Император Пограничья 10 (СИ)

— Штурмовики вооружены автоматами с глушителями и подствольниками. В планах достать автоматические дробовики — Родион обещал найти поставщика. У Брагиной — снайперская винтовка с отменной оптикой, прибором ночного видения и глушителем. Все, кроме Лихачёвой, носят короткие мечи из Сумеречной стали и пистолеты как запасное оружие. У Раисы — парные ножи той же стали, более подходящие для её стиля.
  
На этих словах Тенебромантка, чуть красуясь, крутанула два тонких кинжала, оставляя за ними дымный шлейф сумрака. Я уже слышал байку, что кто-то из особо впечатлительных дружинников посоветовал ей сделать лезвия трёхгранными, закрученными по спирали, — мол, врачи потом не зашьют такие раны, а само оружие якобы запрещено конвенциями как «негуманное». Но Кузьмич, как знаток, развеял этот пафос, объяснив, что вся эта «невозможность зашить» — миф, а сам клинок в бою бесполезнее обычного, потому что его трудно точить, сложно носить и применять, и он не даёт практического преимущества перед обычным кинжалом.
Зарецкий не выдержал и вмешался, едва не подпрыгивая от возбуждения:
— Но самое главное — результаты! Воевода, они превзошли все ожидания! Сила увеличена в среднем в два с половиной раза, скорость реакции — почти вдвое, выносливость — втрое! Дмитрий вчера на спор поднял стокилограммовую наковальню одной рукой. Правда, только оторвал от земли и удержал секунд десять, но без пройденного усиления и этого бы не смог. А когда активирует свой дар соматоманта вместе с алхимическими улучшениями… В бою сможет швырять противников как кукол. Марья попадает в монету с трёхсот метров.
Та гордо расправила плечи, мол, да, я такая!
— И это только начало, — добавил алхимик, понизив голос. — Если продолжить циклы и дальше, можно достичь ещё больших результатов.
Я поднял руку, останавливая его поток энтузиазма:
— После операции и обсудим. Сейчас важнее другое. — Повернулся к восьмёрке. — Вы — остриё копья, которое пробьёт оборону вражеской базы.
Восьмёрка синхронно ударила кулаками в грудь — жест уважения, который Борис ввёл для элитных подразделений. Глядя на них, я подумал, что Гильдия Целителей ещё пожалеет о том дне, когда решила использовать людей как подопытных кроликов. Теперь эти «кролики» превратились в волков и шли за головой своих мучителей.
— Александр, Борис, отличная работа. Вы молодцы. Родион, пошли, обсудим детали.
Мы переместились в дом воеводы, и уже через пять минут Коршунов приблизился к столу в моём кабинете, разворачивая карту. На ней были помечены дороги вокруг Владимира, лесные тропы и расположение базы.
— За последние недели я не сидел сложа руки, воевода. Кроме того бывшего охранника Крутикова, удалось найти ещё троих, кто имел дело с базой. Двое — бывшие поставщики, возили туда продовольствие и оборудование. Третий — лесник из соседней деревни, его Гильдия наняла расчищать просеки вокруг базы. Все трое подтвердили основную информацию и добавили деталей.
Начальник разведки указал на отмеченную красным точку на карте:
— Самое главное — мне удалось выяснить точную дату ближайшей поставки. Следующий конвой будет послезавтра, выезжает из Владимира в шесть утра, к базе прибывает около семи. Три грузовика «Берёза-М», в каждом по два охранника плюс водитель, и ещё один бронированный внедорожник сопровождения с магом и тремя элитными бойцами. Итого — 13 человек охраны.
— Как удалось узнать точную дату? — поинтересовался я.
— Один из моих новых людей, Егор Синицын, бывший сотрудник транспортного управления Владимира. Его брат погиб три года назад на объекте Гильдии — якобы несчастный случай во время «лечения». Егор до сих пор имеет связи в управлении, смог посмотреть накладные. Конвой официально оформляется как «плановые поставки для режимного медицинского объекта» — стандартная формулировка для закрытых учреждений. Никто лишних вопросов не задаёт, все знают, что лучше не совать нос в дела Гильдии.
Коршунов развернул второй лист — схему дороги:
— План простой, но требует точности. Перехватываем конвой здесь, — он ткнул пальцем в отмеченный участок, — в семи километрах от базы. Лес подходит вплотную к дороге, есть поворот с ограниченной видимостью. Берём тихо, без шумной пальбы и взрывов — на базе не должны ничего заподозрить. Грузим наших людей в захваченные машины и подъезжаем прямо к воротам. Там действуем по ситуации — либо снимаем охрану, либо она откроет «своим», а когда поймут, что к чему — будет поздно.
— Сколько людей удалось собрать? — спросил я, вспоминая наши прошлые рейды против баз князя Терехова.
Да, мы взяли их, но обе операции в какой-то момент пошли наперекосяк — началась стрельба, поднялась тревога… Дружина Угрюма хороша в открытом бою и обороне, но для скрытного проникновения и координированного штурма нужны специалисты. К таковым можно условно причислить пятёрку моего «боярского спецназа», но их банально мало. Требуются люди, которые умеют бесшумно снимать часовых, взламывать замки, обезвреживать магические ловушки. Профессионалы своего дела, а не просто храбрые бойцы.
Родион поморщился:
— С подходящими навыками и мотивацией — шестеро. Наёмники, бывшие военные и члены гвардии уничтоженного рода. У всех счёты с Гильдией за погибших товарищей, родственников и любимых.
— Маловато для штурма укреплённой базы, — заметил я.
— Вот именно, — кивнул Коршунов. — Даже с этой восьмёркой элитников и вашей классической четвёркой получается восемнадцать человек против полусотни. Да, внезапность на нашей стороне, да, наши усиленные бойцы стоят троих обычных, но всё равно… Риск слишком велик.
Я задумался, барабаня пальцами по столу. Внезапно меня осенило:
— А что, если привлечь Северных волков? Ярослава осталась довольна прошлым сотрудничеством, да и её людям наверняка интересно будет неплохо заработать.
Коршунов оживился:
— Отличная мысль! Борис рассказывал, как они действовали во время Гона — профессионалы высшего класса. С ними у нас будет ещё два десятка опытных бойцов. Этого хватит, чтобы взять базу.
— Есть проблема со временем?
— Если упустим послезавтрашний конвой, следующий будет только через две недели. И нет гарантии, что Синицын снова сможет узнать точную дату — в управлении могут что-то заподозрить. Он не может слишком часто запрашивать документы.
Начальник разведки собрал бумаги:
— Воевода, нам нужно решение сегодня. Если привлекаем наёмников, их надо срочно стягивать к точке перехвата. Моим людям тоже нужно время на подготовку — проверить оружие, отработать координацию с вашим спецназом.
— Я немедленно свяжусь с княжной, — пообещал я. — Если она согласится, операция состоится. Держи людей наготове.
— Будет сделано, — Коршунов поднялся. — Прохор Игнатьевич, это наш лучший шанс. База под Владимиром — ключевой объект Гильдии во Владимире. Если возьмём её, нанесём им удар, от которого они долго не оправятся.
Я кивнул, уже обдумывая, как убедить княжну присоединиться к рейду. Времени в обрез, но возможность разгромить оплот Гильдии Целителей стоила любых усилий.
Не прошло и десяти минут, как я взял магофон и набрал знакомый номер. Гудки тянулись мучительно долго, пока на том конце не раздался голос, от которого сердце забилось чаще:
— Слушаю.
— Ярослава, это я, — сказал негромко, хотя кабинет был защищён от прослушивания всеми известными мне способами.
— Прохор! — в её голосе прозвучала неподдельная радость, которую она тут же попыталась скрыть деловитостью. — Как дела в Угрюме? Восстановление после Гона идёт по плану?
— Всё в порядке. А как твои раненые? Марков поправился?
  
— Уже гоняет новобранцев по плацу, будто и не было ничего, — усмехнулась княжна. — Только шрам остался через всю грудь. Говорит, будет хвастаться перед девками, что сама Бешеная Волчица его пометила.
Мы оба рассмеялись, но я знал — она до сих пор винит себя за тот момент слабости под воздействием ментального яда Кощея. Однако сейчас было не время для утешений. Дело не терпело отлагательств.