Искупление (СИ)
Тракт привёл нас к огромным каменным вратам в огромной каменной стене. Подъезжая, я задирал голову всё выше и выше, тужась подсчитать высоту этой стены. И мне показалось, она была высотой с девятиэтажку, где я жил, — под 30 метров.
Дистин наказал нам ждать, а сам на своей невысокой кобылке подъехал к вратам. Я не видел, что он там делал. Я лишь задирал голову и смотрел по сторонам. Однажды мне даже показалось, что на вершине стены я заметил голову в латном шлеме, из-под которого выбивалась рыжая борода. Видимо любопытный страж выглянул, чтобы оценить масштаб угрозы, что стоит пред вратами. Но поскольку угроза оказалась незначительной, он быстро потерял к ней интерес.
Раздался громкий хруст. В середине врат появилась длинная-длинная трещина. Она увеличивалась по мере отпирания врат, превращаясь в щель. Когда эта щель разрослась до коридора шириной в пару метров, открывать врата перестали. В проходе появился невысокий гном, запакованный в сверкающие серебристые доспехи.
— Мифрил не иначе, — тихо прокомментировал Хельвег.
Гном перекинулся парой слов с Дистином, а затем посмотрел в нашу сторону. Убрал забрало, обнажая бородатое лицо с кустистыми бровями и крупным носом, и подошёл ближе. Он крутил головой, изучая исходящую от нас опасность, а потом сконцентрировал на мне всё своё внимание.
— День добрый представителю подгорного народа, — вежливо поздоровался я, когда гляделки немного затянулись. — Можно проехать? Мы по делу, и не будем безобразничать.
Дистин поморщился: ранее он просил меня разговаривать более изысканно, без сленговых вплетений.
— Что вам нужно в Шата Гунде, Серый Ворон? — спросил гном-страж.
— Хочу познакомиться с владыкой Низбадом и заключить взаимовыгодный договор. Вреда подгорному народу я не принесу.
— Слухи о вас и о вашей общине доходят даже до нас, — голос стража зазвучал чуть более спокойно. — Скажу вам честно: владыка Низбад уже интересовался вами. И предупреждал, чтобы мы вам не препятствовали, если вы решите посетить наши земли. Думаю, он будет готов вас принять.
— Спасибо, добрый страж, — поблагодарил я.
— Не забудьте пасть пред владыкой ниц. Так вы продемонстрируете свою покорность и готовность внимать его речам. Иначе он с вами не станет разговаривать.
Сей совет не вызвал у меня энтузиазма. Падать на колени перед очередным важным НПС, мне совершенно не хотелось. Магесса Элария меня бесила, и перед ней пресмыкаться я не стану ни за какие коврижки. Нарая Илири была слишком надменна, но требовала, чтобы перед ней не лебезили и не падали на колени. Так что кланяться ей я тоже не буду. Король Гилберт Пеппин мне понравился. Эдакий умудрённый опытом и жизненными невзгодами мудрец. Перед ним я склонился, хоть он призвал этого не делать, так как я не его подданный. И вот очередной монарх. Монарх, перед которым не только можно, но и нужно ползать на коленях. Но я же не гном. Я ему неподвластен. С хрена ли мне перед ним унижаться?…
— Лёха! Лёха, поехали! Чего застыл? — Дистин похлопал ладошкой по крупу вороного, приводя меня в сознание.
— Поехали, — встряхнул я головой и первым ворвался в двухметровую щель меж створками врат.
От Врат до города было не менее 5-ти километров, как рассказывал давеча Дистин. На наших лошадках это расстояние мы преодолели довольно-таки быстро, совсем не наслаждаясь пейзажем, который нас окружал.
Скакали мы по безжизненной земле. Если попадалось деревце какое, то оно не цвело — оно умирало. Засохшие ветки свисали, кора давно отвалилась, а от листьев остались лишь воспоминания. Я читал, что гномы ничего не выращивали. Ни злаков, ни трав. Всё, что им было необходимо для выживания, они покупали. Покупали дёшево, потому что потребность в руде, угле, закалённом металле и драгоценных камнях у королевств других рас была огромна. Все хотели сотрудничать с гномами. По этой причине гномы сами устанавливали закупочные цены и покупали только у тех, кто с этими ценами соглашался. Но на своей земле они не производили ничего. Они производили под землёй.
Выдолбленный в скале вход в подземный город привёл всех нас, кто ни разу здесь не был ранее, в полный восторг. Казалось, неизвестный гном-художник, мастер обращения с кайлом, сотни и сотни лет рисовал свою картину, доводя её до совершенства. Прямо в центре скалы он вырезал четыре колонны, которые поддерживали тяжёлый потолок. По колоннам спускались красно-чёрные стяги, украшенные золотыми нитями, блеск которых подчёркивали десятки горящих факелов. Перед самым входом, перед самыми ступеньками, на полу цветной мозаикой был выложен лик неизвестного гнома. Борода его, сплетённая в каменные косички, являлась теми самыми ступеньками и словно терялась в тёмном проходе, который приглашал зайти в город. Возле каждой колонны стоял по стойке «смирно» закованный в латные доспехи неигровой страж. И лишь застенчивые «непосвящённые» торговцы по бокам от дороги, что привела нас ко входу, портили картину чего-то величественного. Чего-то такого, над чем дизайнеры корпели не один месяц.
— Внутрь торгашей не пускают, — объяснил Дистин, когда перехватил мой взгляд. — Хоть лэвэл накачали, «репу» ещё не наработали. Ради этого и стараются, привлекая внимание «неписей» хорошим поведением. Вдруг гном какой снисходительно потреплет по щёчке ладошкой. И балл даст мимоходом. Тогда появится возможность попасть внутрь, найти мастера и ремесло подкачать.
— Я мешок хлопка притащил, чтобы пропустили, — признался Хельвег. — Хорошо хоть успел схватить на ауке по дешёвке. Сейчас, скорее всего, они потребуют уже не один мешок, а два.
— Слишком много желающих?
— Угу.
— Ладно, парни, погодите. Дистин, что-куда? — обратился я к гному.
— Вперёд прямо на маунтах. Спускаться глубоко. Спуск спиральный, а потому угол наклона не слишком опасен — не покатимся. И да — лифтов нет. Ехать придётся долго.
И он оказался прав. Мы пустили лошадок шагом. Пересекли ступеньки, и нас никто не остановил. Даже никто не взглянул. Окромя торговцев, конечно. Игроки-тестеры подозрительно косились и не стеснялись громко кричать, интересуясь, что мы здесь забыли. Но мы их игнорировали. Спускались вниз, с помощью Дистина ориентировались на перекрёстках, чтобы случайно не пропустить нужный поворот, и избегали расспросов от игроков-гномов. Те тоже нас узнали, пялились заинтересованно и донимали вопросами.
Спустя минут 40 однообразного каменного пейзажа, постоянно раздражающих слух ударов молотов о наковальню, общего шума и криков, я начал терять терпение. Ехали мы долго, ехали неторопливо. И хоть местные стражи на нас вообще никак не реагировали, как бы разрешая чувствовать себя как дома, мне надоело. Чтобы добраться сюда мы потратили полтора часа.
— Далеко ещё, Димон?
— Это 7-й чертог. Мы почти прибыли. На 7-м чертоге расположен Зал Совета, покои владыки Низбада, ристалище и жилища всяких мастеров-огранщиков. Вот. Нам по той дороге. Смотрите аккуратно! Не свалитесь с моста вместе с лошадками.
Под узенькой дороге, окружённой жилищами гномов в виде каменных коробок, мы гуськом доехали на моста. Он был ещё более узкий и висел над пропастью, без всякого намёка на подпорки. Не говоря о перилах. У моста стояли два стража, которые приказали нам спешиться. Они сказали, что и так слишком велик риск, что до Зала кто-то из нас не дойдёт — случайно голова закружится. А дальше — недолгий полёт на камни 8-го чертога. Я осторожно глянул вниз, но дна так и не увидел — внизу всё тонуло в сплошной темноте.
— Лучше действительно не смотри, — посоветовал Дистин. — Всё равно ничего не увидишь. С 8-го чертога начинаются локации с мобами и отсюда их не видно. Идём, Лёха.
Впереди, подсвеченный огнями факелов, показался Зал Совета. Резные каменные стены охватывали его полукругом. К стенам примостились боевые башенки, откуда выглядывали гномы-арбалетчики. Гномы с пиками в коротких могучих руках стояли в два ряда перед входом. Мы прошли сквозь них, как через строй почётного караула. Но нас никто не остановил. Никто не потребовал документов или сдачи оружия. Нас просто пропустили.