Искупление (СИ)
— Ну хоть одна хорошая новость за день.
Глава 3. Не хандри, клан-лидер
Я почти всю ночь не спал. Ворочался на кровати, продолжал общаться с членами клана в своей голове, извинялся перед ними или ругался. Мысли лихорадочно метались, когда я пытался по-другому рассмотреть то или иное развитие событий. В своей голове я даже выбирал вариант, когда, обидевшись на всех, бороздил просторы «двумирья» один-одинёшенек. Стал не кошкой, а вороном, который гулял сам по себе. Я убеждал себя, что мне никто не нужен и что даже в одиночку я смогу добиться большего, чем сможет добиться кто-либо из тех, перед кем я унижался, извиняясь.
Но всё же голос полусонного разума настоял, что я выбрал наилучший вариант. Он мне твердил, что, несмотря на потерю определённой доли уважения, я смог сохранить доверие сокланов. Я смог уберечь себя от гнева Николая и вернулся к той отметке, с которой начинал, — вернулся к стартовой линии. Теперь мне нужно собрать волю в кулак и больше не лажать. Ведь второй подобной истерики мне не простят. Не простит ни Николай, ни ребята.
Когда мы ранним утром все укладывались в капсулы, я чувствовал себя хреново. Но не физически, а морально. Мне казалось, что на меня никто не смотрит, что со мной никто не желает разговаривать. Я чувствовал себя отщепенцем, хотя, вполне возможно, это было не так. Ребята тихо общались, погружаясь в капсулы. И лишь я молчал и старался не смотреть по сторонам. Грудь сжимали странные тиски, и единственное, что я сейчас хотел помимо сна, побыть один. Я чувствовал себя опустошённым и не хотел никого видеть.
В 49 человек мы собрались в клан-холле. Ребята вновь готовы были ударно провести очередной рабочий день. Для них мало что изменилось. А потому сразу в клан-холле они засыпали меня вопросами о том, что сегодня будем делать. Какие у меня планы на сегодняшний день.
Я растерянно развёл руки:
— Не знаю, ребята. Я не знаю, что нам делать. У меня нет планов. Я немного не в своей тарелке, извините.
Олеся хлопнула меня по плечу серокожей виртуальной ладонью:
— Не переживай, командир. Всё будет нормально. Тебе помочь чем?
— Нет, спасибо, Леська. Я просто хочу побыть один. А вы качайтесь, наверное. Все от меня отстаёте сильно. Догоняйте, в общем.
48 пар глаз с пониманием уставились на меня. В глазах некоторых ребят я рассмотрел жалость и сочувствие. А в глазах некоторых даже некую растерянность. Видимо, они тоже понимали, что вновь наладить контакт будет непросто. Хоть лидер клана не остался без клана, он отдалился от клана.
— Ладно. Давайте тогда на кач, — хлопнул в ладоши Искандер. — Соберём желающих, разобьёмся на группы и пойдём искать вкусные локации. Пусть Лёха от нас отдохнёт.
Я благодарно ему кивнул.
Всей толпой мы выбрались из клан-холла и заполонили собой узкую улочку Асилума. И даже вынуждены были подвинуть в сторонку неигрового персонажа в дорогой одежде и в позолоченном плаще. Тот не стал ругать неуклюжих «непосвящённых». Вместо этого полез сквозь толпу, словно ожидал, когда мы соизволим выйти.
— Эй, не толкайся! — воскликнул кто-то из моих бойцов. Но неизвестный НПС даже не обратил внимание на этот вопль.
— Серый Ворон! Серый Ворон! — обратился он ко мне, когда я вышел последним. — Вы мне и нужны.
Нахмурившись, я успел окинуть НПС взглядом и понять, что это королевский курьер. Но прежде чем я присвистнул от неожиданности, тот полез за пояс и вытащил кожаный конверт.
— Это вам, — протянул он его мне. — И мне приказано дождаться вашего ответа.
— Это шо такое? — Квантум едва не перехватил конверт из моих рук.
— Королевский курьер, — прошептал Платон. — От короля письмо, что ли?
Курьер не удостоил его ответом, как будто вообще не замечал тех, с кем у него нулевая репутация. Вместо этого свёл руки за спиной, ожидая моей реакции.
Я покрутил в руках конверт, увидел знакомую печать и опять почесал затылок.
— Ну же! Открывай, Лёш! — начала подгонять меня Силли. — Чего там написано-то?
— Сейчас глянем, — я сковырнул печать пальцем, передал конверт чуть ли не прыгающему рядом Квантуму, развернул письмо форматом А4 и начал читать вслух. — «День добрый, мой дорогой эльфийский друг. Уже прошло так много времени с нашей последней встречи. Слишком много… Скучаете ли вы по мне так же, как я скучаю по вам? Наше знакомство было столь мимолётно, но столь ярко, что я вспоминаю о нём постоянно, желая вновь и вновь пережить эти чудесные моменты. Очень приятно было познакомиться с кем-то необычным. С тем, кто так сильно отличается о тех, кого ты видишь ежедневно. И кто тебе ужасно надоел… Скажите, мой добрый друг, не желаете ли встретиться со мной, чтобы прекрасно провести время? Мы могли бы погулять в королевском саду, проплыть на лодке по реке, вместе пообедать во дворце. А затем, кто знает, может быть мы бы смогли стать ближе друг другу. Обниматься у пахучих деревьев и чувствовать биение наших сердец. Я ещё никого не встречала, кто смог бы так быстро и так глубоко забраться в мою душу. Того, о ком я думаю ежедневно. Я очень надеюсь на нашу скорую встречу и прошу вас ответить взаимностью.
Вы можете передать ответ с моим личным слугой. Или же пройти с ним. Он будет хранить молчание и тайно проведёт вас во дворец, чтобы не попасться на глаза папеньке. Жду вашего ответа, мой дорогой друг.
Подпись: принцесса Амелия Пеппин.»
Закончив читать, на несколько секунд я выпал в осадок. Содержание этого письма было настолько неожиданным, что я просто утратил дар речи.
А затем окрестности Асилума разорвал дружный хохот. Сокланы смеялись громко и открыто. Они никого не стеснялись, тыкали в меня пальцами, словно увидели привидение с моторчиком, и прикрывали рты ладошками.
— Под столом, — еле сдерживаясь, бил себя по коленкам ржущий Квантум. — Лёха, ты своё лицо видел? Ха-ха-ха! Ой, не могу! Виртуальная малолетка домогается Серого Ворона!
— Ну чего ему всегда так везёт? — смеясь вопрошал Буллет, после чего получил по плечу худеньким кулачком. — Нет, ну ты видела? Почему мне любовные письма не пишут королевские особы? Ауч! — добавил он, когда жена врезала вторично.
— Далеко пойдёте, сэр Дон Жуан, — усмехаясь сказал, Дистин, вызвав очередной приступ всеобщего хохота.
И хоть мне было немножко не по себе, смех был слишком заразителен, чтобы ему сопротивляться. Несознательно я ему поддался и тоже начал улыбаться. Письмо оказалось действительно неожиданным, но очень интересным и смешным по содержанию. Никогда ранее — ни в реальной жизни, ни в игре — маленькие девочки не писали мне подобные письма. Пока это письмо я был не готов назвать любовным, но вполне соглашался с весёлыми сокланами, наперебой утверждавшими, что оно весьма перспективно и может далеко меня завести. Дальше даже, чем я могу предположить.
— Да чё вы ржёте? — усмехаясь, спросил я. — Дело ведь в репутации. Разве ж могло быть по другому?
— Видимо, на балу ты произвёл сильное впечатление, — Рубен хлопнул меня по плечу. — Сколько баллов наработал? Признавайся.
— Не помню уже. Два или три…
— Да ну-у-у. Это ни о чём, — подхватил весёлый Квантум. — Дальше придётся куда сложнее, но куда интереснее. А без цём-цём до потолка — до 10-ти баллов — никак не добраться…
— Каков будет ваш ответ!? — вновь вклинившись в нашу толпу и нахмурившись после слов Олега, спросил курьер. Я даже успел предположить, что ему совсем не по нраву ни его миссия, ни наше фривольное обсуждение королевской персоны.
— Подождите немного, — предвосхитив мой ответ, сказал Инскандер. — Дайте посовещаться пару минут.
— А шо тут совещаться? Пусть Лёха идёт и нарабатывает «репу». Ха-ха! А потом нам расскажет, сколько раз пришлось постараться…
Выслушав ремарку Квантума, Вика отвесила ему хороший такой подзатыльник.
— Хватит шутить. Это серьёзно.
— Да шо серьёзного-то? Пусть делает. Делов-то. Интересно ведь, получится ли шо-нибудь.