Фобия (ЛП)

Заметив свою одноклассницу Юнис, которая работает в офисе во время классного часа, я подхожу к стойке. Ее отец – начальник полиции, так что, если кто и будет в курсе полицейской активности в школе, так это эта маленькая сплетница.
— Юнис, — шепотом зову я ее, пока она стоит, раскладывая бумаги по стопкам, и поворачивается ко мне со сдержанной улыбкой. — Что происходит? — беззвучно произношу я, кивнув головой в сторону только что пройденного мной кабинета.
  
Ей нравится этот вопрос. Нравится сила знания. Обычно я нахожу это раздражающим, но теперь, когда речь идет о мистере Кейде, мое любопытство слишком велико, чтобы это имело значение.
Втянув нижнюю губу, она улыбается и быстро взглянув по сторонам подходит ко мне.
— Лайла Чемберс была найдена мертвой сегодня утром, — сказала она тихим голосом. Юнис наслаждается этим моментом. — Слышала, как папочка говорил маме, что ее выбросили в той же части леса, что и Джемму.
В последний раз я видела Лайлу три дня назад. Она уходила из общежития с группой друзей, когда я возвращалась с последнего урока.
— Собираешься на Коб-стрит на ту вечеринку, о которой все болтают без умолку? Никогда. Не. Вернешься. Обратно, — она даже говорит как настоящая сплетница, с этой странной интонацией, которую она добавляет для драматизма.
Игнорируя это, я сосредотачиваюсь на полученной информации, которую она только что разболтала. Джемму тоже убили после посещения вечеринки.
— Зарезали?
Она зажимает обе губы и качает головой.
— Это было ужасно, — еще один скрытный взгляд, и она наклоняется ближе, ее дыхание немного обдувает мое ухо. — Ее изнасиловали ножом. И обезглавили.
Невидимая боль пронзает мои бедра, прежде чем я вытесняю этот образ из головы. Как же это ужасно. Думая о Лайле, надеюсь, что последнее произошло до первого.
— Подозревают, что это один и тот же парень?
— Да. У нее была красная лента, завязанная на бедре, как и у Джеммы.
Как мне стало известно из прочитанных книг, в прошлые века красная лента служила знаком проституции. Непонятно, несет ли она такой же смысл для монстра, преследовавшего этих девушек.
— Но головы нет, — продолжает она. — Ее не могут найти.
Черт, этот тип что ли шел от меньшего к большему – от изнасилования ножом до полного обезглавливания?
— Боже, — я вновь бросаю взгляд на мистера Кейда. Мысли возвращаются к тому дню, когда я отправилась на поиски идеального места для чтения в кампусе. Однако они внезапно прекратились, когда я увидела его без рубашки за Спортивным Центром имени Дугласа, швыряющего ножи в дерево. Я пряталась в кустах, наблюдая за ним как настоящий сталкер, пока он метал эти лезвия с такой точностью, что я не могла понять, в восторге я или в ужасе.
Каюсь, он привлек меня с того момента, как приехал в школу на своем гладком черном мотоцикле, как зловещий рыцарь в блестящих доспехах, а увидев его на природе со всеми этими татуировками и мышцами… Мое сознание окончательно помутнело.
Но что, если есть какая-то странная связь между ним и теми девушками? Он, несомненно, искусен в обращении с ножами. Невероятно привлекательный, с ноткой «не подходи близко», которую, черт возьми, почти каждая девушка не желает соблюдать. И, что особенно важно, он появился в школе всего пару месяцев назад. Тело Джеммы было найдено примерно за месяц до этого. Может, полиция здесь, потому что у них есть какие-то доказательства против него?
Нет, невозможно. Как сказала миссис Галлахер, она проводит тщательные проверки. Потенциальным сотрудникам не позволяется иметь даже незначительное нарушение в их прошлом, иначе им отказывают, как опасных преступников. Я слышала, что до мистера Кейда она отказала кандидату с дипломом Йельского университета из-за ДТП в его студенческие годы. Нужно быть чертовым мастером, чтобы что-то скрыть от этой женщины.
Мои мысли прерывает вопрос Юнис.
— Эй, ты не хочешь погулять на выходных?
Из-за ее странностей и небольшой доли нарциссизма у нее не так много друзей в «Светлых Горизонтах». Ее манера поведения никогда меня особо не беспокоила, но она бы точно не ужилась с моей подругой Мариссой, которая приедет на выходные.
Раз в месяц у нас есть возможность пригласить друга на ночевку, и я с нетерпением ждала встречи с ней, так как планы посетить мою сестру на рождественские каникулы сорвались.
— У меня в эти выходные приезжает подруга из родного города. У нас уже есть планы, — господи, возможно ли говорить еще более сухим тоном?
Легкая улыбка на ее лице угасает, и она резко пожимает плечами.
— Ладно, тогда мне пора возвращаться к работе, — Юнис отходит к стопке бумаг, которую раскладывала.
Не удосуживаясь еще раз взглянуть на мистера Кейда, я выхожу из офиса.
Глава 2
Потрепанный седан въезжает на полукруглую дорожку. Я не могу сдержать улыбку и ускоряю шаг к водительской двери. Прежде чем я успеваю дотянуться до ручки, Марисса выскакивает из машины и бросается ко мне с медвежьим объятием, выбивая весь воздух из груди. Это объятие напоминает мне дом.
Мы знакомы с четырех лет, ходили вместе в детский сад, но, когда ситуация с моей мамой ухудшилась, и я оказалась здесь, я боялась, что мы потеряем связь. Марисса – единственная подруга, которая на протяжении всех этих лет старалась поддерживать со мной контакт. Наверное, моя единственная настоящая подруга.
Наконец она отпускает меня и открывает заднюю дверцу, чтобы достать маленькую спортивную сумку, перекидывая ее через плечо.
— Так что случилось? Думала, ты должна была поехать в Дракадию навестить сестру.
Я веду ее по бетонным ступенькам к моему общежитию и отвечаю неохотным стоном, придерживая дверь.
— Ребенок случился. Интрижка моего отца наконец-то произвела на свет демоническое дитя за неделю до того, как я должна была сидеть в поезде, так что Лилия уехала в Ковингтон им помогать.
Марисса смеется, проходя мимо меня в фойе.
— Полагаю, ты не в восторге от демонического дитя.
— Я вообще не люблю детей, а уж ребенка от отцовской интрижки тем более, — проходящий студент бросает на меня неодобрительный взгляд, но я продолжаю жаловаться. — Как будто он не мог удержаться, да? Серьезно, Каллахан? — наша соседка, которая не упускала возможности заигрывать с моим отцом на каждом углу, даже когда моя мать была еще жива. — Кажется, она только и ждала, когда мама умрет, чтобы заманить его и привязать к себе ребенком, — я нажимаю кнопку вызова лифта, злость вновь вспыхивает во мне.
— Так ты вернулась в Ковингтон вместо поездки к Лилии? — лифт открывается, и я завожу Мариссу внутрь вместе с несколькими студентами.
— Конечно, нет. Я не хочу иметь ничего общего с этим ребенком. Не понимаю, зачем Лилия поехала туда, но я осталась здесь. Без понятия, почему она так добра к нему. Он неудачник. И такой… тупой. Мы и так еле сводим концы с концами. Зачем нам еще один лишний рот?
Лифт останавливается на моем этаже, и после короткой прогулки по коридору мы доходим до моей комнаты.
Сжимая глаза, я качаю головой.
— Прости. Больше никаких разговоров о проблемах, обещаю, — я открываю дверь в свою одноместную комнату, которую мне удалось получить после того, как моя соседка по комнате уехала в прошлом семестре.
— Ничего страшного. У меня дома тоже все плохо. Папа снова начал пить, так что… ты знаешь, как это бывает, — Марисса бросает свою сумку на пол возле моей кровати и плюхается на стул у моего письменного стола.
  
— Это ужасно. Как долго он продержался на этот раз? — я беру свою бутылку с водой с тумбочки и опираюсь на стену рядом с плакатом Arctic Monkeys.
Она вздыхает, закатывая глаза.
— Он был трезвым примерно два месяца, три дня и пять часов. Поверь, я бы предпочла слушать твои семейные драмы, чем находиться дома.