Искупление (СИ)

— Вы стремились идти в ногу со временем, как говорится, но вам не давали? — я всё ещё пытался обработать речи магистра. Доходило тяжело.
— Нам не не давали. Нам запрещали. Как доносила до нас мысли Великой Матери королева, желание посмотреть чуть дальше, чем дозволено, крайне опасно. Она утверждала, что погоня за знаниями приведёт королевство к краху. Что будет уничтожена не только она, но и весь эльфийский народ. Она что-то видела… Что такое, что заставило её разделить народ и изгнать тех, кто с ней несогласен. Как рассказывала Нарая Илири, Великая Мать была настолько напугана, что приказала действовать жёстко, если придётся. И лишь благодаря магессе Эларии, кровавую бойню удалось предотвратить. Тогда она была в зените своего могущества. Никто бы не посмел сказать ей слово наперекор. Магесса Элария погрузилась в мысли Великой Матери и попросила сохранить жизни отступникам. Попросила отпустить их. Тогда я был молод, жаждал знаний и противился каждому, кто смел мне что-либо запрещать. Но и я вынужден был подчиниться, когда магесса озвучила желание Матери. Иначе сейчас бы не разговаривал с вами, Серый Ворон.
  
— Магесса Элария — высший маг, это понятно. Но насколько она могущественна? — не скрывая любопытства, спросил я.
— Сложно сказать. Высших магов всего 5. В силе магических знаний, мы все приблизительно равны. А если бы появился ещё хотя бы один великий маг, мы бы узнали. Такое событие, несомненно, нарушило бы баланс… Но меня больше интересует, что расскажете вы, Серый Ворон. Расскажите о своих отношениях с Высшими.
— Честно говоря, ни Нарая Илири, ни магесса Элария мне не нравятся, — откровенно признался я. — И я не имею в виду миловидность. Они очень хороши собой… Но обе настолько надменные, что у меня от них не раз зубы сводило. Ни в грош мужиков не ставят! Магесса ко мне относится так, будто я каждый раз должен разбиваться в лепёшку, чтобы ей угодить. А королева… королева вообще странная. Развела матриархат, а сама мечтает о таком мужике, который бы противился ей… Ну, не противился, а хотя бы не кланялся. Кто вёл бы себя достойно и не заискивал. Короче, хочет видеть властного, уверенного в себе, дерзкого мужика. А не таких, которые в Носс Тауре сейчас обитают.
— Нарая Илири — ученица магессы Элария, — выдал очевидное магистр Женну. — Взгляды одной привиты другой путём долгого промывания мозгов. Но даже королева, от природы обладающая могучей волей, не может сопротивляться желаниям. Она хочет, чтобы рядом с ней стоял тот, кто не только её достоин, но и выше её. В глубине души она презирает тех, кто перед ней преклоняется. Но она всего лишь толковательница мыслей. Она не самостоятельна. Те идеи, которые в её голову вкладывает Великая Мать и поддерживает магесса Элария, приведут расу к деградации и к депопуляции.
— Согласен! — быстро-быстро закивал головой я. — Я так и подумал, когда впервые оказался в Носс Тауре. Там всё перевёрнуто с ног на голову. Мужики могут сражаться и добывать, но не могут изучать магию и принимать решения. Где справедливость?
— Её нет, — усмехнулся магистр. — Потому и появились отступники… А расскажите мне, Серый Ворон, про ваши отношения с ведьмой.
— С ведьмой?
— С Вивиарис.
— А почему вы назвали её ведьмой? Она же волшебница. К тому же прекрасная…
— Прекрасная??? — магистр Женну выпучил чёрные глаза и в следующую секунду захохотал более заразительным смехом, чем смеялся Квантум.
Я неловко поморщился и попытался понять, чего такого странного сказал. Я, вроде бы, с глазами дружу. Всё видел. Видел реально красивую, сексуальную женщину. Пусть даже виртуальную.
— Интересно, — побеждая смех, пробормотал магистр. — В каком облике перед вами, Серый Ворон, предстало это многоликое чудовище… Но не беспокойтесь. В отличие от многих, ведьма верна своему слову. Дав его, она не нарушит. Более надёжного союзника вы вряд ли найдёте, если продолжите удивлять, а не разочаровывать.
Хоть я немного напрягся после слов о многоликом чудовище, всё же соглашался с магистром. Волшебница Вивиарис очень хорошо ко мне относилась. Даже не «минусанула», когда я предложил поддерживать чисто дружеские отношения. Моя репутация с ней удержалась на циферке «4». Не упала. Значит, она не только заинтересована в дальнейших контактах, но и действительно может быть надёжным союзником.
— Я вас уверяю, Серый Ворон, — заметив, что я задумался, добавил магистр. — Когда вам потребуется помощь, в первую очередь идите за ней к ведьме. Но не забывайте, что на всё есть цена. Не будьте дураком и не расстраивайте её. Не отказывайте в маленьких шалостях. Иначе она быстро потеряет к вам интерес и приобретёт интерес к кому-либо другому. Более расторопному.
— Тоже мне психолог, — почти неслышно пробурчал я. — Павел Григорьевич, блин…
Я сразу допёр, что этот прошаренный НПС видит меня насквозь. Знает всё, потому снял с персонажа всю информацию. Но непрошеные советы, мне не понравились. Сначала он называл красотку Вивиарис многоликим чудовищем, а затем предлагал мне не расстраивать это «чудовище». Не отказывать в мелких шалостях. А вдруг реальная Вивиарис — действительно чудовище? Страшная, как атомная война. Вдруг её мелкие шалости заключаются в чём-то большем, чем битва на кровати? Вдруг она обхватит меня своими щупальцами, как Аршарг, засосёт, а потом…. Бррр!
Я натурально так встряхнул плечами — картину мозг нарисовал красочную. Магистр Женну это заметил и улыбнулся.
— Не всё так страшно, как может казаться. Надо думать о перспективе, а не доверять фантазиям. Сами решите, что для вас важнее.
— Ну, спасибо, блин, — опять пробурчал я.
— С шаманом Гриззалом вы не знакомы, я так понял? — он решил перевести разговор на другую тему.
— Слышал только. Сам не видел. Он тоже Высший маг?
— Верно, — кивнул головой магистр. — Высший маг — извечный враг. Враг эльфийского народа… Пришли бы вы в Хушрон, Серый Ворон, вас бы словили и зажарили на медленном огне. Или сварили бы в котле. Всё зависело бы от того, что за блюдо шаман пожелает получить на обед… Но, — он развёл руками. — Вы должны постараться встретиться с ним. Встретиться и заслужить его расположение.
— Зачем?
— Затем, что, возможно, в будущем помощь Гриззала будет полезна. А сам он ни за что не станет с вами встречаться, несмотря на великий к вам интерес. Он — не я. Я не вижу в вас врага, хоть вы видите его во мне…
— Видел, — поправил я. — Уже не вижу.
— Что ж, я рад, — улыбнулся магистр. — Мы быстро добились прогресса… Но шаман орков никогда не пойдёт вам навстречу. Вам придётся пройти большую часть пути самому, чтобы где-то на финише он согласился на вас посмотреть.
— Это всё очень интересно и многообещающе, конечно, — поморщился я. — Но какая мне польза от встречи с вами, магистр? Мы с вами не друзья, хоть я уже рассказал вам всё, что вы просили. Я был честен вами, а вы, кажется, честны со мной. Но к чему наша встреча? Вы решили показать себя и поглазеть на меня?
Магистр тяжко вздохнул. Потом нахмурился. На секунду я подумал, что вместо плюсовых баллов репутации, на которые я напрашивался, он одарит меня минусовыми. Но, как обычно, я оказался неправ.
— Зреет смута, — серая кожа на лице посерела ещё сильнее. — Большая смута. Но даже я пока не вижу, что станет тому причиной. Я лишь чувствую, что смута эта приведёт к катастрофе. Она изменит мир до неузнаваемости. Он прекратит своё существование в том виде, в каком находится сейчас. И, возможно, именно «непосвящённым» придётся стать теми, кто развеет смуту… Серый Ворон, вы знаете кто таков патриарх? Патриарх отступников — Камрал Калири.
  
— Ну, ваш король, наверное, — сообразил я. — Один из моих бойцов выполнил пару его заданий. Он рассказывал… — я неожиданно вспомнил, что рассказывал Рансуман, и нахмурился. — Он рассказывал, что патриарх приказал построить оборонительный рубеж. Построить охранные башни на границах с территориями Людей.
— Совершенно верно, — подтвердил магистр. — Это я ему посоветовал. Посоветовал готовиться к худшему… Но речь не об этом. Камрал Калири — кузен Нараи Илири. Тысячелетняя вражда продолжается по сей день отчасти потому, что брат и сестра поглощены взаимной ненавистью. Ненавидят именно по той причине, что своими поступками оказали негативное влияние на жизнь друг друга. Оба обладали амбициями, магической силой и желанием возглавить эльфов. Но, при великом содействии магессы Эларии, толковательницей воли Великой Матери стала Нарая Илири. Брат это запомнил. Тысячу лет назад он возглавил отступников, увёл их на запад и построил для них новый дом. Но он никогда не забывал о прошлом. Он всё ещё таит в себе эту ненависть. И, я уверен, рано или поздно захочет её расплескать.