S-T-I-K-S. Сварной 5 (СИ)

— Ха! Да здесь самая лучшая кухня в стабе! Кроме, конечно, Василисиной.
Спустя час, почти впритирку с кушеткой стоял стол, весь заставленный деликатесами и спиртными напитками. В самом его центре, находился большой керамический горшок, полный пельменей с бульоном. И хотя в помещение было не развернуться, четверо друзей кое-как уместились.
Они ели и пили, делились планами по дальнейшим мерам по безопасности стаба, рассказывали анекдоты. Когда уже поздно ночью Отшельник начал сонно клевать носом, а Магистр пытался спеть что-нибудь из репертуара Татьяны Булановой, Маузер поднялся:
— Мужики, пора и честь знать. Утро будет непростым. Сварной, а ты знай — пусть я даже потеряю пост и репутацию, но сделаю всё, чтобы тебя вытащить из этой ситуации. Стол пусть пока стоит до завтрака. По крайней мере, не даст тебе ночью с кушетки упасть.
После ухода гостей, рейдер сразу не мог уснуть. Даже алкоголь, не мог заглушить постоянные мысли о завтрашнем суде. Промаявшись ещё около часа, арестант всё-таки уснул.
Разбудили его конвоиры, которые пришли сопроводить на суд. Одев на Сварного его собственный «Недар», приказали выходить. Арестант с сожалением посмотрел на стол, на котором стояло ещё много вкусного и ограничился двумя глотками живца. Перед покиданием камеры, на запястьях рейдера защёлкнули наручники. Правда, совсем не туго.
Заседание назначили в Дворце Культуры, где все зрительные места оказались занятыми. Люди даже сидели на ступеньках вдоль стен. «Собрались, словно на какое-нибудь зрелище! — с лёгкой злостью подумал подсудимый, но ему тут же стало стыдно: — А может, они все переживают за меня…»
На сцене стоял длинный стол, за которым лицом к залу сидели; Маузер, Отшельник, Магистр, Гор, Юлианна и девушка-секретарь с планшетом. Сварного усадили на табурет сбоку от стола, рядом встали два автоматчика-«эсбэшника». Позвонив в латунный колокольчик, глава СБ взял микрофон:
— Попрошу тишины! И так, товарищи, сегодня у нас состоится судебное заседание, где рассмотрим заявление свежачки Лены, в котором она обвиняет главу Солнечного, Сварного, в изнасиловании.
В зале поднялся густой ропот. Из различных эпитетов, предназначавшихся заявительнице, самым цензурным было слово: «сука». Маузер снова позвонил в колокольчик, затем продолжил:
— Пригласите Лену!
Весенний вывел из-за кулис блондинку. Причём тащил её за локоть несколько грубовато. Поставив между столом и залом, затем прикрепил к её синему халату микрофон-прищепку и отошёл. Ропот поднялся громче прежнего и подсудимому вновь стало стыдно, что он вначале обозлился на пришедших жителей стаба.
— Давай, излагай всё по порядку! — сказал глава СБ, после того как шум стих.
— С того момента, как за мной пришли в магазин? — робко уточнила Лена.
— Нет! Как вошла в кабинет главы.
— Меня туда привёл Магистр. Вон, который здесь сидит. Когда он вышел, Сварной набросился на меня…
— Дальше! — рявкнул Маузер, когда пауза затянулась.
— Он толкнул меня на диван, стянул трусы и сразу же вошёл.
Ментаты переглянулись и сделали авторучками пометки в листах бумаги, которые лежали перед ними.
— Ты сопротивлялась, кричала? — продолжил судья.
— Да, конечно! — воскликнула блондинка. — Но, он меня не отпускал…
— Ты приняла от него в дар красную жемчужину?
— А какое сейчас это имеет дело?
— Самое прямое. Ведь после этого ты подтвердила, что претензий к Сварному не имеешь?
Бросив короткий взгляд на Отшельника, Лена вздохнула:
— Да.
— Круто! — раздался из зала женский голос. — Я бы за красную, тоже ноги раздвинула бы!
— Да тебя за споран, никто трахать не будет! — ответил мужской голос.
— Замолчите! — гаркнул глава СБ. — Продолжим. Ты подтвердила, что претензий к Сварному не имеешь. Так зачем заявила на него?
— Мне стало обидно.
— За что?
— За то, что поимели без согласия.
— Сварной просто перепутал тебя со своей женщиной.
— Это не снимает с него вины.
— Уж позволь мне установить степень его вины.
— Да что тут неясного! — послышался в зале тот же самый женский голос. — По-любому он будет не виноват! Вы же — друганы!
 
— Торпеда, встань! — выкрикнул Маузер.
С пятого или шестого ряда, поднялась полная женщина в сером замусоленном халате, с грязными и сальными чёрными волосами, стянутыми в короткий хвост на затылке. Вперив в судью взгляд, она дерзко поинтересовалась:
— Ну, какие вопросы?
— Чтобы ты заткнулась! — рассерженно ответил глава СБ.
— Уж и слово вставить нельзя!
— Если услышу ещё хотя бы одно — будешь месяц вкалывать в штрафной команде! И я слов на ветер не бросаю! А вообще, пошла вон отсюда! И побыстрее!
Молча словно рыба, явно испуганная Торпеда стала протискиваться из ряда. Маузер повернулся к ментатам:
— Есть какие вопросы к заявительнице?
Мужчины развели отрицательно покачали головами, а Юлианна подняла руку:
— Лена, скажи: ты испытывала удовольствие во время полового акта?
— Вы смеётесь⁈ — гневно выкрикнула блондинка. — Разве можно испытывать удовольствие, когда тебя насилуют?
— Так — да, или — нет?
— Нет!
— Сварной порвал на тебе что-нибудь из одежды?
— Э-э… Пуговицы у халата. Я их вечером обратно пришила.
— Вопросов больше не имею.
Ментаты передали свои листы бумаги секретарше и та, сверяясь с записями в них, принялась печатать в планшете. По завершении, протянула гаджет судье. Тот внимательно прочёл текст и объявил:
— Поскольку практически по всем вопросам кроме одного, заявительница солгала, а также то, Сварной действительно перепутал её со своей женщиной, объявляю Сварного невиновным!
— А чо, неплохо! — послышался из зала мужской голос. — Надо тоже пойти какую-нибудь бабу трахнуть, а на суде сказать, что перепутал!
— Кряк! — выкрикнул глава СБ. — Объявляю тебе две недели штрафной команды!
— Маузер, ты офигел⁈ За что?
— Месяц штрафной команды! Прямо с этого момента! Бегом в комендатуру!
Поднявшись во втором ряду, к выходу стал протискиваться мужичонка, по внешнему виду которого было ясно, что он любит «закладывать за воротник».
— Освободить задержанного!
Автоматчики сняли со Сварного наручники и «Недар», а судья продолжил:
— Поскольку со стороны заявительницы был осуществлён поклёп, я обязан её осудить! Думаю, будет справедливым, если это сделает глава Солнечного.
Товарищ знаком подозвал бывшего арестанта к себе и вручил микрофон. Сварной повернулся к блондинке. От его взгляда, та сжалась и опустила глаза. Выдержав паузу, рейдер заговорил:
— Карать я тебя не буду, но чтобы твоей ноги, в нашем стабе больше не было! Вали куда хочешь, хоть в Колонию, хоть в Зелёный, а можешь ещё куда подальше. Причём сегодня же. Поэтому прямо сейчас иди на КПП и жди попутной колонны.
— Ну, вот и определились, — вернул Маузер микрофон. — Конфетка, ты что-то хотела? Говори!
Молодая шатенка с длинными пышными локонами, тянувшая руку вверх, поднялась. Немного смущаясь, поинтересовалась:
— А можно узнать, на какой единственный вопрос, заявительница ответила правильно? Мне просто любопытно.
— Там где Сварной толкнул её на диван, — ответил глава СБ. — Ты удовлетворена?
— Практически.
— На этом судебное заседание объявляю закрытым!
Под бурные рукоплескания, Сварной принял поздравления от товарищей, Марианны, от бойцов-«эсбэшников». Повернувшись к залу, поклонился до пояса. Когда в сопровождении Отшельника вышел из ДК, его уже ждала Лариса.
— А почему ты не была на заседании? — поинтересовался глава Солнечного. — Не пожелала посмотреть на насильника?
— Дык, опасно же, — улыбнулась женщина. — Вдруг и меня с кем-нибудь перепутаешь?
— Я тебя никогда и ни с кем не перепутаю. Но, пошли к тебе.
— Даже не знаю. У тебя теперь такая репутация. Шучу-шучу!
— Есть хочу, как молодой рубер.
— Да, представляю, какой тебя баландой в камере кормили.