Краткий курс ошибок и их решений (СИ)

========== 1. Слизеринец ==========
Очередное утро в Хогвартсе вышло совершенно обыденным и неинтересным. Лишь вторая неделя учёбы, а Риду казалось, что прошло, как минимум, полгода. За окном стояла замечательная погода, и учиться не хотелось совершенно.
Гэвин отвернулся от манящего солнца и широко зевнул, не прикрывая рот рукой, за что сразу же получил в бок болезненный тычок от Тины.
  
— Что? — молча спросил Рид, приподнимая брови, и подруга так же молча закатила глаза в ответ.
Ну не виноват же Гэвин, что от монотонного голоса профессора Бинса клонит в сон, сама же зевала минуту назад, — он готов поклясться.
Рид с силой потер веки и обвёл скучающим взглядом с последней парты всех присутствующих, сразу же получая в ответ тонну яда. Он ненавидел пары со Слизерином, особенно такие нудные. Лишь пара человек действительно что-то записывала, остальные же откровенно спали или тихо переговаривались. Была ещё отдельная каста новообретенных парочек среди учеников, которые то и дело хитро друг другу улыбались в перерывах между поцелуями, которые все старались не замечать, и держались за руки под партой.
Просто фу.
Гэвин не хотел бы встретить свою судьбу среди сокурсниц, проведя последние года в школе в розовом тумане. Хотя это было, конечно, редкостью, но шестой курс с этим почти обязательным выбором… Гэвин снова перевёл взгляд на слизеринцев и снова широко зевнул - замкнутый круг, затем молча показал средний палец ненавистным змеям и решил все же вести конспект. Разобраться с кем-нибудь из них, недовольных его рожей, он успеет после.
На самом деле «разобраться» в понимании Гэвина это кидать ответные злые взгляды на стол Слизерина, под тихий смех Тины.
— До сих пор не понимаю, что ты тут делаешь, — рассмеялась девушка, когда Рид во время ужина проливает на себя сок, засмотревшись на особенно бесячего слизеринца.
— Учусь? — недовольно пропыхтел, отряхивая мантию от капель и проклиная весь факультет Салазара.
— Вот именно! Все же твои на Слизерине учились… Бля, он идёт сюда.
— Как говорят, в семье не без урода, — отчеканил голос позади Рида, и Гэвин снова пролил на себя сок, оборачиваясь, когда ему на плечо легла тяжелая ладонь. Больно.
— А… это ты, что надо?
Гэвин тихо выдохнул: он немного боялся этого парня, но это все равно не мешало им постоянно переругиваться, точнее, унижать его Ричарду.
Ричард Карр, тот самый сын маминой подруги — лучший во всем и везде, а на летних каникулах постоянно следящий за Гэвином вместо няньки все эти годы, пусть они и друзья.
Друзья. Ну да. Лучшие друзья, как считает вся родня. Закадычные, блять.
Их мамы дружат всю жизнь, кажется. Семья Ричарда является частым гостем в особняке Ридов, да наоборот. И все бы хорошо, вот только Гэвин уродился таким, что нарушил вековые традиции семьи и пошёл не в Слизерин, как брат, отец, дед, прадед и так до седьмого колена левой пятки правой руки, а попросил, в буквальном смысле попросил, шляпу отправить его на Гриффиндор.
Плевать он хотел на традиции, чистоту крови и прочий бред. Идти по стопам отца и брата? Нет уж, увольте. Лучше уж Гриффиндор и мечта стать колдомедиком, что совершенно не вписывалось в каноны его семьи о светлом будущем.
Когда родители узнали, куда он поступил… Вот шуму тогда было, отец даже в школу приходил и клялся сжечь чёртову шляпу, ведь его сын не может учиться на гадском Гриффиндоре. Директор школы Джеффри Фаулер с приятной улыбкой выслушал его, даже чай предложил, пока отец плевался ядом, как подобает слизеринцам, и с такой же улыбкой возразил, что с факультетов у них не переводят, и подмигнул поникшему было Риду.
С тех самых пор, а прошло почти шесть лет, Рид является отщепенцем своей же семьи, на которого перестали возлагать всякие надежды, ну и ладно, зато Элайджа у них прекрасный. В свои двадцать три уже работает помощником министра магии и все пророчат ему светлое будущее. Гэвина же в этом году назначили префектом Гриффиндора, к удивлению всех, потому что в учебе не блистал, в команде по квиддичу не состоял, и в принципе его не отличало ничего, кроме громкого голоса, которым он поливал грязью змей, и невыносимой тяги к зельеварению и травологии.
Рука сжалась на плече сильнее, и Рид выматерился сквозь зубы.
— Твой декан, — Ричард скривился, будто перед ним валялся разложившийся трупик соплохвоста, — поставил тебя в пару со мной на вечерние дежурства. Сегодня в девять около большого зала, не опаздывай. И повяжи галстук, — наклонился, сжимая плечо ещё сильнее и опыляя мятным дыханием, — ты все-таки староста. Хотя, на таком факультете я бы этим не гордился.
Когда Ричард ушел, зыркая на всех, как василиск, Тина и Гэвин одновременно выдохнули. В этом парне не было абсолютно ничего особенного, помимо его чистейшей крови и богатых родителей, но все… уважали его, а Рид так и вовсе боялся, как огня. Было в этом Ричарде что-то скользкое и непонятное, воистину слизеринец. Хотя до третьего или четвертого курса они вполне себе сносно общались. Это потом уже Ричард, как сказала Тина, словил звезду в лобешник и перестал обращать внимание на Гэвина, разве что изредка источая ароматы яда в его сторону.
В открытую конфликтов у них не возникало никогда, но напряжение висело над Ридом дамокловым мечом, стоило ему лишь заметить присутствие Ричарда рядом.
Для семьи они так же летом «весело» проводили время вместе, а именно: Гэвин садился в кресло и читал книги, пока Ричард в этой же комнате ворковал со своей девушкой Хлоей. И так почти каждый день просто в разных локациях. Замечательные каникулы, ничего не скажешь.
Нельзя согласиться с тем, что он терпеть не мог Карра, ему было просто неприятно, и все. Показательная дружба шла на пользу только настроению их родителей, как принято в чистокровных семьях, но Гэвину хотелось от этого лишь блевать.
Гэвин вздохнул и дернулся от призрака этого прикосновения, сжал кулаки под столом и попытался откашляться, но в горле стоял комок. Тина сделала вид, что не заметила состояния Рида.
— Зная твой характер, не представляю, как ты держишься, чтобы не вломить этому придурку, — фыркнула, пока Гэвин медленно растирал ноющее плечо. Зоркий глаз подруги мгновенно считывает всю информацию, не зря ее назначили префектом девушек. — Что с тобой? Он тебе что-то сделал? Гэвин?
Гэвин сощурился и отрицательно помотал головой, ероша волосы. Улыбка на собственном лице кажется искусственной, но так лучше, пусть он сам будет переживать, втягивать в это Тину не стоит.
— Да что мне этот индюк сделает, — захохотал и подхватил девушку под руку, — просто я повзрослел. Прикинь?
— Неужели? — Чень так же взяла его под руку и игриво клюнула в щеку.
— Ты вырастила из меня настоящего мужчину! Смотри, какие дряблые мышцы и пухлые щеки! — и снова громкий смех, показательный даже, такой смех называют смехом висельника.
Ричард ничего не сделал. Нет. Он и сам не может этого понять, ведь раньше и дня не проходило, чтобы они не цапались, а теперь Гэвину что-то не даёт открыть рот и выдать очередную колкость, будто генератор идей для обзывательств перестал работать. Теперь в животе появляется странная пустота при виде слизеринца, и ладони начинают потеть, и хочется развернуться и уйти, чтобы не чувствовать всего, и этот нервный смех, преследующий его. Да ну и ладно. Он подумает об этом позже.
Гэвин немного замедлил шаг, чувствуя некую слабость в теле, которая преследует его больше недели, и помахал Тине на прощание, а сам устало прислонился к стене. Надо бы сходить к колдомедику, но каждый раз он просто забывал об этом. Немного отдохнув, Рид поправил сумку на плече и поспешил на очередную пару, так и не заметив коршуном следящих за ним глаз.
  
========== 2. Зелье ==========
Гэвин бежал, как угорелый, чуть не проехав подбородком прямо перед острыми мысками начищенных до блеска туфель. Остановился, почти врезавшись в человека, и облегченно выдохнул, чувствуя, как его держат за локоть, не давая упасть.