Назови это чудом

Представление началось, прожектор залил сцену золотым светом. Как будто в яркий солнечный день на поляне резвилась Персефона, чью партию танцевала, конечно, Лорел. И когда неожиданно появился Аид, схватил нимфу и понес вниз, к красным огням подземелья, девушке даже не пришлось изображать испуг. Лицо Стивена, игравшего владыку теней, выглядело поистине дьявольским.
Танец Персефоны-Лорел был отчаянным и страстным, она металась в царстве Аида, пытаясь достичь лестницы, символизирующей путь на свободу. Но все напрасно. Беспомощная, обессиленная, она словно оцепенела.
Затем вниз спустилась Барби, принесшая ультиматум Зевса — отпустить пленницу на волю при условии, если она ничего не съела во владениях Аида. Тут Стивен должен по сценарию протянуть Лорел-Персефоне плод граната, соблазняя ее. Вместо того Стивен грубо схватил Лорел в объятия и поцеловал. Остальные участники представления, забыв свои роли, наблюдали за этим с открытыми ртами. Но Стивен нисколько не беспокоился о нарушении сценария и продолжал целовать Лорел безжалостно и страстно, словно наказывая ее, как в первый вечер их встречи. К собственному удивлению, Лорел тоже совершенно забыла о роли и вернула ему горячий поцелуй, упиваясь внезапной вспышкой. В тот момент ее единственным желанием было стать действительно Персефоной и провести с Аидом половину своей жизни.
Затем к ней вернулось чувство реальности, она вырвалась из его рук.
Что происходило дальше, Лорел помнила с трудом. Она автоматически двигалась и совершенно механически выполняла все, что положено ей по роли, до тех пор пока представление не завершилось и публика не разразилась аплодисментами.
Антея все еще не вернулась, и Лорел не спрашивала о ней, внезапно осознав, что ее отсутствие — часть хитроумно задуманного плана. Она хотела, чтобы сама Лорел исполнила главную партию вместе со Стивеном, видимо надеясь на какой-то невероятный результат своей бессовестной интриги.
Все участники представления отправились в дом, чтобы переодеться. Стивен исчез, как будто его поглотило подземное царство. Губы Лорел все еще болели от поцелуев, и ей совершенно не хотелось лицом к лицу встретиться с кем бы то ни было, пока все внутри нее не уляжется. Она выждала время и тихо проскользнула в дом через боковую дверь, к счастью, никого не встретив по пути.
Лорел спешно сменила тунику из золотистого шифона на изящное белое платье, поправила макияж и причесалась, затем спустилась в холл по главной лестнице, чтобы найти Неда, которого надеялась уговорить сразу отвезти ее домой.
Из гостиной доносились взрывы смеха и оживленные голоса. Девушка как раз собиралась с духом, чтобы заглянуть туда, когда услышала за спиной шаги.
Кто-то шел по коридору, ведущему в личные апартаменты Стивена.
— Вы уделите мне несколько минут, мисс Шеннон? — послышался спокойный голос Роберты Фрэнсом.
Лорел обернулась. Женщина выглядела необыкновенно красивой и элегантной, ее пронзительные зеленые глаза сверкали.
— На террасе гораздо прохладнее. Может быть, выйдем туда?
Лорел молча кивнула головой. Она чувствовала себя совершенно опустошенной после столь эмоционального выступления и с трудом находила в себе силы двигаться или разговаривать.
Девушка последовала за Робертой на террасу, куда лился свет из окон дома, но сад позади них выглядел мрачным и пустынным, вокруг царила тишина.
Роберта остановилась у перил, закурила, потом смяла и выбросила сигарету.
— Я не собираюсь произносить речей, — твердо сказала она. — Тем более вдаваться в детали того, что прошу вас сделать. Вам самой все слишком хорошо известно. Намереваетесь ли вы избавить Стивена от жалкой пародии на помолвку, в которую вы втянули его?
Лорел оперлась рукой о колонну. Роберта повторила:
— Ну? Так вы намереваетесь или нет?
— Почему я должна что-то делать? — еле слышным от слабости голосом спросила Лорел.
— Потому что вы прекрасно знаете: эта помолвка просто фарс и никогда не была чем-то другим.
— Не понимаю, что вы имеете в виду, — сказала девушка.
— Думаю, понимаете, моя милая. — Роберта достала портсигар и снова вынула сигарету. — Это все выдумка Антеи, ведь так? Мне известно, она не любит меня… у молодых девушек часто бывают такие необоснованные антипатии, к тому же Антея чрезвычайно взбалмошна.
— В самом деле? — автоматически пробормотала Лорел.
— Мы все совершаем ошибки, и я имела глупость совершить свою много лет назад, — продолжала Роберта. — Но я расплатилась за нее сполна, вы можете верить или нет, ваше дело! Сейчас я свободна и хочу все исправить. Я приехала на Ладрану именно для этого. И не отступлюсь от Стивена!
— Вы сказали ему об этом? — спросила Лорел, которая поняла, что в глубине души вопреки очевидному все время надеялась на чудо, способное соединить ее со Стивеном. Теперь все кончено. Ей нужно паковать багаж и уезжать в Англию. Не будет никакого чуда. — А что, если я откажусь освободить его? — произнесла она тем же слабым голосом, не дожидаясь ответа, посвящен ли сам Стивен в намерения Роберты.
— Вряд ли вы будете столь глупы!
— Я люблю его, — неожиданно для себя сказала Лорел, и это прозвучало так, как если бы она сделала самое важное признание в своей жизни. В сущности, так и было.
Роберта насмешливо скривила губы.
— Но он не любит вас!
— Откуда вы знаете?
Глаза Роберты высокомерно блеснули.
— Я знаю. Вы слишком молоды и неопытны, а Стивен — зрелый мужчина.
— Я стану старше, — спокойно сказала она. — И тоже приобрету опыт… дело наживное. А вот вы свою молодость уже не вернете.
— Ты — маленькая мерзавка! Раз так — я все скажу, хотя намеревалась скрыть, щадя тебя. Стивен сам сказал мне, что не любит тебя. Ты надоела ему и он втайне боится, что ты никогда не отвяжешься от него. Ты вцепилась в него, как плющ…
— Ядовитый плющ… — прошептала Лорел.
— Нет! — Из тени позади них выступил Стивен, голос его прозвучал решительно и твердо.
Лорел обернулась. Он стоял у нее за спиной. Зловещий костюм Аида сменился белым вечерним пиджаком, великолепно оттеняющим его смуглое красивое лицо.
— Нет, не ядовитый плющ, хотя если тебе нравится, можешь вцепляться в меня так сильно, как только сможешь. — Он обнял Лорел и притянул к себе ее ослабевшее тело. — Удивительно смело с твоей стороны было заявить этой женщине, что любишь меня. Но поскольку ей каким-то образом удалось заставить тебя сказать наконец правду, буду великодушным и воздержусь высказать в лицо, что о ней думаю, и только попрошу ее оставить нас одних. И больше никогда не возвращаться на Ладрану и в Кастеланто!
Голос Стивена был холодным и жестким. Лорел била нервная дрожь. А он еще теснее прижимал ее к себе, как будто боялся — вдруг она выскользнет из его рук и исчезнет.
— Но, Стивен… — сказала Лорел неуверенным голосом.
— Подожди, моя любимая, — сказал он, свободной рукой поглаживая ее по волосам. — Самое важное сейчас — разделаться с моим старым заклятым врагом.
— Ты сошел с ума, Стивен, — взвизгнула Роберта. — Я никогда не была твоим врагом.
— Ты приехала сюда, чтобы разрушить мою жизнь, но я не собираюсь снова позволить тебе сделать это. Когда ты неожиданно свалилась на Ладрану, я заподозрил, что ты задумала нечто в таком роде, но мне и в голову не пришло, что ты хочешь возобновить наши прежние отношения. Я должен принять соответствующие меры, чтобы обезопасить себя и защитить девушку, которую люблю.
— Но ты не можешь любить эту… эту…
— Замолчи! — ледяным голосом сказал Стивен.
Роберту Фрэнсом, однако, нельзя уже было остановить. Она кипела от ярости.
— Ну хорошо, — злобно заявила она, — ты можешь считать дурнушку красоткой, как тебе будет угодно, любят и таких. Но если ты думаешь, что можешь быть счастлив со школьной училкой, ты совсем не тот человек, за которого я тебя принимала. Какая жизнь тебя ждет, если она будет дирижировать каждым твоим шагом, как дирижировала сегодняшним представлением?