Одна звезда на двоих (СИ)
– Я буду очень скучать, Шайлар, – тихо сказал он ей в темные волосы, вдыхая их знакомый аромат. – По этому месту. По этим двум неделям. По тебе. Каждую секунду буду скучать.
– Я тоже, Кир, – она прижалась щекой к его руке, накрывшей ее плечо, и на мгновение закрыла глаза. – Очень буду скучать. Знаешь, кажется, я уже и забыла за эти годы, каково это – быть… просто быть собой. Не полковником Рейтор, не командиром звена Афиной, не легендой Первого Полка. Просто Шайлар, – она тяжело вздохнула. – Но такова наша реальность. Отпуск закончен. Агилис ждет в доке. Пора возвращаться к работе. К войне.
– Ты будешь писать? Звонить? Обещай, что будешь чаще, чем раньше? – в голосе Кирианa звучала неприкрытая тревога.
– Обещаю, Кир. Как только будет малейшая возможность. И… – Шайлар повернулась к нему, заглядывая прямо в глаза, – …и теперь у меня есть еще одна очень веская причина возвращаться с каждого задания как можно скорее, – она мягко провела кончиками пальцев по его щеке. – И помни, что я сказала тебе здесь. Учись. Работай над собой. Стань лучшим. Шанс попасть в Первый Полк абсолютно реален. Используй его на все сто.
– Я помню. Я все сделаю, Шайлар. Ради нас. Ради этого шанса.
– Я знаю. Я в тебя верю, – Шай улыбнулась ему, но в глубине ее глаз стояла тень печали. – Эти две недели были… они были мне очень нужны, Кир. Не представляешь, насколько. Спасибо тебе за них.
– И тебе спасибо. За все. За то, что ты есть.
Шайлар снова вздохнула, глядя на спокойную гладь озера, в которой отражалось высокое предрассветное небо Санары.
– И как я теперь буду снова засыпать одна на этой своей дурацкой узкой койке на борту «Неустрашимого»? – прошептала она с легкой усмешкой, но голос ее предательски дрогнул. Кириан обнял ее крепче, прижимая к себе, пытаясь передать ей часть своей уверенности.
– Я тебя очень понимаю… – так же тихо ответил он ей в волосы. – Мне кажется, я тоже совершенно разучился спать один за эти две невероятные недели. Даже не представляю, как теперь возвращаться в свою пустую кадетскую комнату, – Кир чуть отстранился, заглядывая ей в глаза, его взгляд был полон нежности и новой, твердой решимости. – Видимо, мне действительно придется очень сильно постараться стать лучшим выпускником Академии и пройти ваш чертовский отбор в Полк как можно быстрее… Чтобы как можно скорее занять то единственное место, которое, я отчаянно желаю занять… рядом с тобой.
Шайлар усмехнулась, ее глаза смотрели на него очень тепло, с вызовом и обещанием. Она провела кончиком пальца по его губам.
– Место рядом со мной твое, кадет Старг. Оно… – она сделала короткую паузу, и в ее глазах блеснул знакомый лукавый огонек, – …скажем так, оно зарезервировано. Для одного самого упрямого, невероятно талантливого и немного безумного кадета, который сможет на деле доказать, что он достоин летать под флагом Первого Полка. Так что – да, придется очень постараться и заслужить это место, кадет. Очень сильно постараться.
– Я заслужу, полковник, – серьезно, почти как клятву, пообещал Кириан.
– Я знаю, – она легко, почти невесомо поцеловала его в губы. – А теперь… действительно пора. Нас ждет флайер. И реальность ждет.
Они летели обратно к Академии на том же скоростном флайере. На этот раз они почти не разговаривали, просто сидели рядом, крепко держась за руки, глядя на проносящиеся внизу пейзажи – сначала на бескрайнюю оранжевую пустыню Эридана, потом на зеленые леса, подступающие к Санаре. Молчание между ними было наполнено неотвратимостью прощания и одновременно – новой, крепкой связью.
Они вернулись в Академию перед самым рассветом, когда большинство кадетов и персонала еще спали. Флайер мягко приземлился на той же небольшой платформе Ангара №15, откуда улетали две недели назад. У соседнего шлюза уже стоял тяжелый военно-транспортный шаттл с эмблемой Первого Полка Вооруженных Сил Ополчения – он прилетел с орбиты, чтобы забрать Шайлар и Агилиса обратно на борт крейсера «Неустрашимый», который ждал ее на геостационарной орбите Санары. Рядом с транспортным шаттлом стоял Агилис – его корпус блестел свежей броней после ремонта, но несколько техников в форме Первого Полка все еще колдовали над открытыми панелями систем внутри просторной кабины.
Прощание было быстрым, сдержанным, почти деловым, но полным невысказанных чувств и обещаний.
– Ну вот и все, кадет Старг, – Шайлар Рейтор посмотрела ему прямо в глаза, ее лицо было серьезным, по-военному собранным, но в самой глубине зеленых глаз таилась нежность. – Отпуск окончен. Служба продолжается.
– Я буду ждать, полковник, – твердо сказал Кириан. – И буду готовиться. Каждый день.
– Я знаю. Береги себя, Кир. И будь осторожен.
– И ты, Шайлар. Обязательно возвращайся с каждого задания. Целой.
Полковник Рейтор коротко кивнула, затем быстро, почти жестко поцеловала Кирианa в губы – прощальный, обещающий поцелуй – и резко развернулась, направляясь к уже опущенному трапу своего транспортного шаттла. Шайлар не оглянулась.
Кириан долго смотрел ей вслед, пока фигура полковника не скрылась внутри темного проема шаттла. Потом перевел взгляд на могучий силуэт Агилиса, стоявшего рядом.
– Кадет Старг,– внезапно раздался в голове знакомый бесстрастный голос Агилиса. –Биометрические показатели пилота Рейтор полностью стабилизированы после курса регенерации. Моя боевая функциональность восстановлена на девяносто восемь целых и три десятых процента. Я обеспечу ее безопасность в предстоящих миссиях.
– Я очень на тебя рассчитываю, Агилис,– мысленно ответил ему Кириан, обращаясь к огромной боевой машине словно к живому существу.
Тяжелый шаттл с Шайлар и Агилисом поднялись в предрассветное, еще серое небо Санары. Кириан остался стоять один посреди огромного, гулкого ангара. Он чувствовал острую, сосущую пустоту от ее внезапного ухода, но одновременно – невероятный прилив сил и решимости. Эти две недели у озера изменили все. Их запретная связь стала реальной, глубокой, настоящей. У него теперь была ясная цель – стать лучшим, пробиться в ее полк, заслужить свое место рядом с ней. Он знал, что впереди долгие месяцы ожидания, изнурительной учебы и все еще опасного секретного расследования здесь, в Академии. Но теперь Кириан Старг точно знал, ради чего он будет жить, учиться и бороться.
Глава 26
Кириан
Осень на Санаре выдалась обманчиво красивой и тихой. Яркий багрянец и золото листвы местных деревьев, высаженных в ухоженных парках Академии, создавали пронзительный контраст со строгой серостью учебных корпусов и темной зеленью вековых хвойных лесов, подступавших к самым стенам внешнего периметра. Воздух стал ощутимо прохладнее, особенно по утрам, ночи – длиннее и темнее. Начался пятый, предвыпускной курс. Для Кирианa Старга и всего 37-го отряда это означало еще больше сложных лекций по специальным дисциплинам, еще более комплексные и изматывающие симуляции боевых задач, и все ближе маячащий выпуск – а вместе с ним и полная неизвестность будущего.
После того лета, такого не похожего на все предыдущие, – сначала тревожная неделя в госпитале у постели Шайлар, а потом те две недели почти нереального, абсолютного счастья в уединенном оазисе Эридан, – возвращение к строгой рутине Академии давалось Кирианy нелегко. Он чувствовал, что изменился. Их короткая, но обжигающая близость с Шай наполнила его новой, неведомой прежде силой, уверенностью в себе и той самой всепоглощающей нежностью, о которой он раньше только читал в старых книгах. Но одновременно эта связь сделала его еще более уязвимым. Постоянная тревога за Шайлар, находящуюся там, на фронте, в самом пекле Третьего Сектора, стала почти физической болью, тугим узлом под ребрами. А ожидание ее редких сообщений превратилось в навязчивую идею, заставляющую проверять комм десятки раз на дню.
Кириан с головой ушел в учебу и свой научный проект, пытаясь заглушить тревогу и тоску работой. Пятый курс спецпотока был целиком посвящен глубокому изучению архитектуры нейроядер адаров, боевых матриц поведения, протоколов нейроинтерфейсного взаимодействия и сложнейших систем КИБ (Кибернетического Интегрированного Бортового оборудования) боевых машин. Кириан жадно впитывал новые знания, его аналитический ум наконец-то получил по-настоящему достойную и сложную пищу. Юноша часто вступал в жаркие споры с профессором Элдрином на лекциях по теории поля и с инженером Ворком на семинарах по системам вооружения, предлагая нестандартные, порой дерзкие решения и подходы. Его личный проект по анализу аномалий нейроядер продвигался стремительно, во многом благодаря тем уникальным данным с Агилиса, которыми поделилась Шайлар. Негласное соперничество с другими сильными кадетами-техниками на курсе, вроде амбициозного Тирна из параллельного потока, только подстегивало Кирианa. А пилотские симуляторы он теперь проходил почти без прежнего внутреннего сопротивления и досады на себя – он четко знал свой путь в адар-корпусе, и этот путь лежал через глубокое понимание самой машины, ее логики, ее систем, а не через виртуозное владение штурвалом.