
— В каком смысле?
— Чудак-человек. То мотор к велосипеду приделает, то ветряную мельницу смастерит…
— И что? Вы его подозреваете?
— Я этого не говорил.
— А он способен на убийство?
— Как я могу сказать, что кто-то способен на убийство? Это по вашей части определять убийцу. А Санька борогоз, мы с ним однажды схватились.
— На какой почве?
— Просто я шел мимо его дома, а он пьяный и обматерил меня. Я дал ему затрещину, а он в ответ. Нас разняли женщины. Больше я с ним не разговариваю.
— Когда это было?
— Давно, более года тому назад.
— Хорошо, будем иметь в виду.
— Имейте, но меня не впутывайте, — предостерег мужчина. — Я вам ничего не говорил, мое имя не должно мелькать в протоколах.
— Да ради Бога, какие могут быть протоколы? — отмахнулся сыщик от хозяина дома. — Я же с вами разговариваю не на официальном уровне.
Прежде чем выйти из дома, Седов спросил Миронову:
— У вас имеется подполье?
— Да, имеется.
— Там сейчас вода?
— Да, вода… Почему вы об этом спросили? Вы нас подозреваете?
— Упаси, Господи! — отмахнулся сыщик уже от хозяйки. — Просто хочу убедиться, что в вашем районе грунтовые воды залегают высоко.
— Да, да, так и есть — высоко, — кивнула женщина. — Ждем, когда уйдет, чтобы заложить картошку.
Выйдя на улицу, сыщик посмотрел на часы — время приближалось к десяти часам вечера. Немного подумав, он решил отложить визит к Лосеву, справедливо полагая, что разговор с ним предстоит долгий и постучался в ворота Вахрушевой. Услышав голос Седова, хозяйка радостно вскрикнула: «ой!», и открыла калитку.
— Валера, опять на ночь глядя, — жалостливо спросила она, — ты когда-нибудь отдыхаешь?
— Отдохнем на пенсии, — засмеялся опер. — Галина Кирилловна, у меня к вам несколько вопросов.
— Проходи, Валерий, проходи, я тебя накормлю, — засуетилась женщина. — Как раз только что усыпила Маришу и села пить чай.
За плотным ужином оперативник поинтересовался:
— Кто такой Лосев, который живет через дом от вас?
— Сашка? Так он же здесь родился и вырос. На два года старше Димы, но они дружили еще со школьной скамьи.
— Дима часто бывал у него?
— Раньше бывал, а в последнее время не знаю. Я же переехала в Ленинградскую область и не знаю, общались ли они…
Вдруг женщина запнулась и, бросив тревожный взгляд на опера, спросила:
— Валера, ты почему интересуешься Александром? Ты его подозреваешь в убийстве Димы?
— Нет, не подозреваю, — ответил сыщик, понимая, что говорит неправду. — Я просто хотел с ним побеседовать, узнать, что он думает про пропавших.
— Конечно, переговори. Только уже ночь, удобно ли будет тебе явиться к ним в столь поздний час.
— Нет, сегодня уже не пойду. Скажите, он с кем живет в своем доме?
— С мамой, женой и двумя детьми.
— Сколько лет детям?
— Мальчики. Третий-четвертый класс.
— Маме сколько лет?
— Она гораздо старше меня. Но довольно бойкая, постоянно ходит пешком.
Закончив с ужином, сыщик попрощался с хозяйкой:
— Спасибо, Галина Кирилловна, за вкусный ужин! Я уже становлюсь постоянным вашим гостем.
— Приходи, Валерий, я всегда рада тебе, — сказала она, и глаза ее стали влажными. — Был бы Дима, как бы вы здорово дружили!
Уже покидая дом, Седов поинтересовался:
— Знаете соседа напротив? Зинаида Евгеньевна говорит, что Дима иногда общался с ним.
— Нет, не знаю, — помотала головой Вахрушева. — Там раньше жила бабка Дарья Соломкина. Говорят, когда она умерла три года назад, туда заселился какой-то ее родственник. Я с ним не общаюсь.
— Ладно, потом познакомлюсь и с ним, — сказал опер и попрощался с хозяйкой: