Назови это чудом

Девушки приняли душ, оделись и стали приводить себя в порядок. Каждая поступила в соответствии с характером и привычками. Барби ограничилась простым расчесыванием влажных кудрей и только слегка подчеркнула линию губ помадой, явно следуя материнским требованиям. Пробормотав что-то насчет того, что хочет посмотреть, как там Эйнджел, она быстро ушла. Антея же не просто орудовала щеткой для волос, а как будто совершала некий обряд, приводя в порядок прядь за прядью от макушки до самых кончиков.
У Лорел ни за что не хватило бы на это терпения, да она и не особенно возилась со своими прическами: затянет хвост шнурком или ленточкой — просто и удобно, особенно после танцевальной репетиции либо, как сейчас, после бассейна.
Как и во время первого визита в Кастеланто, Лорел молча наблюдала за Антеей. Такому прекрасному лицу не нужна никакая косметика, решила она про себя, поражаясь, с какой тщательностью та наносит тушь на ресницы и припудривает нос.
— Знаешь что? — вдруг сказала Антея, казалось бы целиком поглощенная своим занятием. — По-моему, Мануэль с первого взгляда влюбился в нашу Барби.
Значит, это не было плодом воображения Лорел. Антея тоже заметила состояние своего кузена.
— Как ты думаешь, Лорел?..
— Не знаю, — нерешительно ответила та. — Я никогда не верила, что такое бывает.
— Еще как бывает, — авторитетно произнесла Антея. — Пуф!.. И все! Как короткое замыкание… и пожар…
Лорел усмехнулась.
— Откуда тебе это известно, из собственного опыта?..
— Вот и поговори с тобой. Уж и помечтать нельзя, обязательно найдется какой-нибудь прагматик, если не сказать — зануда, вроде тебя, — без обиды, а скорее шутливо сказала Антея и задумчиво уставилась в зеркало. — Завидую. Это поистине самое замечательное, что могло случиться сегодня!
— Что ты имеешь в виду?
С упреком, словно все обязаны знать, какие мысли у нее на уме, девушка твердо произнесла:
— То, что Мануэль влюбился в Барби, конечно. Она будет ему прекрасной женой.
— А что на это скажет сама Барби? — сухо поинтересовалась Лорел. — Ты же знаешь, как она относится к мужчинам.
— О, это пройдет… — Антея легко отмела, казалось бы, столь важную сторону дела, хотя и призадумалась. — Интересно, долго ли пробудет здесь Мануэль? Во всяком случае, мы должны действовать быстро.
Лорел встревожилась.
— Ну нет! — запротестовала она. — Только не начинай все снова, Антея!
— Почему бы нет? Что тут худого? — с вызовом ответила та.
— Ни одной девушке не понравится сватовство, которое происходит у нее за спиной. Это унизительно.
— О небо! — взорвалась Антея. — По-моему, до сих пор я справлялась абсолютно успешно. — На ее губах появилась плутовская улыбка. — И я вполне удовлетворена прогрессом. А ты?..
— Не вижу никакого прогресса, — резко парировала Лорел.
— Только не говори, что ты по-прежнему ненавидишь его.
Лорел промолчала, но выражение ее лица было достаточно красноречивым.
— Ты для меня загадка. Он такой привлекательный и, бьюсь об заклад, будет отличным любовником.
— Антея! Не будь такой… — негодующе начала Лорел, но Антея перебила ее:
— А ты не будь такой ханжой!
— Откуда ты взяла, что между ним и мной вообще что-то возможно?.. Ты что, пророчица? Или ясновидящая, читающая чужую книгу жизни?..
— Кто знает, — неожиданно ласково сказала Антея. — Я, конечно, не пророчица и не ясновидящая, но уж не слепая, это точно… Ты когда краснеешь, становишься просто красавицей. А когда злишься…
Лорел рассердилась не на шутку.
— Хватит! Перестань! — холодно сказала она и направилась к двери. — Вместо того чтобы говорить друг другу комплименты или гадости, лучше пойдем к остальным. Нас, наверное, заждались.
Антея вскочила и умоляюще протянула к ней руки.
— Пожалуйста, Лорел. Извини меня. Я знаю, что иногда веду себя бестактно…
— Самое ужасное не то, что ты говоришь, а что делаешь… Кто дал тебе право вмешиваться в чужую жизнь? Что за забава — решать за других их судьбу? Почему ты, собственно, такое себе позволяешь?..
— Наверное, потому, что, когда любишь кого-то, обязательно хочешь, чтобы он нашел свое счастье именно с хорошим человеком. — Она опустила глаза, которые стали серьезнее чем когда-либо, а голос ее был не громче шепота. — Я обожаю Стивена. Я… все бы сделала для него. Однажды его заставили непереносимо страдать. Я видела эту боль. И не хочу, чтобы все случилось снова…
— Ты не защитишь его от боли, устраивая его жизнь по своему сценарию, — так же тихо ответила Лорел. — Стивен вполне в состоянии сам позаботиться о себе. Уверена, ему бы не понравилось твое вмешательство, если речь идет об интимном деле.
— Возможно, — согласилась Антея, хотя и неохотно.
Пока она заканчивала свой бесконечный туалет, Лорел невольно думала о драме Стивена, об искренних переживаниях Антеи, но, пожалуй, больше всего о женщине, ставшей виновницей всего этого. Интересно, какая она? И в чем камень преткновения в их отношениях? А что, если виноват сам Стивен? Лорел, во всяком случае, этому бы не удивилась. Хотя ведь говорят, что семь лет назад он был совершенно другим… Неужели от того, прежнего Стивена ничего не осталось? Неужели он потерял или сознательно навсегда похоронил в себе все хорошее, чтобы стать таким, как сегодня. Жаль, если так. Но пусть бог будет ему судья. Ей до этого нет дела.
Голос Антеи прервал ее размышления.
— Как насчет счастья Барби?.. Или мне остаться в стороне и умыть руки? Ты так считаешь?
— Я тебе уже все сказала, — резонно возразила Лорел. — Почему бы не оставить все идти своим чередом?
Антея, казалось, согласилась с ней.
— Пусть так. Но учти, только до тех пор, пока мамаше Бертрам-Смит не придет в голову выдать ее замуж за какой-нибудь денежный мешок, — довольно резко сказала она, взглянув на Лорел с насмешкой, как у Стивена. — Не смотри изумленно! Ты плохо знаешь, что миссис Бертрам-Смит собой представляет. Она спит и видит, как бы выдать Барби замуж за деньги, независимо от того, какой человек приложен к чековой книжке. Почему же тебя удивляет, что я хочу вмешаться? — горячо закончила она и вскочила.
Лорел покачала головой.
— Я считаю, Барби достаточно здравомыслящая девушка, чтобы не позволить матери навязать брак, который лично ей будет не по вкусу. Да и вообще, как я поняла, сейчас это не интересует ее вовсе. Возможно, Барби и изменит свою позицию, если Мануэль действительно ее полюбит, а она тоже увлечется… Но давай оставим все как есть, не вмешивайся, я очень прошу…
За разговором во время ланча Мануэль сказал им, где бросила якорь его яхта и что найти ее проще простого. Он предпочел район старых причалов, а не те, где шум и гвалт.
— Шум и гвалт мы устроим сегодня вечером здесь в честь твоего прибытия! — Антея явно загорелась этой идеей. Всем остальным она тоже пришлась по вкусу. Хороший день и закончить надо соответственно.
Барби была единственной, кто колебался, но Антея сумела ее уговорить. На том и порешили, расставаясь до вечера.
Крюк, который пришлось сделать Неду и Лорел, чтобы завезти домой Барби и Эйнджел, привел их на вершину холма, откуда был виден весь Милтон с его гаванью. У старых причалов они увидели изящную белую яхту, которая, по-видимому, принадлежала Мануэлю.
— Сегодня поистине день визитов! — воскликнула Барби, вглядываясь в водный простор. — Вон еще одна яхта подходит. Интересно, остановится она здесь или проплывет мимо?
Лорел не сразу увидела судно, которое на расстоянии казалось маленьким и незаметным. Почему-то девушку вдруг охватило странное тревожное предчувствие. Впрочем, оно исчезло так же быстро, как и появилось, и она выбросила эти мысли из головы.
…С недавнего времени Лорел окунулась в бурную светскую жизнь, сильно отличающуюся от той, какую вела в Англии. Она встретилась с людьми, одни из которых безусловно приятны ей, другие — не очень. Миссис Бертрам-Смит относилась к разряду «не очень приятных», а Стивен Баррингтон — тем более.