Измученные смутой времени

— Собираемся открыть видеосалон! — счастливо рассмеялась Варя. — Надоело горбатиться на государство, хотим открыть свое дело.
— А где сами собираетесь ютиться? — спросил оперативник, приветственно обнявшись с другом.
— Почему ютиться-то, — пожала плечами хозяйка. — У нас еще две вполне просторные комнаты, там и разместимся. Это же временно — заработаем немного денег и найдем другое помещение в центре города.
— Ничего нет более постоянного, чем временное, — рассмеялся Седов и похвалил хозяев: — Молодцы, что решились на отчаянный шаг. Наступают другие времена и, если сидеть сложа руки, то можно упустить свою птицу удачи.
— Да и тебе надо уйти из милиции, — улыбнулась Варя, погладив мужа по спине. — Вот Дима написал заявление об увольнении — нет фронта работы, постоянные простои, зарплата — копейки. Я в отпуске по уходу за ребенком до полутора лет, а потом тоже уйду с работы.
— Нет, никуда я не собираюсь, уже оброс корнями в милиции, — в ответ улыбнулся оперативник. — Скоро стану полноценным сотрудником уголовного розыска.
— А сейчас ты кто? — непонимающе глянула на него Варя. — Не сотрудник?
— Сейчас я младший опер из сержантского состава, — объяснил ей Седов. — А скоро буду сыщиком с офицерским званием.
— Ну, тогда ясно, — понимающе кивнула хозяйка и, обращаясь к мужчинам, распорядилась: — Вы тут доделайте работу, а я тем временем накрою стол, и будем смотреть кино.
Когда хозяйка удалилась на кухню, Дмитрий, наглухо прикручивая скамейку к полу, объяснил:
— Видики пока смотрим на кухне за маленьким телевизором. Продал железный гараж, на эти деньги купим «Рубин»* (советский телевизор), вот тогда будет полный ажур.
Вскоре все сидели за столом и, попивая холодное пиво, погрузились в мир удивительного волшебства.
Фильмы представляли из себя «экранки»* (экранная копия кино) невообразимо плохого качества, но для непритязательных зрителей, к коим относились и друзья, слабо отличающих контрафакт от подлинного, все происходящее на экране казалось верхом кинематографического изыска. Истинно насладившись мировыми бестселлерами, друзья под утро распрощались с тем, чтобы в скором времени встретиться вновь и восторгаться фильмами уже с экрана большого и цветного телевизора. Прежде чем выйти, Седов пожелал хозяевам:
— Быстрее открывайте свой видеосалон и чтобы у вас не было отбоя от зрителей. Когда крепко встанете на ноги, подумайте о том, как заняться более серьезной коммерцией.
— Мы на это и рассчитываем, — рассмеялась Варя. — Когда-нибудь ты со своими детьми будешь посещать наш собственный кинотеатр или магазин!
Больше Седов не увидит своего друга и Варю живыми. Грядущая катастрофа вселенского масштаба поглотит их, не дав ни малейшего шанса стать свободными и богатыми, как того демонстрировали с экрана герои далекого и непонятного им мира со шварценеггерами, чакноррисами, аленделонами и брюсли…
2
Прошло больше года. Работы было много, об отпуске сыщики даже не мечтали, вместо этого изощрялись и вылезали из кожи вон, используя все имеющиеся методы и средства по поимке карманных воров, чем снискали заслуженное уважение не только у коллег по цеху, но и среди своей «клиентуры» по принципу — бояться, значит, уважать.
На дворе наступили девяностые годы, Советский Союз расползался по швам, страна медленно и верно двигалась к своему краху. В это неспокойное время карманных воров, этих джентльменов преступного мира, постепенно стали смещать с пьедестала, на смену им пришли бандиты, рэкетиры и прочий лихой народ из бывших военных, спортсменов, неформальных лидеров молодежи.
Седов трижды побывал в командировке «по обмену опытом» в Иркутске, Магадане и Благовещенске. В перерывах между поездками он несколько раз созванивался с Вахрушевым, тот рассказывал, как работает видеосалон, что зрителей хватает, и они с Варей постепенно вылезают из финансовой кабалы. Дмитрий звал Седова к себе в гости, обещая показать самые последние новинки видеопроката, но последнему все время было недосуг, и он, ссылаясь на работу, откладывал встречу.
 
Как-то в конце марта на утреннем совещании у начальника уголовного розыска Жукова дежурный оперативник Щукин докладывал о преступлениях и происшествиях, произошедших за сутки и в конце добавил:
— Еще имеется пропажа супругов Вахрушевых — Дмитрия и Варвары, оба шестьдесят шестого года рождения…
— Вахрушевых?! — перебил дежурного опера Седов. — Дмитрия и Варвары?!
Начальник удивленно вскинул голову:
— Ты их знаешь?
— Так это же мои друзья! — вскочил на ноги сыщик.
Руководитель жестом показал, чтобы тот сел на место и обратился к дежурному:
— Щукин, продолжай. Доложи, при каких обстоятельствах пропали супруги.
Докладчик, бросив тревожный взгляд в сторону Седова, продолжил:
— Супруги в своем доме организовали видеосалон и показывают зарубежные фильмы. Салон работает с шести вечера и до утра. Дом состоит из трех комнат, кухни и подсобного помещения. Самая большая комната приспособлена под видеозал, где могут одновременно разместиться двенадцать-пятнадцать человек, при желании можно впихнуть и двадцать человек, но дышать там будет нечем. В двух небольших комнатах живут хозяева со своей дочерью Мариной двух лет, а в подсобке хранятся соки и напитки для попутной продажи зрителям. Двадцать четвертого, в субботу днем, супруги были дома, это подтверждает соседка через забор Пухова Зинаида Евгеньевна, сорок шестого года рождения, которая дружит с семьей Вахрушевых, часто заходит к ним. В тот день она приходила к ним в обед попросить соли и заметила, что хозяева только встали с постели, а ребенка с ними не было, и на вопрос, где находится их дочь, Вахрушева ответила, что ее на время отправили погостить к тете мужа, а вскоре определят в круглосуточные ясли-сад, поскольку трудно заниматься одновременно ею и коммерцией. Двадцать пятого, в воскресенье, около семи часов вечера Пухова замечает толпящихся людей возле Вахрушевых — ворота были закрыты изнутри, и они громко стучали по ним, чтобы вызвать хозяев. Когда соседка подошла к этим людям, один их них спросил, не знает ли она, куда делись хозяева дома. Она, убедившись, что свет в окнах не горит, сказала, что не знает и предположила, что родители могли уехать к своей дочери и попросила всех разойтись. Поздно вечером, почти в полночь, приехала родственница хозяина и, потыкавшись в закрытые ворота, зашла к Пуховой. Родственницу зовут Тетерина Степанида Сергеевна, она пояснила, что Вахрушевы должны были забрать свою дочь в воскресенье вечером, но так и не появились, а ей завтра с раннего утра идти на работу и некому смотреть за ребенком. Женщины решили проверить дом, но не смогли попасть во двор, поскольку веревка, за которую надо было дернуть, чтобы открылась калитка на воротах, отсутствовала, поэтому обошли соседей и нашли мужчину по фамилии Пичугин, который и спрыгнул через забор и открыл изнутри. Зайдя во двор, все убедились, что веревка открывания калитки вытянута во внутрь и решили, что это могли сделать только хозяева, которые, очевидно, решили сделать себе выходной и спят дома. В помещении хозяев не застали, везде был беспорядок, кругом разбросаны вещи, визуально они определили, что отсутствует видеомагнитофон. После этого Пухова и Тетерина, попросив Пичугина, чтобы тот остался сторожить дом, побежали звонить в милицию.
Весь этот доклад дежурного оперативника Седов слушал с нескрываемым ужасом. В голове зарождались версии одна страшней другой:
«Рэкетиры?! Нет, если бы они наехали на Диму, он бы обязательно нашел меня… Хотя он гордый, мог и не позвонить, а попытаться разобраться самому. Если это бандиты, то куда их дели? Вывезли в лес и закопали под снегом?! Может быть, кто-то из зрителей позарился на аппаратуру? В таком случае, где Дима и Варя? Где их трупы?! Слава Богу, что ребенка отвезли к тете!»
От тревожных дум его отвлек голос Жукова:
— Седов, кто они такие? Встань и расскажи нам вкратце, чем они жили, чем дышали?