Созданы друг для друга

— Но что-то тебя останавливало, так? — Она распахнула свои огромные карие глаза.
После небольшой паузы он кивнул.
Она отступила на несколько шагов назад и высвободила руку.
— Почему ты молчал? Едва упоминал о слиянии, а Холли говорит, что Даг только об этом и толкует.
— Стало быть, слияние для Дага значит больше, чем для меня. Вот и все.
— Но ведь и для тебя оно что-то значит. Но ты избегаешь этой темы… — Она опустила глаза. — Ведь из-за меня, да?
— Да, но…
— Я видела, какими взглядами вы обменивались за обедом. Оба не желали говорить об этом при мне. Я знаю, ты хотел, чтобы Даг увидел, какая я настоящая, но и ему, и Кену Ингрэму будет практически невозможно избавиться от впечатления, которое я уже произвела на них когда-то. Не оправдываюсь, нет, но надо быть полной идиоткой, чтобы не понимать, что мое прошлое поведение не может не отразиться на твоих отношениях в новой фирме.
Таня пожала плечами, и платье соскользнуло с одного плеча.
— Но тебе вовсе не обязательно пытаться угодить всем. Мне действительно не хочется туда идти. Все эти надутые адвокаты и прочее… Я устала.
— Ну да, скучновато…
— Кроме того, Кен может удариться в воспоминания о моих свидетельских показаниях в суде, и гости возненавидят меня за монополизацию вечера. — Она скорчила гримасу. — Нет уж, увольте. Возьми кого-нибудь, кого знают Даг и Холли. Они ведь хотели бы видеть там какую-нибудь общую вашу знакомую. Не обязательно меня.
Джейк с интересом приподнял брови.
— И кого ты предлагаешь?
Она снова пожала плечами и подняла руки, чтобы снять платье.
— Ты парень находчивый. Кого-нибудь подыскал бы.
— Таня… — Он еле сдержался, чтобы не погладить ее чудесную кожу, гладкие плечи и спину. — Я действительно считал, что ты не захочешь туда пойти. Поэтому ничего и не говорил. Но я бы пригласил тебя все равно, просто хотелось, чтобы Даг первым заговорил о вечеринке. — Джейку пришлось даже руки засунуть в карманы, чтобы не дотронуться до Тани. — Он мой партнер, который в вопросах бизнеса имеет право голоса, и я буду к нему прислушиваться.
— А это как раз вопрос бизнеса…
— Но, — жестко продолжал он, — он никак не влияет на мою личную жизнь. Так что ему придется смириться с тобой уже потому, что я этого хочу.
— Джейк. — Она медленно покачала головой. — Мне почему-то кажется, что ты до сих пор меня не понимаешь.
— Так помоги, Таня. Что именно я не понимаю?
— Мне с трудом удалось вернуться к нормальной жизни после того случая. Отношения с отцом улучшились. Я хорошо обдумала причины разрыва с Кельвином. В обоих случаях пережила немало неприятностей, однако по-другому я поступить не могла. Но, Джейк, мне становится дурно при одном воспоминании о том, что я плела перед Кеном Ингрэмом на свидетельском месте. Ведь конфликт был не мой, а Кельвина с «Текском», но я не помогла ему, в том числе потому, что не была честна сама с собой. Теперь я дала себе слово не лгать никогда с самого начала, что бы ни произошло. Я не буду ни безалаберным велосипедным курьером, ни папенькиной дочкой, ни эскорт-сопровождением для адвокатов, как сегодня. Буду самой собой.
— Я когда-нибудь просил тебя быть кем-нибудь другим?
— Нет. Но, — она опустила голову, — я же вижу, что происходит, Джейк. Ты начинаешь подумывать о нашем совместном будущем. Навсегда.
Он нахмурился:
— Есть возражения?
— Пойми, с каждым днем я люблю тебя все больше. Честное слово. Но ты с уважением относишься к людям, которые считают меня чуть ли не социально опасным элементом, собираешься вступать с ними в долговременные деловые отношения, партнерские, между прочим. И каково им будет, когда они узнают, кто такая любимая и единственная их партнера?
— Дело с «Текском» позади, Таня. — К сожалению, внезапно понял Джейк, она была более естественной и понятной для него в роли велосипедного курьера.
Тут Джейк еще раз мысленно дал себе клятву никогда не поступать как ее отец или Кельвин. Чтобы удержать Таню, нужно действовать неординарно, а главное — не давить на нее.
 
— Ты такая, какая есть, Таня. И я люблю тебя такой. Мне хотелось бы взять тебя к Кену Ингрэму, но если ты не захочешь пойти, я пойму.
Таня несколько минут Молчала.
— Я подумаю об этом, Джейк.
Она выглядела подавленной, растерянной.
— Отвезти тебя домой? Ты устала?
Таня снова колебалась, затем покачала головой:
— Нет, останусь у тебя.
Ее решение обрадовало Джейка.
— Я очень рад.
Однако Таня продолжала напряженно смотреть на него.
— Сейчас объясню, почему хочу остаться, — наконец выговорила она.
— Почему?
— Не только потому, что решила смело смотреть в лицо проблемам, точнее, это лишь одна из причин.
— А вторая?
— Дело в том, — Таня возмущенно фыркнула, — что я безумная секс-машина, я хочу заниматься с тобой любовью.
Она повернулась к нему лицом, упала в его объятия и всхлипнула.
— Я бы умерла, Джейк, если бы сделала тебе больно. Не могу тебя подвести, не могу!..
— Тс-с, ангел, ничего такого не произойдет.
Его руки скользили по ее гладкой коже. Она прижалась к нему всем телом, будто хотела показать, что никогда не отпустит его. Джейк чуть не прослезился от избытка чувств, от близости этой невероятной женщины.
Он хотел быть с ней до конца дней. У него затряслись руки от одной мысли, что она может носить его ребенка.
Она запустила пальцы в его волосы, их губы встретились. Они слились в бесконечном головокружительном поцелуе.
Джейк немного отстранился и стянул с нее платье и колготки. Он встал перед ней на колени и уткнулся головой ей в живот. В этот момент ему понадобилось все самообладание, чтобы немедленно не попросить ее выйти за него замуж.
Джейк Карлайл. Он был обыкновенным, посредственным человеком до встречи с этой женщиной. Она сделала его героем, открыла такие глубины его души, о которых он и не догадывался.
Он закончил раздевать ее и разделся сам. Затем стал страстно целовать ее обнаженное тело, шею, грудь. Таня с дрожью еще сильнее прижалась к нему. Так, ни на дюйм не отрываясь друг от друга, они перебрались на кровать.
— Джейк!..
— Терпение, ангел, — прошептал Джейк, ложась рядом.
До сих пор он считал, что они испробовали все возможные способы любви, но он ошибался. И дело не в позе, месте или продолжительности, а в том, что каждый раз был и как последний, и как обещающий целую вечность.
Она смотрела, как его губы блуждают по всему ее телу, от плеч до бедер, затем останавливаются на груди. Вдруг он вспомнил, что она немного прибавила в весе. Конечно, таблетки, но…
— Это невозможно, — пробормотал он.
— Что?
Он дотронулся до ее соска.
— Я просто подумал… — Нет, он не осмеливался произнести.
— Что? — снова спросила Таня.
Он облизнул губы и тихо сказал:
— Я просто подумал, как бы изменилась твоя грудь, вообще тело, если бы ты была беременна.
Она не отстранилась, как он опасался. Нет, она ласково провела рукой по его волосам.
— Ты хочешь детей, Джейк?
Что за вопрос? Джейк сделал глубокий вдох и прижался щекой к ее животу.
— Парочку было бы неплохо.
Он слышал биение ее сердца.
— Ну что ж, двое — вполне приемлемо. — Продолжая гладить его голову, она прошептала: — Люби меня, Джейк.
И он любил ее, в полном смысле этого слова. Он гладил, ласкал, входил в нее так естественно, будто только для этого и был рожден. Они взлетали на небеса, возносились к самым высоким вершинам наслаждения… Когда все кончилось, они почувствовали себя осью Земли, вокруг которой вращается весь мир…
  
Глава 10
 
Таня раздумывала, пойти или нет на вечер к Кену Ингрэму, и подошла к проблеме более чем серьезно.
Она отправилась в библиотеку и раскопала все материалы, касающиеся Дайера, Ингрэма и Пельца, рассудив, что чем больше она будет знать о компании, тем лучше. Однако чем глубже она вникала в их дела, которые освещались в печати, тем меньше энтузиазма у нее оставалось.