Звезды в моих руках

– Вот хорошее место. – Аля поднимает наши руки и указывает ими на кафе посреди бесконечного коридора.
Из него доносятся разговоры, смех и запах крепкого кофе. Мы располагаемся за столиком, официант приносит меню и сообщает, что вернется, когда будем готовы.
– Давай разделим счет? – предлагает Аля. Приподнимаю брови, и она добавляет: – Я ведь не ради еды пришла на свидание. А еще я хочу узнать тебя поближе, Жора. – Она неловко смеется, я отвечаю ей тем же.
  
– Как скажешь.
Листаем меню, обмениваемся взглядами и пересаживаемся на двойной диванчик. Аля держит меню перед нашими лицами. Обсуждаем блюда, рассматриваем фотографии и цены. Она не знает, что у меня много денег, а я не хочу рушить момент. Ее нога случайно касается моей. Неловкие улыбки, неумелое кокетство с ее стороны, чуть сбитое дыхание с моей. Меню закрывает нас от официантов и посетителей. Идеальный момент, чтобы поцеловать ее…
– Вы уже выбрали? – Идиллию нарушает официант.
Так бы и дал ему пинка!..
– Да. – Аля кивает, улыбается, протягивает ему меню. – Принесите, пожалуйста, два фруктовых салата и черный чай.
– Спасибо за заказ, доставлю блюда в течение пяти минут. – Официант забирает папку и уходит.
Атмосфера интимного уюта испаряется, и нам с Алей становится неловко. Рассаживаемся по стульям, смотрим друг на друга.
– Мне нравится твое платье, – говорю Але, чтобы завязать разговор.
Ненавижу молчание, вызванное стеснением; оно заставляет задыхаться в собственных сомнениях и комплексах.
– Я рада. – Ее щеки краснеют, словно наливные яблочки. – А мне твоя футболка тоже нравится. Да…
– Купил на распродаже, забрал последний экземпляр, – говорю не всю правду.
Это дизайнерская вещь из лимитированной коллекции. Когда мы с матерью ездили в Милан, где она в очередной раз подцепила нового мужика, я ушел из отеля и бродил по магазинам. В одном проходила демонстрация новинок известного модельера. Деньги – единственное, чем мать может оправдать свое отвратительное отношение ко мне.
– А мне на распродажах не везет. Только хочу купить вещь, как ее кто-то перехватывает.
– Закажи что-нибудь уникальное, – предлагаю я. – У меня есть знакомый, работает портным. Можем как-нибудь сходить к нему, чтобы он снял мерки.
– А сколько обычно стоит его работа? – Аля заправляет прядь волос за ухо и отводит взгляд. – Я… просто я знаю, что ручная работа стоит дороже магазинной одежды, а у меня нет денег.
– Это будет подарок тебе от меня. Мы ведь официально встречаемся? – Теперь я беру Алю за руку. – Скажем, на наши полгода?
– Ой, я так далеко еще не заглядывала. – Она смущенно хихикает. – Нет. Пожалуйста, не думай об этом, ладно? Мне будет слишком неловко. Лучше скоплю денег, когда начну работать, и сама куплю.
Официант приносит заказ и желает приятного аппетита. Отвечаем вежливостью, съедаем салаты и запиваем чаем. Расплачиваемся и уходим гулять по торговому центру. Мимо проплывают ювелирные островки, манекены с одеждой и сумками.
– Ой, мне нужно отойти в дамскую комнату, – говорит Аля. – Подождешь?
– Конечно, беги. – Провожаю ее взглядом.
Ее телефон в моем кармане вибрирует. Достаю и смотрю на экран. «Розочка». Когда она перестанет мне докучать? Сбрасываю звонок, случайно задеваю кнопку разблокировки. «Не удается распознать отпечаток пальца, введите ПИН-код». Четыре точки. Год рождения? День и месяц? Ввожу несколько пришедших на ум дат, проваливаю попытки. Что я делаю? Это же не мой телефон, а я – не моя мать. Я не буду шпионить за девушкой, которая мне нравится. Убираю смартфон в карман, подхожу к витрине ювелирного островка. Может, купить ей что-нибудь? Подвеску, кольцо? Нет, еще рано. Я даже размера ее пальцев не знаю.
– Заждался? – Аля оказывается рядом. Улыбаюсь и качаю головой. – Куда пойдем теперь?
Плана у меня нет, но это не мешает изображать обратное. Веду ее к батутам, откуда доносятся детские визги.
– Знаешь, батуты ведь тоже аттракционы, – осторожничает Аля. – Они могут сдуться в самый неподходящий момент. Я видела, как из-за одного такого пострадали дети…
– Не переживай. – Я обнимаю ее за плечи. – Это место очень популярно как раз потому, что здесь перед открытием всегда проверяют безопасность.
– Откуда ты знаешь?
– У меня тут друг работал, рассказывал, что все строго. – Подвожу Алю к батуту.
– А если… – Она переминается с ноги на ногу, пока я снимаю обувь.
– Если что-то пойдет не так, я тебя спасу. – Захожу на батут и протягиваю ладонь. – Ты мне доверяешь?
Аля смеется:
– Ты что, Аладдин? – И берет меня за руку.
Помогаю Але забраться на батут, и мы проходим внутрь, держась за руки.
– Знаешь, Аладдин обманывал Жасмин, пытаясь произвести на нее впечатление. Ты ведь не такой?
– Нет. Мне не о чем врать. Я ведь рассказал тебе про аллергию. Надеюсь, ты не положишь мне в еду шоколад, когда мы будем жить вместе? – отвечаю шутливым тоном.
Повисает молчание. Лицо Али серьезное.
– Я пошутил. – По-дурацки широко улыбаюсь. – Забудь, что я сказал, ладно?
Аля привстает на цыпочки и обнимает меня за шею.
– Я бы очень хотела жить с тобой, – шепчет она. – Скажи, что не откажешься от своих слов?
Она жмется ко мне и дрожит, как испуганный кролик, пока его везут в новый дом. Я обнимаю ее за талию.
– Не откажусь. Мы будем жить вместе.
После череды хороших событий всегда приходят плохие. Едва я включаю в прихожей свет, как рядом с моей головой разбивается тарелка. Осколки отскакивают и сползают по пальто на пол.
Мать стоит в кухонном проеме. Ее волосы мечутся змеями, как у Медузы горгоны, в глазах сверкают молнии. Несильно пахнет водкой. Она не напивалась, приняла примерно стопку-две.
– Где ты шляешься, ублюдок? – рявкает мать. – Ты должен был быть дома три часа назад!
– Комендантский час начинается в десять, а сейчас еще без пятнадцати…
Мать берет мое лицо в ладони, заставляет смотреть ей в глаза и вдыхать запах водки.
– Ты думал, я не узнаю? – Мать достает мой старый телефон и вертит им перед моим носом. – Ты должен носить его с собой! Ты должен всегда отвечать на мои звонки!
– Я уже взрослый… – Мои возражения звучат слабо, голос подавлен, из него сочится неуверенность.
– Ты не зарабатываешь себе на жизнь, это я тебя кормлю и одеваю. А ты платишь мне тем же, чем отплатил твой отец! Этот урод! Мало того, что ты внешне на него похож, так еще и ведешь себя точно так же. Не дай бог у тебя тоже завелась какая-то су…
– Хватит! – вскрикиваю, не выдержав. Виски и горло сжимает, дышать тяжело. – Остановись. Я – не мой отец, ты же это знаешь!
– Убирайся. – Мать пихает мне в руку смартфон. – Чтоб глаза мои тебя не видели до следующего утра.
  
Глава 19. Аля
 
Только заваливаюсь на кровать, как телефон начинает звонить. Принимаю видеозвонок, вытягиваю руку, чтобы Роза видела мое лицо, и получаю шквал вопросов:
– Почему не перезвонила? С тобой все в порядке? Эй, ты хоть знаешь, как я волновалась?!
– Полегче, – со смехом отвечаю подруге. – Я дома, все хорошо.
– Так чего не ответила?
– Я же на свидании была…
– Так я потому и звонила! Хотела знать, как ты там держишься. – Роза сидит, прижавшись спиной к подушке, и ест разноцветных мармеладных мишек. – Давай рассказывай.
– Мы гуляли по торговому центру, поели фруктовый салат, почти попрыгали на батуте.
– Почти?
– Ну да. Там кое-что произошло, поэтому мы просто…
– Целовались?!
– Обнимались.
Закрываю глаза, воспроизвожу момент в памяти. Не хочется рассказывать об этом Розе. Не из вредности. Я раньше от нее ничего не скрывала. В объятиях с Жорой было что-то интимное, понятное только нам двоим. И те слова, что он мне сказал, я хочу сохранить в секрете до определенного дня. Мне стоило бы сдержаться, но в тот момент я вспомнила, как грызутся родители, как в доме висит напряжение, давящее, едва переступаешь порог, и мне захотелось сбежать. Я могла бы напроситься жить к Розе, и родители наверняка согласились бы меня к ней отпустить. Но Роза – моя подруга, я не буду жить с ней вечно, а Жора – тот, за кого я однажды могу выйти замуж.