Искупление (СИ)
— У страха глаза велики! Не тысячу, а половину! Ха-ха!
— Грамотно занять позицию — это полдела, — Искандер похлопал меня по плечу. — Думаешь, это всё?
— Крайне сомневаюсь, — ответил я, будучи в полной уверенности, что такого позора Дрифтер не переживёт. Он будет гнать и гнать свою ораву, пока энтузиазм оравы не опустится на глубину Марианской впадины. И только тогда — сколько бы на это времени не понадобилось — он угомонится.
Я хмыкнул себе под нос: интересная идейка пролетела мимо и маняще помахала крылом. Я улыбнулся ей и решил, что хуже не будет.
— Ты куда, Лёш? — озабоченно спросила Вика, когда я спрыгнул со скалы в проход.
— Попетушиться, — подмигнул ей я. Затем, под испуганными взглядами рандомных игроков, спустился и переступил через магический барьер. Посмотрел на мрачную толпу, вновь толпящуюся у алтарей, сложил ладошки лодочкой и прокричал. — Дри-и-и-фтер! Ну чё ты, как там!? Гоу ещё раз!?
А затем я захохотал. Захохотал, довольный собой. Мне показалось, вернуть шпильку будет очень достойным решением.
Антошка, правда, никак не отреагировал. Даже не ответил, как ранее отвечал я ему. Он что-то обсуждал в кругу советников, возвышаясь практически над каждым на целую голову.
Зато ответили мемберы его альянса. Знакомый треш-ток сотнями колких словечек полетел мне навстречу. Я ответил смехом. Бравада 30-ти и 40-ка уровневых нагибаторов очень посмешила меня. Уверен, никто из них никогда не стал бы прилагать столько усилий, до глубокой ночи работая над прокачкой уровня. И в этом была разница между теми, кто старается, и теми, кто просто плывёт по течению. Между лидером и заурядностями.
— Погоди! Сейчас мы придём и вырежем вас на…й! — ответил мне самый смелый боец-маг со знакомым ником. Для этого он даже подошёл ближе.
Я прищурился, узнал ник «Elbrus», снисходительно усмехнулся и сделал приглашающий жест руками, указывая на магический барьер:
— Добро пожаловать.
Затем развернулся и вновь занял руководящее место на правом фланге. Вместо того, чтобы прокричать команды, я поступил умнее — я их написал. Открыл клановый чатик и отстрочил:
«Они разозлились. И они пойдут опять. Помните самое главное: ни в коем случае не дайте им продавить вас и захватить плацдарм. Если они получат пространство — мы не удержим. Свяжите их в загоне перед вратами.»
Совещание между кланами альянса завершилось на удивление быстро. Видимо, они выработали какую-то тактику и решили воплотить её в жизнь. Я увидел, как вражеские «танки» невысокого, в принципе, уровня выстраиваются в плотные шеренги. Первый ряд держал щиты перед собой, а остальные — над головами. В прикрытом пространстве пытались занять места бойцы ближнего боя в большинстве своём состоявших из «кинжальщиков». Наверное, руководители решили запустить внутрь ловких бойцов, умеющих на несколько секунд скрываться от взора, чтобы связать своими действиями наших «танков» и хотя бы на небольшой промежуток времени создать определённый хаос.
Но ничего у них не вышло.
В этот раз беспощадные нагибаторы, львиная доля из которых не добралась даже до 50-го уровня, сдулись ещё быстрее. Чудовищного урона, который на них обрушился, они не смогли выдержать. Вражеские лекари просто не успевали обновлять полосы «здоровья» своими умениями. Это «здоровье» летело вниз куда быстрее. Лавина игроков тупо шла вперёд и складывалась штабелями без всяческих шансов преодолеть тридцатиметровое пространство.
Увидев, как бездарно теряется боевой потенциал, Дрифтер прорычал отход. Сам он не принимал участие в атаке, оставаясь за магической чертой, но всё прекрасно видел. Очень быстро осознал, что давление массой в узком пространстве, где эту массу со всех сторон атакуют игроки более высокого уровня, бессмысленно. Это называлось — «тупо сливать проценты». Потому приказал всем отходить.
Дружный многоголосый крик членов клана «Immortlals» ворвался в мои уши. Мы опять перемололи биомассу без всяческих для неё шансов. И мои ребята открыто делились друг с другом эмоциями.
Вслед альянсу «Триумвират» полетели весёлые пожелания отправляться на встречу со всем известной матерью. Довольный собой, я опять не удержался и пересёк магический барьер.
— Анто-о-о-шка! Антошка-картошка! — с трудом сдерживая смех, закричал я. И в этот раз Дрифтер даже соизволил на меня посмотреть. Он уродливо скривил орочью рожу и показал клыки. — Ты куда!? Вернись! Я всё прощу!
Вывести из себя мне его всё же удалось. Он отреагировал именно так, как я ожидал, — разразился непечатными выражениями. Я давно знал, что нервишки у него далеко не железные и удовлетворённо улыбнулся, когда тот сорвался. Члены альянса поспешили на помощь своему новому лидеру, а мои ребята поддержали меня смехом. Видеть, как враг беснуется в бессилии, было просто замечательно. Словно бальзам на душу после Некроманта.
— Решительности не поубавилось!? — с вершины врат прокричал Платон. — Милости просим!
На этот вопрос Дрифтер решил не отвечать. Он опять зашушукался со своими сокланами. В толпе я потерял его из виду, а потому резво вернулся на наблюдательную точку, откуда обзор был на порядки лучше.
Я забрался на площадку врат и смотрел, как Дрифтер кому-то что-то доказывает. Он потрясал здоровенным молотом, что-то объяснял на пальцах, указывал в сторону барьера. Я недовольно зыркнул на Платона, который лежал рядом, и сказал ему, что было бы неплохо прямо сейчас получать инфу. Я бы очень хотел знать, что происходит на том совещании. Так что Платон должен разбиться в лепёшку, но раздобыть паразита. Или нового внедрить в тело альянса, или найти уже готового. Пусть даже за деньги. За шмот, за деньги, за руны или другие ништяки. Главное, чтобы он был. И Платон пообещал мне это.
Глава 26. Наконец-то, победа
В этот раз Дрифтер и «Ко» совещались неприлично долго. Он продолжал уговаривать игроков, тасовал группы. За руки кого-то куда-то вёл. Выстраивал по 7 человек. Тихо объяснял и не отходил, пока не получал подтверждение, что его поняли.
Я внимательно следил за его действиями. Моим союзником был огромный игровой опыт — я мог предугадать любой тактический ход врага. Но пока я ничего не понимал. Лишь когда начал более внимательно присматриваться к составам этих групп, начал замечать «энханцеров», бойцов ближнего боя, но не замечать хилов и леек, я, кажется, всё понял. Щурился, пытался рассмотреть уровни дамагеров, но видел лишь их вооружение. Все они — орки, гномы, люди, дроу — держали в руках двуручное оружие. Стальные и каменные молоты, здоровые двуручные мечи, копья, острые алебарды, секиры, парные мечи. Обнажали оружие и топтались у «энханцеров». Тех, кто придаст их оружию качественное усиление.
— Платон! — прошептал я. — Быстро обойди всех наших! Скажи, что враг будет врываться под прожимками. Видишь составы ударных групп? Только те, кто может использовать кратковременные усиливающие умения. На 10–20 секунд. Я думаю, они будут врываться под «энханцерами», в надежде пробить бреши в наших «танках». И если бреши появятся, весь остальной зерг прорвёт фронт и разойдётся веером. Тогда мы потеряем преимущество ограниченного пространства.
— Понял, — он уловил мою мысль практически сразу. Бросил взгляд на выдвигающиеся к барьеру группы и кивком головы согласился со мной.
— Ланцу скажи, чтобы сейчас же спускались ниже. Пусть заполнят собой всё пространство между скалами. И при первом же контакте с врагом активируют временную неуязвимость. Это поможет им пережить первые, самые страшные 10 секунд… Всё! Иди быстрее! Они выдвигаются!
Мне показалось, что я не ошибся. Правильно проанализировал складывающуюся ситуацию. Посмотрел на неё с Антошкиной стороны и пришёл к выводу, что идея вполне себе неплоха. Если бы я решил гнать на убой непрокачанный, необученный и плохо экипированный «зерг», вполне вероятно, поступил бы так же. И даже впервые с момента знакомства с неуравновешенным неадекватом признал, что тот не такой уж и дурак. Неадекват — да. Но не дурак.