Опасная связь (ЛП)

— О, прекрасно, твой босс тоже здесь, — произносит Деклан, и гнев, с которым Лукреция влетела в зал, готовая разнести всех в клочья, исчезает с ее лица, как волна, уходящая с берега.
— Л-лорд Сантори, — бормочет она. — Я не думала, я, я, я не предполагала…
— Я не мог придумать лучшего способа сообщить важные новости всем сотрудникам вашего шоу. Прошу прощения за неудобства. За мой голос, раздающийся из всех ваших динамиков, — добавляет он с извинительной ноткой.
  
— Нет, я думаю… — Ее накладные ресницы трепещут, а надутые губы то открываются, то закрываются, прежде чем появляется неуверенная улыбка. Ее глаза мечутся от телефона в моей руке к моему лицу, она явно не понимает, что происходит. Она слышит его голос через динамики, но не может связать это с тем, что он говорит через мой телефон.
Теперь моя очередь одарить ее легкой ухмылкой. Как ни крути, это небольшая победа.
— Я пригласил всех присутствующих на The Rite, — объявляет Деклан. — Ты, Лукреция, дорогая, разумеется, тоже приглашена. Я собираюсь сделать важное заявление, и без твоего присутствия это не имело бы смысла.
Она хихикает, изображая застенчивую школьницу. Я сжимаю зубы, едва сдерживая ярость, и задаюсь вопросом, понимает ли она, насколько глупо выглядит.
— The Rite, — повторяет она, с таким благоговением, что становится ясно: она прекрасно знает, что это такое. И чувствует себя до невозможности польщенной.
The Rite — событие настолько элитное, что даже звезды не могут похвастаться тем, что они там были. Для большинства из нас в HQ, несмотря на то, что это один из самых влиятельных медиа-холдингов, это просто миф. Мы слышали байки о роскоши: реки жидкого шоколада, хрустальные люстры, бассейны с самым дорогим шампанским и декадентские удовольствия.
Но почему это «важное заявление» не имеет смысла без Лукреции?
— Если ты думаешь, что я пойду на The Rite, зная, что она там будет, ты спятил, — рычу я в микрофон телефона.
— О, ты будешь там, маленькая шпионка, — и сыграешь очень особенную роль, — произносит он так, чтобы все могли это услышать.
Мой взгляд обводит зал, замечая, как все смотрят на меня.
Нет. С меня хватит этого дерьма. Я выбираю чувствовать себя сильной и контролировать ситуацию — это единственный способ противостоять издевательствам Деклана. Я расправляю плечи, заставляя себя выдерживать взгляд Лукреции. Я не позволю ей увидеть, как меня это задевает.
— Для меня это честь, лорд Сантори, — говорит Лукреция, улыбаясь. — Я постараюсь выглядеть фантастически ради вас. — Затем, словно спохватившись, она оглядывает зал. — Мы все постараемся. В конце концов, The Rite — это The Rite. Уникальное событие, шанс, который бывает раз в жизни.
— Разумеется, никаких электронных устройств. Никаких записей. Только опыт, который вы никогда не забудете.
— Разумеется, — соглашается она.
Последний смешок разносится по залу из динамиков, прежде чем раздается щелчок, и на моем телефоне снова появляется заставка.
Он закончил звонок.
— Пожалуй, я отложу свое заявление об увольнении до The Rite, — говорю я Лукреции, достаточно громко, чтобы все услышали, с натянутой улыбкой на лице. Я не могу не заметить, что приглашение от Деклана перед всеми, через мой телефон, было пощечиной для нее — только вот она не смогла ее почувствовать.
Второе противостояние за день между нами в обычных обстоятельствах было бы для меня перебором, но сейчас я благодарна за этот шанс. Я ни за что не уйду, поджав хвост. Даже изощренные игры Деклана не заставляли меня чувствовать себя такой униженной, мое эго не было разорвано в клочья так, как сейчас.
— Он, должно быть, планирует еще одно шоу, как то, которое ты устроила в примерочной, — ее губы изгибаются в ядовитой улыбке. — Только на этот раз для большей аудитории, наверное.
Она скользит по мне взглядом, заставляя чувствовать себя полным дерьмом. Я уверена, что привела себя в порядок, прежде чем выйти из-за занавески, но все равно, должно быть, выгляжу так, словно меня только что использовали.
Я открываю рот, чтобы ответить чем-то, что стоило бы мне работы, если бы Лукреция добилась своего, но тут Сиренна обходит моего босса и направляется ко мне. Ее каблуки стучат по полу, пока она уверенно шагает вперед, поднимая подбородок. Ее черты лица застыли в выражении, которое заставило бы любого гангстера дважды подумать, прежде чем встать у нее на пути. Такова Сиренна Картер — скоро уже бывшая жена Джозефа Картера. Уважение, которое она вызывает, неизменно.
Она останавливается рядом со мной, обвивая мою руку своей, ее взгляд скользит по всем присутствующим, особенно задерживаясь на Лукреции.
— Если вы думаете, что у Мии Роджерс есть талант заводить влиятельных друзей, вы правы. Да, Джакс Вон вмешался, чтобы перевести ее с бесконечного стажерства на полноценную должность. Интерес, который сейчас проявляет к ней лорд Деклан Сантори, может быть грязным, но, по-моему, он чертовски серьезен. И так же, как Джакс и Деклан, я готова заступиться за нее и защитить перед всеми вами, заявив, что если у вас есть проблемы с ней, значит, у вас проблемы со мной. Но вы когда-нибудь задумывались, почему так происходит? Почему влиятельные люди хотят быть рядом с ней? — Сиренна делает паузу, давая время для ответа, но если кто-то и подумывает открыть рот, то быстро передумывает.
Большинство здесь не знает о ее планах разобраться с мужем и о том аду, через который она прошла с этим монстром, поэтому никто не решается ее провоцировать. Они не догадываются, что ее сила — лишь дымовая завеса, ведь ее мерзкий муж не пошевелит пальцем, чтобы ее защитить, если дело дойдет до крайностей.
— Потому что мы чувствуем, что находимся в хорошей компании, — продолжает Сиренна, прожигая взглядом Лукрецию. На ее лице нет и следа уязвимости, только непроницаемая маска сильной Сиренны Картер. — Волк узнает другого волка, а Миа рождена, чтобы бегать с волками. На вашем месте я бы очень тщательно следила за тем, как обращаетесь с ней. Рано или поздно она будет править этой индустрией. Возможно, она забыла, кто она, немного утратила равновесие, но не заблуждайтесь — эта волевая богиня в красном вернется, и вернется с местью. И, насколько я ее знаю, она не из тех, кто прощает.
— Я рискну, — выплевывает Лукреция с торжествующей интонацией. Она бросает на меня еще один злобный взгляд, резко разворачивается на каблуках и уходит к себе в гримерку.
Она, скорее всего, воспринимает приглашение Деклана куда серьезнее, чем следует. Думает, что оно ставит ее на пьедестал выше всех остальных, и никто не сможет ее оттуда сбросить.
Или, может быть, я сама слишком уверена в своем собственном приглашении. До того, как она сюда вошла, он уже успел сообщить всем, что собирается сделать «великий анонс» о нас двоих. Это почти звучало, как помолвка.
А потом он сказал, что мероприятие не имеет смысла без нее.
Сложно поверить, как ни крути. The Rite — это событие, которого весь мировой элитный круг ждет целый год, уникальный опыт, который запомнится навсегда. Оно будет эпичным, и точно не станет зависеть от меня или Лукреции.
Нет, у Деклана наверняка какой-то макиавеллистский план. Я только надеюсь, что он не потащит за собой всех остальных так, как это сделал со мной, что он не играет с надеждами и энтузиазмом этих людей. Мои коллеги явно выглядят взволнованными и напряженными: перешептываются, переминаются с ноги на ногу. Только несколько человек идут за Лукрецией по коридору в ее гримерку, хотя обычно они бы стремительно потянулись за ней всей толпой.
Сейчас же они выглядят так, будто не знают, на чью сторону встать, их взгляды мечутся между местом, где исчезла Лукреция, и тем местом, где стою я.
Уголок моих губ поднимается.
Игра началась.
— Похоже, на сегодня ты закончила, — говорит Сиренна, поворачиваясь ко мне. — Может, устроим шопинг?
На принятие решения мне требуется всего несколько секунд. Я качаю головой.