Одна звезда на двоих (СИ)
***
Шайлар
Запах озона и горелого металла все еще висел в воздухе ангара. Зона вокруг поврежденного нитро была оцеплена службой безопасности. Кадета Вилторса уже увезли медики – без сознания, с минимальными шансами. Кадета Старга, который тоже потерял сознание после вмешательства Шайлар, только что забрал медицинский бот. Шайлар стояла возле своего ада, подключив к его внешнему порту свой личный планшет и просматривая логи последних минут – свои, Агилиса, и те обрывки данных, что успели считать с интерфейса Нитро до его аварийного отключения.
Адар молчал, его системы работали в фоновом режиме, анализируя произошедшее. Наконец, он монотонно произнес:
– Анализ завершен, пилот. Данные по кадету Вилторсу подтверждают несовместимость его нейронной структуры с интерфейсом четвертого уровня. Попытка прямого подключения к ядру поврежденного Адара без протоколов безопасности была… неоптимальной.
Шайлар мрачно усмехнулась:
– Неоптимальной? Это был идиотизм чистой воды, Агилис. Или приказ идиота. Его показатели допуска явно были фальшивкой, – она переключила данные на планшете. – А вот второй… Старг. Что скажешь по нему?
– Нейронная сигнатура кадета Кириана Старга представляет значительный интерес. Его реакция на неконтролируемый поток данных от нитро была аномальной. Вместо стандартного каскадного сбоя или полного ступора ЦНС, его мозг демонстрировал попытку… структурирования и анализа входящего хаотического сигнала.
Шайлар подняла бровь:
– Анализа? Потока данных, который чуть не сжег мозг Вилторсу?
– Именно. Зафиксирована кратковременная синхронизация с диагностическими протоколами нитро на низком уровне и активация зон коры, отвечающих за логический анализ и обработку системных ошибок. Это нестандартная, но высокоэффективная ментальная структура, ориентированная на анализ систем, а не на полное сенсорное слияние, характерное для пилотов. Его собственная тау-амплитуда высока, но ключевой фактор – именно структура отклика и устойчивость к информационному шуму.
– Техник… с инстинктами пилота? Или что-то новое? – произнесла Шайлар задумчиво.
– Требуется дальнейшее наблюдение. Однако, пилот, ваше прямое вмешательство и разрыв связи путем генерации контр-импульса через ваш интерфейс было сопряжено с риском для вашей собственной нейросистемы. Вероятность негативных последствий составляла 17.3%.
– Иногда приходится рисковать, Агилис. Пошли, нужно доложить Лисару.
Шай убрала планшет и провела рукой по волосам. Этот кадет Старг… он ее заинтриговал. Но сейчас раздумывать об этом не было времени, в академии творилось что-то непонятное и пугающее. Может быть даже фатальное и опасное для всех них. Как мог Вилторс с таким уровнем оказаться тут, возле адаров. Кто посмел допустить мальчишку сюда. Вопросов было больше, чем ответов. Шайлар все больше убеждалась, что Лисар не зря позвал ее сюда, в его подозрениях было зерно истины, и похоже довольно большое. Чтож… пора было идти к старому товарищу и разбираться с тем, что происходило в Военной Академии Сонары, а может и не только тут.
***
Кабинет ректора Академии Санары дышал непривычной пустотой и аскетизмом. Лисар Дидакис распорядился убрать отсюда почти все следы пребывания его предшественника. Исчезли тяжелые портьеры, безвкусные статуэтки с инкрустацией, мягкие диваны с обивкой из редкой ксенокожи.
Стены теперь были зашиты простыми, матово-серыми панелями стандартного армейского образца. Они выглядели чужеродно в этом огромном помещении с высоким потолком, оставшимся от прежней эпохи. Лишь кое-где – у массивной дверной рамы или под потолком – виднелись фрагменты дорогой каменной облицовки, которую не стали или не успели скрыть полностью. На стенах, где раньше висели дорогие картины сомнительной художественной ценности, теперь остались лишь чуть более светлые прямоугольники, да и те частично закрывали большие тактические голокарты Семи Секторов. Вместо массивного стола из редкого дерева – стандартный функциональный терминал Ополчения. Единственными предметами роскоши, пожалуй, остались два кресла – массивное, на котором устроился Лисар, и глубокое кресло для посетителей, в котором сейчас сидела Шайлар Рейтор.
Она обвела кабинет насмешливым взглядом, небрежно закинув ногу на ногу и медленно покачивая кончиком армейского ботинка.
– Радикально ты тут все переделал, Лисар. Почти казарма. Нарзам бы, наверное, в гробу перевернулся от такого вопиющего минимализма. Где фонтанчик с альдебаранским вином? Где портреты славного тебя в золотых рамах? Решил полностью стереть память о предшественнике?
Лисар мрачно ответил, не отрывая взгляда от экрана своего терминала, где было открыто личное дело кадета Вилторса:
– Я предпочел бы стереть самого предшественника из истории Ополчения. А панели… – он пожал плечами – …просто панели. Функционально. Не отвлекают от работы. В отличие от того барахла, что здесь висело. Уж лучше видеть перед собой карты секторов, а не счета из антикварных лавок Галактики. Эта «роскошь» была оплачена предательством и кровью наших солдат. Я приказал вычистить отсюда все, что напоминало бы об этом выродке. Оставил только самое необходимое для работы. И эти кресла– они оказались на удивление удобными.
Шайлар хмыкнула:
– У Нарзама всегда был нюх на комфорт. Жаль, что на все остальное – совесть, честь, верность – обоняние его подвело.
Она устроилась поудобнее, ее поза выражала внешнюю расслабленность, но глаза внимательно следили за Лисаром. В ее облике, как всегда, сочетались усталость бывалого солдата и собранность хищника, готового к прыжку.
Лисар наконец оторвался от экрана, его взгляд был тяжелым.
– Вот именно. И его «наследие» продолжает нас догонять. Взгляни, – он кивнул на досье Вилторса. – Как я и думал, – Лисар провел рукой по лицу, откидываясь на спинку кресла. – Допуск четвертого уровня подписан лично Нарзамом, рекомендации – от нашего «друга» Андроса, который сейчас дает очень интересные показания в секторе Альфа. Баллы по стабильности и когерентности тау-сигнатуры завышены минимум втрое по сравнению с результатами трехлетней давности. Классика жанра. Они не просто продвигали своих, Шай, они целенаправленно готовили себе «своего» специалиста по адарам. Или пытались.
Шайлар задумчиво произнесла, постукивая пальцами по подлокотнику:
– Или просто расходный материал, Лисар. Пешку, которую не жалко сжечь при попытке получить доступ к ядру адара. Если Вилторс сунулся сразу на четвертый уровень к поврежденной машине… это либо приказ, либо полная профнепригодность, умело скрытая фальшивыми баллами. Не удивлюсь, если в этом адаре есть что-то ценное для них. Данные последнего боя? Или наоборот – какая-то программа, которую Вилторс должен был активировать?
– Возможно. Прикажу техникам моей службы безопасности проверить нитро с полной диагностикой, каждый чип, каждую строку кода, как только его системы стабилизируют после вашего… вмешательства. Но есть еще кое-что, что меня беспокоит. Кадет Старг, – Лисар снова пристально посмотрел на Шайлар. – Ты вытащила его. Каким образом ты разорвала чужую нейронную связь, не поджарив при этом ни его мозги, ни свои?
Шайлар слегка пожала плечами, не вдаваясь в детали своей уникальной связи с Агилисом.
– Рефлексы. Плюс Агилис мгновенно рассчитал необходимый контр-импульс, чтобы дестабилизировать хаотичный поток от адара, не задев при этом основной канал Старга. Повезло, что структура его сигнала оказалась… необычной. Но дело даже не в моем вмешательстве. Его реакция до этого… она уникальна. Агилис провел экспресс-анализ того, что успел считать – мозг Старга не просто сопротивлялся потоку или впал в ступор, он инстинктивно пытался его анализировать, структурировать, искать паттерны в хаосе. Это… – она подбирала слова – …профиль техника высочайшего класса, возможно, с врожденным «чувством» машины на уровне нейросвязи. Но пилотский профиль – другой. Слияние, а не анализ.
Лисар заинтересованно приподнял бровь, открывая на планшете дело Кириана.